Бал под пальмами - Анна Антонова

– Ура, поехали! – завопила Дашка и бухнула на стол объемистый пакет:

– Ну что, давайте есть?

– Да я вроде дома поужинала, – удивилась Аня.

– Да я вроде тоже, но ведь есть надо, а то испортится на такой жаре!

Все зашевелились, полезли по сумкам, и скоро стол оказался завален пакетами с провизией. Из них выбрались несколько комплектов жареной курицы, огурцы, помидоры, фрукты, бутылки с минералкой и газировкой.

Есть, похоже, и правда никому не хотелось, так что припасы убывали медленно.

– Давайте каждый расскажет, почему он начал танцами заниматься, – сказала деятельная Ксюша и, не скромничая, предложила:

– Начнем с меня. Я как-то по телеку чемпионат мира по бальным танцам смотрела, и так мне понравилось! И я еще тогда подумала: «Вот бы так же научиться…»

– Меня родители в первом классе привели, – небрежно сказал Сергей. – Вначале как-то все равно было, а потом втянулся …

– А я тоже как-то по телевизору увидела, – протянула Ленка. – Костюмы отпадные! Сразу поняла, что мне пойдет…

– У нас в школе объявление повесили, что идет запись в студию бального танца, – рассказала Дашка. – И кто будет ходить, тому это за физру засчитают. Наша физручка такая противная, что я от нее куда угодна готова была смыться! А ты? – она толкнула локтем Олега.

– Да пацаны знакомые пошли, – пробубнил он, – ну и я за компанию…

– Одна Аня осталась, – повернулась к ней Дашка.

Девочка отодвинулась в угол надеялась отмолчаться, но, когда все на нее уставились, пришлось отвечать:

– Мне понравилось, что это и спорт, и искусство. Уникальное сочетание…

– Кто-нибудь еще будет есть? – перебила Дашка. – Нет? Тогда убираем!

Заглянул Виталий:

– Все желающие приглашаются к нам на просмотр финала прошлогоднего чемпионата мира по спортивным бальным танцам!

Народ оживился и потянулся за ним. Аня осталась – толкаться в душном купе у маленького экрана ноутбука не хотелось. И только когда все вышли, она заметила еще одну девочку – худенькую, со скромной косичкой, в неприметных защитных шортах и майке.

– А тебя как зовут? – спроси Анлая.

– Марина, – тихо отозвалась та.

– Тоже танцами занимаешься? Что-то тебя я раньше не видела.

– Нет, я не занимаюсь, – ответила она. – Просто мы с Леной в одном классе учимся и живем рядом. Ее мама сказала моей, что Лена на сборы едет, а моя решила мне в этот же лагерь путевку купить, чтобы мы вместе отдыхали.

– Здорово! – чему-то обрадовалась Аня. – Может, там начнешь? Я слышала, будут занятия для начинающих.

– Может, и начну, – согласилась Марина.

– Только с партнером будет сложно, – посочувствовала она, окинув новую знакомую придирчивым взгдом. – Ты ведь тоже высокая!

– Но у тебя же есть партнер?

– Угу, Олег. Только я с ним совсем недавно танцую. Нас Дашка познакомила, полненькая такая, с короткой стрижкой. Поняла, о ком я?

Марина кивнула.

– Первые несколько занятий мы вообще по отдельности танцевали, основные шаги учили, – неожиданно разговорилась Аня. – А потом Виталик – преподаватель наш, сейчас заходил – говорит: «Встаем в пары!» Те, кто вместе пришел, понятно, встали. А остальные мнутся чего-то… Он смеется: «Что у вас за проблемы? Мальчик может подойти к девочке или, наоборот, девочка к мальчику…» Ну и подходит ко мне Сашка, с ним сейчас как раз твоя Лена танцует. Я просто обалдела: симпатичный такой, все в футболках, а он – в белой рубашке… Правда, оненя м ниже немного, так что мы всего одно занятие вместе потанцевали. Как сейчас помню, была ча-ча-ча. До этого-то мы только по отдельности шаги учили, партнерши свою партию, партнеры – свою. И, помнится, так я удивилась, что когда их соединяешь, уже что-то похожее на танец получается!

Поезд дернулся и остановился.

– Пойдем подышим, – предложила Аня, выглянув в окно.

Марина согласно кивнула.

– Никуда от поезда не отходим! – надрывалась Татьяна, стоявшая в тамбуре.

После душного вагона тесный перрон какого-то небольшого городка показался райским местечком. Люди высыпали из вагонов впрок надышаться свежим воздухом.

– Рыба, рыба!

– Раки, раки! – на разные голоса заливались прохаживающиеся по перрону местные жители, нагруженные всевозможной снедью.

Время стоянки заканчивалось. Татьяна уже загнала всех в вагон, на платформе остался только Виталий. Аня стояла в коридоре и смотрела на него в окно.

– Рыба, рыба! – дурацким голосом закричал он и выжидательно уставился на окна вагона.

Аня обернулась – народ толкался и галдел за ее спиной, не замечая представления, устроенного преподавателем.

– Раки, раки! – продолжал дурашливо голосить Виталий.

Надо было как-то реагировать, но его шутка почему-то не показалась ей смешной. Аня сдавленно хихикнула. На счастье, проводница закричала:

– Отправляемся! – И Виталий резко запрыгнул в вагон.

За окном давно стемнело, но на это никто не обратил внимания, продолжая болтать и веселиться. Аня держалась, сколько могла, но часам к трем спать захотелось нестерпимо. Маринке хорошо, она давно ушла на свое место – ее маме удалось взять билет в этот же вагон, – а вот остальные, казалось, расходиться и не собирались.

Поколебавшись еще минут пятнадцать, Аня решительно заявила:

– Хочу спать.

– Детское время кончилось? – съехидничала Дашка.

– Ага, – спокойно ответила девочка.

– Ну лезь наверх, – разрешила та.

Аня начала было подниматься, но тут же весьма чувствительно стукнулась затылком о верхнюю полку. Все засмеялись. Да что такое, вечно она чем-нибудь отличится…

Угомонился народ только под утро.

Вагон мерно качало. От жары Аня не могла уснуть. Она оделась, слезла с полки и осторожно выскользнула в коридор. Там было немного прохладнее, и девочка с удовольствием вдохнула свежий воздух, летящий из открытого окна.

Спиной к ней стоял Сергей. Аня никогда не решилась бы первая заговорить со старшеклассником, но он обернулся на скрип открываемой двери и спросил:

– Не спится?

– Жарко… А ты что тут делаешь?

– Да я же до последнего момента не знал, смогу ли поехать. А когда точно решил, Виталик с Таней уже билеты на группу заказали. Так что я себе сам билет покупал, в этот вагон уже не было, пришлось в другой брать. Вот пришел сейчас туда, а на моем месте мужик какой-то спит. Ну, сама понимаешь, среди ночи как-то неудобно выяснять, что он там делает… Сам виноват – надо было с вечера место стеречь, – засмеялся он.