Мышонок-путешественник - Уве Тимм

— Лучше не надо, — отвечал Белолап, — иногда этот старичок ещё ого-го какой быстрый.

Карло лежал на солнышке и дремал. Я потихонечку подкрался к нему, а потом разогнался и как дерну его за ус: «Торро!»

Кот вскочил, фыркнул и резко выгнул спину. Наверное, он подумал, что его дразнит Изегрим. Потом он увидел меня и зашипел:

— Это ты сделал, мелочь пузатая?

— Да, дедушка, — ответил я.

— Ещё не хватало, чтобы мышата надо мной потешались, — прошипел он и прыгнул ко мне.

Какие же у него оказались огромные зубы!

Я бросился бежать зигзагами. Кот — за мной по пятам.

Я вскарабкался на ящик. Кот вскочил на него одним прыжком. Ничего себе, старичок! Я помчался через весь двор к сараю. Я уже слышал тяжёлое дыхание Карло у своего левого уха, когда успел проскочить в сарай через маленькую щель. И сразу же затряслись доски — кот врезался в них головой.

— Торро! — крикнул я.

Но тут Карло просунул в щель свою когтистую лапу. Я немножко испугался, увидев, как далеко он может достать. Мне пришлось уворачиваться от кошачьих когтей. Карло понял, что так ему меня не схватить, и уселся возле щели. А через некоторое время он исчез.

Мой брат что-то крикнул мне, но я не разобрал его слов. Я подумал: «Сейчас ещё немножко подожду, а потом выскочу наружу». Чтобы справиться со страхом, я стал насвистывать песенку. Наконец я осмелился подойти к щели и выглянуть наружу. И тут заметил кошачью тень на земле. Карло залез на ветку бузины, нависавшую над сараем, и поджидал меня там.

В конце концов, пришёл дедушка и сказал:

— Карло, будь благоразумен и слезай с бузины. Если ты оттуда прыгнешь, то, чего доброго, сломаешь себе лапу. В нашем возрасте уже нельзя вытворять такие пируэты.

— Это мы ещё посмотрим, — злобно ответил Карло.

— Ну не злись ты на ребёнка. Это всего лишь глупая детская шалость, — успокаивал его дедушка.

— Это дело принципа, — фыркнул Карло. — Я не позволю ни одной мыши издеваться надо мной, и уж тем более — такому желторотику, как твой Бобромыш. — И кот остался на ветке.

Вот так и вышло, что я просидел в сарае до самого вечера, когда стало темно и холодно. Я думал, как было бы хорошо сейчас оказаться в тёплом подвале со своей семьёй и уплетать сыр, который мама и папа принесли от художника Крингеля.

Наконец во двор вышел старик Элерс и позвал: «Карло!»

Он увидел кота на бузине и крикнул: «Ах ты, глупый старичок, ты что тут делаешь? Небось забрался, а теперь спуститься не можешь?»

Старик Элерс снял Карло с ветки. Я видел, как кот поковылял в кухню, где стояла его миска с едой.

Едва Карло скрылся в доме, как я услышал у щели папин голос: «Выходи».

Папа привёл меня в подвал.

— Что это ещё за глупости? — сказал он. — Оставь в покое старого Карло, чтобы он оставил в покое нас, и все мы будем дальше жить в мире.

В наказание сразу после ужина меня отправили спать. Я лежал в своём тёплом гнёздышке и радовался, что выбрался из холодного сарая целым и невредимым.

Перед сном ко мне заглянул дедушка и немного рассказал о былых временах: тогда почти ни у кого не было холодильников, у всех ещё были чуланы, а в чуланах лежал сыр, завёрнутый в мокрые тряпочки. Вот это было время!

Долго я мечтал, но в конце концов уснул.