Улица Пратер - Жужа Кантор

Учитель покачал головой:

— Красиво рассказываешь… Значит, смотришь, размышляешь. И о чем же?

— Да так, ни о чем, — медленно произнес Тони.

— Вот, вот, сейчас-то ты тихоней выглядишь. Но иногда ведь бываешь и другим. Например, вчера вечером, там, на углу.

Дело понемногу проясняется, и Тони встревоженно смотрит на учителя.

— На углу?

— Да.

— Когда возвращался домой?

Теперь Тони прекрасно знал, о чем идет речь, хотя и пытался оттянуть время. Учитель только пожал плечами. Он хотел все услышать от Тони.

— Подумай хорошенько. Тебя, кажется, кто-то окликнул? Неужели забыл? Вспомни-ка…

И вспоминать нечего. Тощий, кто же еще может быть. Именно его навязал Тони учитель Гал. Тощий вчера днем разыскал его в школе и предложил вместе заниматься математикой. Тони сразу сказал ему, что не имеет ни малейшего желания заниматься с ним и пусть тот оставит его в покое. А когда вечером Тони возвращался домой, то столкнулся с Тощим на углу улицы.

— Я уже два раза заходил к тебе домой…

— Ходи, пожалуйста, — сказал Тони, — раз у тебя так много времени. У меня его, к сожалению, мало. И заруби себе на носу: ты мне не импонируешь.

Тони сказал это, подражая Лазару, от которого услышал это выражение. Он ждал, что Тощий тут же смоется, но не тут-то было. У него хватило наглости говорить дальше. Ему, видите ли, поручил господин учитель Гал, а если уж он, Тощий, что-нибудь пообещает, то слово свое сдержит. А кстати, почему это Тони не хочет с ним учить уроки?

Тони не нашел другого, как заявить:

— Потому что ты учишься в «Б».

Тощий не понял:

— Не все ли равно: 7«А», 7«Б». — И он посмотрел на Тони так, что тому кровь ударила в голову.

— Знаешь, — сказал Тони, — чеши-ка ты отсюда. Плевать я на тебя хотел!

На это Тощий ответил:

— Зачем же подличать?.. Глупо…

— Кто тут подличает, интересно? Ты еще и оскорбляешь? Иди-иди, ябедничай. Скажи, что получил по шее…

Вот так все и случилось. Еще минуту назад он не хотел бить Тощего и все-таки ударил. Подумаешь, одна оплеуха ничего не значит!

— Ну что, Кочиш, вспомнил? — спросил учитель Гал.

— Да. — Тони кивнул. — Вчера на углу я встретился с Парди из 7-го «Б» по прозвищу Тощий. Значит, — с презрением сказал Тони, — Тощий вам накапал?

Учитель помолчал, стряхнул пепел, потом сказал:

— Ты не только скверно выражаешься, но, что еще хуже, плохо думаешь о других. Парди мне ничего не говорил. Он совсем не такой парень.

Тони удивленно посмотрел на учителя:

— Откуда же вы знаете?

А вдруг учитель своими глазами видел всю их стычку? Например, с другой стороны улицы.

— Что ты собираешься делать?

Тони вначале даже не понял. Вроде все уже решено. Тощий получил и смылся. На самом-то деле было немного по-другому: смылся не Тощий, а Тони, и так быстро, что тот просто не успел дать ему сдачи. По взгляду учителя Тони понял, что тот видел все, и покраснел до ушей. Ему стало так жарко, что он даже расстегнул ворот рубашки. Что же теперь делать? Внезапно у него вырвалось:

— Господин учитель… я этого Тощего… не перевариваю. Совершенно! Уж лучше я один буду заниматься, только не с ним!

Прозвенел звонок. Учитель Гал поднялся. Он не сердился, но лицо его было суровым. Снял, потом опять надел очки и, не глядя на Тони, бросил:

— Ты не очень красиво вел себя вчера…

Он повернулся спиной, и вот уже за ним захлопнулась дверь учительской.

Еще некоторое время Тони стоял неподвижно, переминаясь с ноги на ногу. Солнце скрылось за тучами, и приемная, еще недавно выглядевшая так приветливо, стала холодной и неуютной. Тони поежился, втянул голову в плечи, засунул руки в карманы.

— Надо бы надеть куртку, сынок, — сказала ему преподавательница младших классов, проходя мимо. — Одевайся на переменах обязательно. Ну, беги. По школьному радио объявили, что коридоры не отапливаются, поэтому здесь так холодно.

Но он не побежал, а поплелся как старик. У него было отвратительное настроение.

7

— Привет, Энтони! — произнесла Джизель радостно. — Я тебя заждалась. Знаешь, что я придумала? Давай устроим бал! Позовем гостей, много-много.

— Конечно, — проворчал Тони, — сплошных сэров и лордов. У нас в классе один-единственный Герцог, и то я его терпеть не могу. Он все время ехидничает, правда, я его тут же отшиваю.

— Здорово ты выражаешься, Энтони, — захихикала Джизель.

— Я с любым справлюсь. Андраша Чонта уложу на лопатки и Длинному как следует врежу. Я никого не боюсь, даже учителей. Недавно я Длинному подсказал по истории. Я ему всегда подсказываю и не боюсь этого делать. Даже Тихамир дает мне ключ от подвала, чтобы я брал оттуда лом. А уж там — кромешная тьма!

Джизель вздрогнула:

— И ты ходишь туда один?

— А с кем мне ходить?

— Ты всегда один?

— Мне так даже лучше. Из драмкружка я ушел. Они надо мной смеялись, особенно Гизи, по-английски она тоже Джизель. Но ты в сто раз лучше ее. И в сто раз красивее. И лучше Панни тоже. Она, правда, неплохая девчонка, но уж слишком правильная. Пифф-паффф: всех бы перестрелял. И Тощего тоже. Это один парень из 7-го «Б». Он все хочет заниматься со мной, но мне он не нужен. Такой