Кошмары станции «Мартышкино» - Валерий Роньшин

Ничего не делай, — посоветовал другу Димыч. — Может, само собой пройдет. У меня вон зуб болел-болел, а потом перестал.

Не-е-т, — гнул свое Тимыч, — нужно сходить к психиатру.

Тогда лучше всего к знакомому, — сказал Димыч. — У тебя есть знакомый психиатр?

Откуда?

— О! — вспомнил Димыч. — У меня есть!.. Вернее, не у меня, а у Любки.

У какой Любки?

Да у Любки Крутой, про которую ты рассказывал.

Погоди, погоди… Ты что, ее знаешь?

Привет, я ваш сосед! Конечно, знаю. Еще с детсада. Она тут рядом живет.

Ни фига себе заявочка, — изумился Тимыч. — А я думал, ее на самом деле не существует.

Ты что, классная такая девчонка! Без всяких там закидонов!.. Прикинь, у нее по карате черный пояс, с парашютом она сто раз прыгала и в конкурсе красоты первое место заняла. Не хило, да?

— Про конкурс она мне рассказывала, — припомнил Тимыч, но тут его снова охватили сомнения: — Слушай, Димыч, а может, мы о разных девчонках говорим?

— А твоя Крутая как выглядит?

Круто.

И моя — круто. Хочешь, я своей сейчас звякну?

— Звякни.

Димыч позвонил.

— Любка, это Диман! Дело есть… Нет, не телефонный разговор… Ага, жду… — Димыч положил трубку и сообщил Тимычу: — Через пару минут будет.

И точно — через пару минут Крутая была тут как тут.

Привет, — сказала она.

Привет, — ответил Димыч.

Привет, — ответил Тимыч, таращась на Крутую. Она была точь-в-точь «его» Крутой. Даже жвачку так же жевала.

— Ну чего вытаращился? — спросила Любка.

— А он в тебя втюрился с первого взгляда — захихикал Димыч и следом затараторил: — Короче, тут такое дело, Люб. У Тимыча реальные глюки. И мы с тобой в них реально колбасимся. Я там живой труп, а ты… — Димыч запнулся. — Тимыч, а она у тебя кто?

Никто. Она просто она.

Спасибо хоть не труп, — сказала Крутая. — Но, честно говоря, я пока что не врубаюсь.

Сейчас Тимыч тебе все объяснит, — сказал Димыч.

И Тимыч объяснил.

Прямо пьеса «Из жизни шизофреника», — 0 заметила Любка, выслушав его рассказ. И спросила напрямик: — У тебя с головой-то все в порядке?

Он потому лыжи к психиатру и навострил, — ответил за Тимыча Димыч, — что хочет провериться. У тебя, Люб, вроде был знакомый психиатр.

Был да сплыл. Он в Германии теперь живет. — Крутая взглянула на Тимыча. — Но можно без всякого психиатра проверить, свихнулся ты или нет.

Что, палец к носу надо прикинуть? — спросил Тимыч, припомнив Любкину проверку из своих воспоминаний.

Ничего прикидывать не надо, — ответила реальная Крутая. — Это устаревший тест. Я тебя новейшим протестирую. Ну-ка, отвечай быстро, что такое семь крыльев, пять носов?

Семикрылый пятинос, — не задумываясь, выпалил Тимыч.

— Поздравляю, — сказала Любка, выдув изо рта большущий пузырь жвачки, — ты законченный шизо.

У Тимыча так челюсть и отвисла.

Правда, что ли?

Да шучу, шучу, — рассмеялась Крутая. — Ты в полном порядке.

Вот видишь! — хлопнул друга по плечу Димыч. — Все зашибись!

Угу, зашибись, — сумрачно повторил Тимыч. — А толку-то?.. Что же — меня теперь так и будет тыщу лет глючить?

А ты что, тыщу лет жить собрался?! — расхохотался Димыч.

Тебя не глючит, — сказала Любка. — Скорее всего, тебя просто бес попутал.

Бес? — повторил Тимыч.

Ну да. Бесы любят людей путать. Встань-ка напротив окна, я посмотрю на свет.

Что посмотришь?

Сидит в тебе бес или нет.

Тимыч встал напротив окна. Любка внимательно вгляделась в его переносицу.

— А можно и мне глянуть? — подскочил Димыч.

— Отвали, — пихнула его локтем Крутая. — Ты все равно ничего не увидишь.

А ты увидишь?

Естественно. Я вижу то, чего не видят другие. Я же потомственная ведьма. У меня и бабушка ведьмой была, и прабабушка…

Ага-а, вот он! — приглядевшись, воскликнула Любка.

Где?! — очумело спросил Тимыч.

Да вот! — Крутая ткнула пальцем Тимычу между глаз.

— А какой он? — любопытничал Димыч. — С рожками и хвостом, да?

— Сам ты с рожками и хвостом. Бесы вселяются в людей в форме черных шаров. Типа бильярдных.

Тимыч испуганно обхватил голову руками.

— А как он туда попал?!

— Да какая тебе разница? — чмокнула жвачкой Крутая. — Для тебя сейчас главное — как его оттуда вытурить.

— А как его оттуда вытурить?

— С помощью отчитки.

— С помощью чего?

— Ну это когда священник поливает тебя святой водой и читает молитвы.

— А, знаю! — воскликнул Димыч. — Я ужастик один видел. Про священника, который из девчонки беса выгонял. Таких священников называют эксцентристами.

— Не эксцентристами, а — экзерсистами, — поправила Димыча Крутая. — Экзерсист по латыни означает — «изгоняющий дьявола».

— Люба, — умоляюще произнес Тимыч, — а ты не можешь из меня этого дурацкого беса выгнать?

— Нет, для меня это слишком круто, — покачала головой Крутая. — Я ведь еще не совсем ведьма, а только учусь. Вот для моей бабушки это — пара пустяков.

— Едем скорей к твоей бабушке!

— Далековато ехать придется. Она сейчас в Португалии. Но я здесь, в Питере, знаю одного классного экзерсиста.

— Священника?

— ФСБэшника.

— Кого-кого? — не поняли мальчишки.

— Сотрудника ФСБ, майора Гвоздя. Он крутой спец по бесам. Его все бесы ненавидят, потому что он про них книжку написал: «Кто такие бесы и как с ними бороться».

— А что он в ФСБ делает? — спросил Димыч.

— Гвоздь — начальник отдела по борьбе с нечистой силой.

— Такой отдел есть? — удивился Тимыч.

— А ты думал! — ответила Любка. — Нечистая сила не дремлет. Буквально на днях отдел провел операцию по уничтожению демона по кличке Дуррра.

— А кто это? — в один голос спросили Тимыч с Димычем.

— Долго рассказывать. Короче говоря, погнали в ФСБ.

И, короче говоря, они погнали в ФСБ.