Гость из космоса - Росс Уэлфорд

Я очнулась в большой тёмной комнате, освещённой свечами, из-за которых вокруг пахло дымом.

Свечи? У кого есть свечи? Где вообще взять свечи? Открытое пламя – да и любой огонь, если уж на то пошло – под запретом со времён Великого Пожара. По моему телу немедленно прокатилась тёплая волна трепета.

– Прости, – сказал Каллан, помогая мне подняться со скамьи, на которой я лежала. – Ты в порядке? – Ответа он не стал дожидаться. – Нам вроде как пришлось это сделать. Из соображений безопасности, сама понимаешь.

Я кивнула.

– Ты имеешь в виду, что вы мне не доверяете.

– Мы доверяем тебе не до конца. Риски этой операции существенные, и мы пока что не хотим, чтобы ты знала, где мы находимся. А теперь иди за мной. Мне нужно показать тебе кое-что.

Я проследовала за ним к железным дверям. Он взял свечу с держателя на стене и передал её мне, а сам стал возиться дверной ручкой.

– Каллан? – спросила я. – Зачем свечи? В смысле…

– Потому что нам нужен свет, а мы пока что не нашли способа красть энергию у Сети. Тебе не нравятся свечи?

По правде говоря: я влюблена в них. Снаружи было почти всегда светло: днём от солнечного света, ночью – от искусственного. Но свечи – это нечто совсем иное: я любила их мерцающий свет, любила их запах, любила, что они отбрасывают глубокие тени и освещают только то, что поблизости. Также мне весьма нравилось, что, поскольку свечи официально порицались, их окружала атмосфера волнительной секретности.

Я сказала Каллану:

– Свет свечей напоминает мне мои сны.

Он улыбнулся и спросил:

– Тебе когда-нибудь снилось такое?

Мы прошли дальше в комнату, и наши шаги эхом отдавались в кромешной темноте. Каллан одной рукой поднял свечу, а второй стянул простыню с какого-то большого объекта. Он всё тянул и тянул, пока объект не открылся целиком, и я заморгала от изумления.

Вы бы назвали это «космическим кораблём», и мне нравится это название. Мы практически не используем корабли, но знаем, что это такое, и мне приятна мысль о корабле, который плывёт по космосу, пересекая вселенные быстрее самого времени.

Однако этот аппарат совершенно не походил на один из ваших кораблей, с парусами и верёвками. Вместо этого передо мной предстал огромный треугольник с большим тёмным куполом. Каждый его угол поддерживали ножки, а у основания имелся кожух, позволяющий ему держаться на воде. От макушки купола до дна кожуха аппарат был выше, чем я, и его покрывала матовая тёмная тень, не отражавшая мерцание свечи, которую держал над головой Каллан. Его края как будто сливались с темнотой, отчего он казался почти бесформенным.

Я никогда такого не видела. В голове вертелось столько вопросов, что я не знала, какой задать в первую очередь.

– Откуда вы достали это? – спросила я. – Такое разве теперь не запрещено? Где оно было? Кто-нибудь знает, что оно тут? В смысле, как… – Я нервно огляделась, будто в помещение в любой момент мог войти кто-нибудь из АСов.

– Успокойся, – мягко сказал Каллан. – Здесь мы в безопасности. На самом деле мы среди друзей.

Как только он произнёс эти слова, в тенях комнаты по очереди, одна от другой, засветились ещё шесть свечей. Их держали в руках несколько наших сородичей, ждавших сигнала Каллана. Они медленно продвинулись вперёд и обступили корабль, образовав идеальный круг света свечей.

Каллан протянул руку и взял мою ладонь в свою.

– Идём, – шепнул он. – Я хочу познакомить тебя с другими Сердечными.

Он повёл меня по кругу, представляя каждого по имени.

– Это Эш, – сказал он.

Эш была очень пожилой самкой, шерсть на её теле совсем истончилась.

Она тепло улыбнулась, сказала мне:

– Добро пожаловать, Эллиэнн, – и прикоснулась тремя пальцами к сердцу.

Остальные делали точно так же, когда Каллан называл мне их имена. Все они были стары, все смотрели на меня с надеждой и теплом, которых я ещё никогда в своей жизни не чувствовала, так что к концу круга мне стало сложно глотать от нахлынувших эмоций.

– Мы почти потеряли надежду, – сказала Эш, выступая вперёд и заглядывая мне в глаза. Она, скорее всего, была моего роста, но горбилась, словно всю жизнь провела в страхе, что её раскроют.

– Надежду на… что? – спросила я, оглядывая собравшихся.

– На возвращение Подлинника, конечно, – сказала Эш. Она протянула руку и погладила моё лицо тыльной стороной ладони – настолько мягкий и нежный жест, что я улыбнулась. – Мы все слишком стары, и такое путешествие для нас небезопасно, так что нам казалось, что мы последние из своего рода. Но потом появилась ты.