Попугай и воробей - Виктор Ильич Кравцов

С каждым днем становилось теплее и птицы радовались этому, особенно маленький волнистый попугайчик Кондрат.

Все его страхи остались позади и, в очередной раз, наевшись рисовых зерен на

нолях, он летел дальше с воробьем и трясогузками. Птицы спешили все дальше и дальше. Их влек природный инстинкт — таинственное чувство, помогающее определить правильное направление. Трясогузки не первый раз летели на юг с тем, что бы, перезимовав, вернуться назад весной и свить гнезда.

Чик и Кондрат летели так далеко в первый раз.

Добравшись до жаркой страны со множеством смуглых и веселых людей, катающихся на больших лопоухих животных с длинными носами, птичья компания разделилась. Трясогузки остались здесь, а Кондрат и Чик полетели дальше.

Наконец, пролетев над тысячью огромных и крошечных островов в океане, друзья очутились в большой, сказочно- красивой зеленой стране. Они не знали, что это была Австралия.

Уставшие путешественники опустились на одну из пальм и огляделись. Пальмовая роща стояла на берегу озер с прозрачной водой. Ниже пальм росли разные фруктовые деревья с вкусными и сочными плодами. Еще ниже росли кустарник и густая трава.

В озере плавали черные птицы бакланы- рыболовы. По берегу важно ходили белые цапли, выхватывая острыми клювами на мелководье лягушек, мальков и мелких рачков. Среди деревьев и в кустах порхали сотни, а может и тысячи разноцветных птиц, больших и маленьких.

Кондрат и не знал, что это была родина его родителей, которые когда-то вылупились из яиц в гнездах где-то рядом, возможно в этой самой роще. Он только чувствовал, что ему очень хорошо здесь и Чик от души радовался за своего друга.

Соседи встретили их хорошо. Они летели с Кондратом и Чиком на родник с ключевой водой и на поляну, где росли растения с вкусными семенами. А один старый какаду — белый попугай с хохолком на голове, показал им толстые деревья с дуплами, в которых можно было укрыться как от жгучего полуденного солнца, так и от ливня или хищной птицы.

Новоселы обживались на новом месте, кормились и резвились вместе с другими птицами, радовались жизни.

Здесь всегда было тепло, сыто и почти безопасно. Но через месяц почему-то загрустил Чик. Он, видно, заскучал по своим товарищам- воробьям, по родным местам: аллеям с шумной детворой, по огородам с вкусными червяками, по тенистым яблоневым садам.

У Чика пропал аппетит, он все чаще и чаще сидел, нахохлившись, на кокосовой пальме, и с тоской смотрел на север, откуда они прилетели с Кондратом.

И однажды он не выдержал: «Все! Не могу! Хочу домой!»

«Как? Куда?», изумился попугайчик, «Там же холодно».

«А мне не привыкать», — ответил Чик, «А еще мне пора повидаться со своими приятелями, не боящихся зимы — снегирями, синицами, поползнями».

Друзья вгорячах поспорили и повздорили, но потом помирились, решив, что Чик улетит домой. Тем более что старый, мудрый какаду сказал: «Каждый должен жить там, где родился».

И вот настал день отлета. Провожать Чика собралось все местное население пернатых, которое всей своей птичьей душой полюбило воробья за его бескорыстную дружбу и веселый нрав.

Местные птицы натащили всякой всячины: изумрудных гусениц, пятнистых козявок, мягких семечек, а также кусочки бананов и киви.

Чик сердечно поблагодарил всех за теплый прием и лакомство и наказал приглядывать за своим другом Кондратом. Затем два друга в знак прощания потерлись клювами, как бы обнялись крылышками, пообещав прилетать друг к другу в гости и Чик стремительно взлетел вверх. Он плавно облетел пальмовую рощу, как бы отдавая салют своим новым товарищам и Кондрату и только после этого взял курс на север — через океан и острова, джунгли и горы.

Он летел домой, потому что неодолимая сила, зов крови предков неудержимо влек его туда — в еще более прекрасную страну с черно- белыми березками и вечно — зелеными елочками, в заснеженный подмосковный городок, в заброшенный скворечник, где он однажды родился, вылупившись из яйца. Его необъяснимо тянуло во двор дома, где жил мальчик Вадим, который в этот декабрьский морозный день развешивал на кустарнике вблизи подъезда кормушки, сделанные из молочных пакетов. В них он для птиц заботливо накрошил сухарики, кусочки сала, насыпал семечек и овсяных хлопьев.

В эти минуты Вадим вспомнил своего улетевшего говорящего питомца, не зная о договоренности Кондрата и Чика прилетать друг к другу в гости.

Наверняка, он все- таки любил животных: зверюшек, рыбок и птиц- братьев наших меньших.