Правда или последствия - Анника Тор

Сначала у нас была музыкальная минутка, потом сдвоенный урок математики, и только потом перемена. Когда прозвенел звонок, Карин осталась сидеть за партой.

— Эмиль! — сказала Гунилла, — Открой окна! Все остальные в коридор!

— Мне полить цветы? — спросила Карин.

— Да, пожалуйста, — ответила Гунилла.

Когда я проходила мимо Карин, она едва заметно кивнула мне и улыбнулась.

Во дворе я стояла и смотрела на окна класса. Но, естественно, ничего не видела, только серое небо и голые ветки деревьев, отражавшиеся в оконных стеклах.

Когда мы возвращались, я ужасно нервничала. А вдруг Гунилла не ушла в учительскую, а осталась на перемене в классе?

Я поискала глазами Карин. Она опять незаметно кивнула. Я перевела дух и села за парту.

Сабина и Фанни вошли вместе. Сабина прошла мимо своей парты к Фанниной.

— Я возьму у тебя ручку, — сказала она и подняла крышку.

Точнее говоря, она успела сказать только:

— Я возьму у тебя ру…

Потому что потом она закричала:

— Мой плеер!

Она вынула его из парты. Все столпились вокруг них.

— Как он сюда попал? — спросила Фанни.

— Вот именно — как?

В голосе Сабины звучали подозрение и злость.

«Как?» — думала я. Как попал плеер в парту Фанни вместо парты Сабины? Я старалась встретиться глазами с Карин, но она смотрела в сторону.

В класс вошла Гунилла.

— Что здесь происходит? Сядьте все на свои места!

— Мой плеер… — начала было Сабина.

— Я не хочу больше слышать про твой плеер, — рявкнула Гунилла. — Сядь на место!

Английский, потом обществознание. Время тянулось и тянулось. Я сидела как на иголках, думаю, Сабина тоже. А Фанни? Не знаю, по ее лицу никогда нельзя ничего определить.

Как бы то ни было, но на перемене они вышли из класса первыми. Я немного задержалась и подошла к Карин. Выбрав подходящий момент, я оттащила ее в сторону:

— Ты что сделала? Плеер нужно было положить к Сабине, а не к Фанни!

— Я ненавижу их. Обеих.

— Ты с ума сошла!

Я побежала вниз по ступенькам. Но ее слова все же услышала:

— Я сделала это для тебя.

Когда я спустилась вниз, ссора была уже в полном разгаре. Вокруг столпилось полшколы ребят, все наблюдали за происходящим.

— Ты его взяла! — кричала Сабина.

— Зачем он мне нужен? — холодно отвечала Фанни. — Дешевка!

— Как он тогда попал к тебе в парту?

— Я уже сказала, что не знаю.

— Врешь!

— Кто бы говорил!

— В каком смысле? Что ты имеешь в виду?

— Делаешь вид, что дружишь, а за спиной болтаешь всякие гадости.

— Я ничего не болтаю, — возразила Сабина, но голос ее звучал уже не так уверенно.

— Болтаешь, — продолжала Фанни, — и врешь. Ты дура и проститутка, как твоя сестра.

Сабина подскочила. Я никогда не видела ее в такой ярости, никогда за все десять лет нашего знакомства. Подлетев к Фанни, она вцепилась ей в волосы.

— Что?! — заорала она. — Что ты сказала?

Но Фанни была сильнее Сабины, она схватила ее за руки и держала, не отпуская.

— Спроси у Норы, — сказала она.

Фанни рывком отпустила руки Сабины, и та упала на землю. Повернувшись к ней спиной, Фанни пошла прочь. Круг расступился, пропуская ее, как в каком-нибудь старом вестерне по телевизору.

— Катись отсюда, дрянь! — крикнула ей вслед Сабина, поднимаясь и отряхиваясь.

— Сама такая, — ответила Фанни, проходя в этот момент мимо меня и обжигая меня гневным взглядом.

32. Приглашение на вечеринку

Я сидела с ногами на кровати, Куки лежала рядом со мной. Положив голову мне на колени, она смотрела на меня своими умными глазами.

«Не обращай на них внимания, — казалось, говорила она. — Не переживай».

Но я переживала. Что бы я ни делала, все было не так. Я думала, что Сабина обрадуется, получив назад свой плеер, а она разозлилась.

А Карин? Я думала, что знаю ее, но сегодня передо мной была Карин, о существовании которой я даже не подозревала. И она испугала меня.

В дверь постучали.

— Можно? — спросила мама.

— Что ты хочешь? — спросила я.

Мне хотелось побыть вдвоем с Куки. Но мама вошла и села на кровать. Мы помолчали.

— Что-нибудь случилось? — спросила мама наконец.

Я потрясла головой.

— В школе что-нибудь не так?

— Я же сказала — нет!

— А что тогда?

— Ничего особенного.

Мама встала и прошлась по комнате. Она собрала грязные вещи, поправила висевшую криво картину.

Я сидела и смотрела на нее. Я знала, что она ждет. Вид у нее был расстроенный.

Может быть, рассказать? Хуже вряд ли будет.

— Мама… — начала я.

Но тут она повернулась ко мне и спросила:

— Скажи… Нам никто не звонил?

Значит, пока она ходила по комнате, поправляла картину и собирала в стирку белье, она думала не обо мне. А о Феликсе!

— Нет, он не звонил, — фыркнула я. — Сегодня тоже не звонил!

— Нора, — сказала мама и попыталась погладить меня по голове.