Синий краб - Владислав Крапивин

— Ой, ребята, — заговорила Лена быстро и убедительно, — мне же, честное слово, некогда. Мне еще на кухню надо забежать, а потом в медпункт на перевязку. Сами же знаете, у меня нога…

Очередь молчала. Санька Щетинников тоже насупленно молчал. Лена опять посмотрела на Лерку. Он все так же мял пальцами глину, только его коротенькие брови не шевелились, а были сведены к переносице.

Очень-очень захотелось Лене получить кошку. Именно от Лерки получить, чтобы знать, что он не злится на нее, этот маленький и непонятный человек. Вот бы подарил ей того котенка, который на крыльце! Дома она поставила бы котенка на радиолу, и он, большеглазый и худой, похожий немного на самого Лерку, напоминал бы ей этот шумный, веселый и немного грустный месяц лета…

— Я могу и в очередь, — тихо сказала Лена. — А ты мне сделаешь, Лерка? Вот такого… — она показала на крыльцо.

Лерка протянул Николке Морозикову толстого сытого кота, поднял голову и взглянул на Лену. Взглянул как-то рассеянно и будто не сразу понял, о чем она попросила. Потом глаза его стали серьезными и решительными, словно он приготовил ответ. Но Лерка ничего не сказал и стал смотреть не на Лену, а куда-то мимо нее, далеко. Вдруг он перебросил через перила левую ногу, прыгнул в лопухи, неловко улыбнулся и быстро пошел, а потом побежал к золотой от песка и солнца главной аллее.

По аллее шел от калитки незнакомый мальчишка с палкой на плече. Шел босиком, а на палке болтались связанные ремешками сандалии. И не одна, а две пары.

— Братцы, — тихо сказал маленький Николка. — К нему Лодька приехал…

Они остановились друг против друга, и Лерка, опустив круглую голову, водил ногой по песку: рисовал пальцем кривые восьмерки. Нарисовал три восьмерки, глянул на Лодьку немного виновато и сказал:

— Приехал…

— Ага, — ответил враг Лодька.

«Чудеса, — подумала Лена. — Какой же это враг? Непохоже что-то».

В самом деле, ничего коварного и злого не было в нем заметно. На страшилище, которое Лена видела на рисунке, Лодька совсем не походил. Обыкновенный мальчишка, чуть повыше Лерки, с белобрысым аккуратным чубчиком, в синем, очень выгоревшем трикотажном костюме. С тонким, почти незагорелым лицом и длинными, как у девчонки, ресницами.

Ну какой же это враг, да к тому же изменник?..

— Вот, башмаки тебе новые привез, — сказал Лодька. Снял с плеча палку, и две пары сандалий упали в песок — старые, стоптанные и новые, оранжевые. Новые Лодька поднял и протянул Лерке.

Лерка почему-то вздохнул:

— Хорошие. А где взял?

— Как это где? У тебя дома. Приехали ведь уже…

— Приехали? И мама? — неожиданно просиял Лерка.

— Ну да. Сюда хотели приехать, да я сказал, что взрослых в лагерь не пускают.

— Не пускают, — грустно согласился Лерка. И вдруг насупил коротенькие брови. — А тебя-то пускают. Я ждал тогда, а ты… — И закусил губу, словно боялся, что заплачет. С чего бы это?

Очередь за кошками уже распалась. Мальчишки и девчонки подходили и подходили и скоро обступили Лодьку и Лерку тройным кольцом. Оказалось, что у Лодьки здесь полно знакомых.

— Лодька, здорово!

— Привет, Лодька!

— Лодька, ты надолго?

Он совсем не отвечал или кивал не глядя, потому что смотрел на Лерку.

А Лерка смотрел на него обиженно и строго.

— Да я не мог, — сказал негромко Лодька. — Нинка болела, в садик не ходила, я с ней дома сидел. Думаешь, интересно сидеть с ней…

— А знаешь что, Лодька-а, — раздался из-за мальчишечьих спин унылый Ларискин бас. — А Лерка тебя изменником дразнил и стрелял в тебя стрелами, и еще… Лена Максимовна-а, а Санька по шее стукается!

— Это не Санька, а я, — спокойно объяснил Николка Морозиков. — Еще не так заработаешь, зануда.

Лерка почесал о плечо подбородок и сказал, глядя в сторону:

— Я же не знал, почему ты не едешь…

— А ну, айда отсюда! — вдруг распорядился Санька. — Встали тут, не дают людям поговорить. Люди столько времени не виделись, а они…

Саньку послушались. Только худая девчонка поинтересовалась:

— А кошки еще будут?

— Потом кошки, — сердито ответил Санька. Лерка неожиданно сказал:

— Я тебе потом балерину сделаю.

— А я хочу кошку, — заявила девчонка.

— Нет, вы только подумайте! — возмутился Николка.

Ребята медленно разошлись. А Лена осталась. Она остановилась неподалеку, у сосны, и наклонилась, будто поправляла бинт на ноге. Подслушивать и подглядывать, конечно, нехорошо, но кто их знает, этих мальчишек. Еще выкинут какую-нибудь штуку! А бинт все равно надо поправить. А если говорить откровенно, просто было интересно, что за странный «враг» Лодька, что у них с Леркой?

Лерка сел на песок и стал примерять сандалии.

Лодька сказал:

— В самый раз.

— Да, — согласился Лерка. — Только палец маленько жмет.

— Где?

Лодька сел на корточки и стал ощупывать Леркину ногу.

— Я думал, ты вовсе уж не приедешь, — почти шепотом, так, что Лена едва расслышала, произнес Лерка.

— Вот еще, — тоже очень тихо отозвался Лодька. — А палец привыкнет.

— Привыкнет…

Теперь они сидели на траве, у края аллеи, рядышком. Головами склонились друг к другу, и Лена видела два затылка: Леркин — темный и колючий и Лодькин — белобрысый и гладкий.

Лодька спросил:

— Построил уже?

— Не…

— А чего?

Лерка приподнял остренькие плечи. И Лодька понял:

— Времени нет?

— Ну да… И мешают все. А помогать не хотят. Слона сделать и то не могли.

— Трудно это…

Лерка опять шевельнул плечами.

Они, видно, понимали друг друга с полуслова. А Лена не понимала. И ей было почему-то обидно.

— Не получится, — произнес задумчиво Лодька.

— Получится, — каким-то деревянным голосом сказал Лерка.

Лодька вздохнул:

— Не будут они жить.

— Получится, — сказал Лерка.

В голосе у Лодьки прозвучала снисходительная усмешка:

— Где ты их столько наберешь?

— Получится.

— Здесь тебе не Африка…

Лерка быстро глянул через плечо на Лену. И Лодька замолчал. Понял, наверно, что чуть не выдал секрет. А Лена растерялась. Этот быстрый и хмурый взгляд Лерки застал ее врасплох. Ведь она давно уже оставила в покое бинт и просто слушала непонятный разговор. И чтобы не подумали, будто она специально подслушивает, Лена подошла к Лерке и Лодьке.