Формула первой любви - Светлана Лубенец

— Да.

— Знаете, ребята, вы не поверите, но я все еще раньше рассчитал! — Пашка обвел одноклассников сияющими глазами и обратился за поддержкой к Власовой. — Скажи им, Надя! — Надя только улыбнулась, а Румянцев продолжил: — Представляете, я составил логическую задачу на предмет самых перспективных пар нашего класса, и все совпало! Оказывается, алгеброй действительно можно поверять гармонию! Классики — они на то и классики, что зрят в корень!

— Ну… и что там у тебя получилось? — заинтересовалась Клюева.

— Ты, Анастасия, самой судьбой предназначена своему Алику, Надя — мне, а Таня — Степке! Вот посмотрите! — И он вытащил из рюкзака потрепанную уже бумажку. — Это же наука! Не то что наша дурацкая жеребьевка!

— Какая еще жеребьевка? — спросила Клюева.

Румянцев закусил губу. Влад Кондратюк, глядя на него, сочувственно покачал головой.

— Да так… Никакая… Я это… оговорился, — промямлил Пашка.

— Ну-ка, ну-ка! — встала перед Румянцевым Надя. — Что еще за жеребьевка? Ну-ка немедленно выкладывай!

— Ну… Надя… это же так… Глупость…

— Если ты, Пашенька, сейчас же не объяснишься, между нами все будет кончено!

— Да что тут объяснять… Я же сказал, что глупости одни… Мы просто прикалывались…

— Пашка! — угрожающе произнесла Надя.

— Ну хорошо! Владик, скажи ей, что мы просто валяли дурака! Понимаешь, Надя, мы написали ваши… ну то есть… девочек… фамилии на бумажках и тянули жребий…

— Ах вот оно что! — потемнела лицом Надя. — А я-то думала, что это любовь… И как же я могла забыть, что незабвенная «кувшинка надводная» была тобой посвящена светлому образу Арины Дробышевой!

— Да это ж я так просто… для пробы написал… — попытался оправдаться Румянцев, но Надя уже отвернулась от него и мгновенно растворилась в толпе школьников. Таня с ужасом взглянула на Карпуховича и бросилась вслед за Надей. Клюева свернула распущенные волосы в бублик, заколола вынутыми из кармана шпильками и пошла в другую сторону.

— Муся, вот честное слово, я вообще не тянул никакого жребия, — быстро заговорил Одинцов, глядя в лицо Черновой самыми честными глазами. — Пашка, ну скажи ей!

— Да… — медленно проговорил Румянцев, жадно вглядываясь в толпу, в которой скрылась Надя. — Игорек не тянул жребий, Муська. Он тебя сразу выбрал…

Но Чернова не поверила. Она перевесила свой рюкзачок с обезьянкой на другое плечо и тоже смешалась с толпой в коридоре. Дробышева выхватила листок с задачей из рук окаменевшего Пашки, прочитала ее и протянула Люде.

— Гляди, кого мне Пашкина «алгебра» предназначила! — насмешливо произнесла она.

Люда осторожно взяла в руки листок. Из решения задачи следовало, что устойчивой парой 9-го «А» класса являются Дробышева и Исмаилов, а также Люда Павлова с Владом Кондратюком. Люда поискала глазами Исмаилова. Его, конечно же, рядом не было. Кондратюк смотрел на нее виноватыми глазами. Люда сунула листок обратно в руки Пашке и тоже пошла прочь от одноклассников.

Не нравилось Люде все это. Влад, конечно, очень хороший парень, но все же… Эта задача врет… Между ней и Сеймуром уже пробежала искра понимания. Они вчера сидели совсем рядом на горке, руки их соприкасались, и Сеймур не отодвигался, не морщился, не говорил: «А пошла ты!», а, наоборот, был откровенен и тих. А сегодня с утра он при всем классе извинился перед Надей. Власова, конечно, фыркнула и отвернулась от него, а Пашка Румянцев тут же подскочил и заявил, что если Исмаилов еще раз приблизится к Наде, то он его самым зверским образом убьет. Люда видела, что Сеймуру очень хотелось еще раз подраться с Румянцевым, но он все-таки заставил себя сдержаться и даже не бросил ему по своему обыкновению никаких резких слов. После этого Люда в знак благодарности положила свою ладонь на его, и он свою руку не убрал.