Чумной доктор - Кевин Сэндс

Я не мог пошевелиться. В зале было совершенно тихо. Всё, что я видел в этот миг, – горгулья на конце посоха Мельхиора, оскалившая почерневшие зубы.

А потом Мельхиор рухнул. Он упал на колени. Посох вывалился из безвольных ослабевших пальцев и заскользил по полу.

Соратники пророка бросились вперёд и подхватили его. Он повис на их руках, тряся головой, словно оказался во власти кошмара. Я вдруг понял, что рядом со мной никого нет. Те люди, которые оставались в зале, прижимаясь к дальней стене, в ужасе уставились на меня. Генри отошёл ещё дальше. Он стоял в дверях, наполовину спрятавшись за дверную раму.

Молчание нарушили доктор Парретт и Том, вернувшиеся с улицы. Когда они проходили мимо Мельхиора, Том обошёл доктора Парретта так, чтобы тот оказался между ним и пророком в маске.

Парретт опустился рядом с Олдборном.

– Ваша дочь отдыхает на улице, на траве, – сказал он.

Олдборн опустил голову. Доктор Парретт остался рядом и тихо говорил что-то магистрату. Я не слушал их – я не сводил глаз с клюва чумного доктора, обмякшего на руках своих охранников. Голос Мельхиора гудел в ушах, эхом отдавался в голове. «Ты ходил за ангелом».

– Кристофер.

Я обернулся. Том стоял рядом со мной. Выглядел он испуганным.

– Почему ты мне не ответил? Я спросил, всё ли у тебя в порядке.

«Человек, которого ты любишь, умрёт».

– Ты… ты же не прикасался к девочке, а?

– Конечно нет.

Том посмотрел на доктора Парретта. Рука доктора мягко покоилась на локте магистрата Олдборна.

– Не понимаю, как он может так делать.

– Он хороший человек.

«А вдобавок, – мысленно прибавил я, – ему нечего терять».

Доктор Парретт окликнул Генри.

– Больше здесь ничего не поделаешь, – тихо сказал он. – Надо очистить зал и отвести магистрата в его кабинет.

– Верно. Да. Конечно.

Похоже, маленький человечек успокоился при мысли, что можно заняться чем-то полезным.

– Добрые люди, – обратился он к толпе, – после обеда ратуша работать не будет. Пожалуйста, приходите завтра, и тогда мы вам поможем.

– Поможете с чем?

Мы все обернулись. Человек, сказавший это, стоял у входа в зал – там же, где был Мельхиор лишь несколько минут назад. Высокий широкоплечий мужчина с длинными светлыми волосами…

Я удивлённо посмотрел на Тома. Это был Гален, аптекарь, которого мы видели на рынке. Очевидно, Генри тоже узнал его, потому что вздохнул и пробормотал:

– Опять?

Галену сильно досталось в драке. На его виске – там, куда его ударил шарлатан, – виднелась шишка, уже побагровевшая. Глаза заплыли, веки припухли и потемнели. Его одежда, испачканная остатками аптекарских ингредиентов, была измята. Ворот разорван по шву.

Аптекарь вошёл в зал.

Проходя мимо Мельхиора и его людей, он замедлил шаг и с любопытством оглядел человека-птицу. Затем Гален остановился перед нами.

– Будьте добры, мистер Коул, объясните им, – сказал он. – Как именно вы можете помочь этим людям?

– Виддоусон, – буркнул Генри, – сейчас это не ко времени.

– А когда же будет ко времени? – Гален кивнул на оставшуюся толпу. – После того, как они тоже заболеют?

Толпа охнула.

Генри разволновался.

– Здесь никто не заразится! – Он обернулся к Галену. – Уходите!

– Я бы с удовольствием, – отозвался Гален, – но горожане настаивают, чтобы я договорился с магистратами.

– И вы уже получили ответ! Мы не заинтересованы.

– Как же так вышло, что вас не интересует лекарство от чумы?

По толпе пробежал шум. Я заметил, что доктор Парретт и в самом деле не заинтересовался – он едва взглянул на аптекаря. Мельхиор, который до сих пор не оправился после произнесённого пророчества, тоже, казалось, был не особо впечатлён.

– У него нет никакого лекарства, – заверил всех Генри.

Гален выгнул бровь.

– Вы столь же умны, – сухо сказал он, – сколь и высоки ростом.

Краска залила лицо Генри.

– Да как вы смеете?!

Эта сцена отвлекла магистрата Олдборна от его скорби. Он поднял взгляд.

– В чём дело? Кто вы?

– О, простите, магистрат. – Гален низко поклонился. – Меня зовут Гален Виддоусон. Я аптекарь. Я учился за границей, искал какое-нибудь средство для лечения чумы. Через много лет я вернулся домой, поскольку наконец-то нашёл лекарство.

Генри встал между Галеном и своим начальником.

– Этот человек только что потерял дочь, – сказал он аптекарю. – У вас нет ни капли порядочности?

Глаза Галена вспыхнули.

– Порядочность, Коул, дала бы мне шанс спасти девочку. И вылечить других детей, но вам нет до них дела.

– Я переживаю за каждого ребёнка в этом городе, – пробормотал Генри.

– Ах так? Тогда это должно вас порадовать. – Гален повернулся к входу в ратушу и крикнул: – Заходи!