Лучшие подруги - Жаклин Уилсон

— Честное слово?

— Клянусь, Джем! Мама завернула её в специальную пузырчатую пленку, и мы перевезли её в коробке вместе с фарфором. Мама сказала, надо тебе её вернуть. Ты её хочешь назад, Джемма?

Ещё бы! Особенно после того, как дедушка рассказал мне про бабушку, но я промолчала.

— Хочу, чтобы она жила у тебя, Алиса. Когда будет очень одиноко, обними её и представь, что она — это я.

— Её нельзя обнимать — испортишь, — сказала Алиса. Потом добавила шёпотом: — Ты знаешь, что я делала всю дорогу в машине? Держала себя за большой палец и представляла, что это ты взяла меня за руку.

— Ах, Алиса! — сказала я и снова заплакала.

— Джем! — вздохнула Алиса.

Вдали послышался сердитый голос тёти Карен.

— Мне пора идти, Джемма, — сказала Алиса.

— Подожди! Какой у тебя номер обычного телефона?

— У нас пока его нет.

— А какой у тебя адрес?

— Грейстенз, Ротхэвен, Ангус. Индекса не знаю. Я тебе напишу, Джемма, обещаю. До свидания!

— Мы по-прежнему лучшие подруги?

— Ты же знаешь! Навеки!

И она положила трубку. Мне показалось, что меня тоже кто-то выключил. Обняв телефон, как капкан, в который попала Алиса, я упала на лестницу и зарыдала.

— Вы только на неё посмотрите! — сказала мама и покачала головой. — Я думала, поговорит с Алисой и успокоится. Ну за что мне эти мучения? Ведёте себя точно Ромео и Джульетта!

Я смотрела этот видеофильм вместе с Кэллумом. Мне очень понравилось, хотя я не всё поняла.

— Мне плохо, как Ромео и Джульетте. А что с ними случилось? Они умерли?

— Да, но тебе нужно жить, детка. Эх ты, глупышка, упустила возможность забрать назад бабушкину куклу! Карен напрасно разрешила Алисе её увезти. А что это за история про то, что ты ей звонила и притворялась кем-то другим?

— Я сказала, говорит Франческа Гилмор-Браун, ужасная воображала, с которой Алиса занималась балетом. Потом как завелась: «Простите за беспокойство… нельзя ли поговорить с Алисой?» — и тётя Карен прямо из шкурки вон вылезала: «Ах, Франческа, дорогая, как приятно тебя слышать! Ах, я тебя прямо расцелую за то, что ты богатая и хорошенькая… Ещё шикарнее нас! Ты гораздо больше подходишь в подруги нашему ангелочку Алисе, чем эта неряха Джемма, которая плохо на неё влияет».

— Ты невыносима, — сказала мама, но не смогла сдержать смех. — Ты здорово копируешь её голос! Тебе бы на сцену!

Пусть самой грустно — хоть маму рассмешила. Я обняла её:

— Спасибо, что помогла поговорить, с Алисой.

— Пожалуйста. Только вот Карен мне не удастся убедить. Ты же знаешь, она не хочет, чтобы вы дружили.

— Да ну её! Всё равно мы подруги навеки!

— Так-то оно так, но не забывай — Алиса пойдёт в другую школу, заведёт себе новых друзей…

— Нет, не заведёт!

— Ты же не хочешь, чтобы она чувствовала себя одинокой?

— Ну конечно, нет! Ладно, пусть будет одна-две школьные подруги. Всё равно я её лучшая подруга!

— Ах, малышка, не хочу, чтобы тебе было больно!

Но, может быть, Алиса не собиралась меня забывать? Она сразу же мне написала, а на обратной стороне конверта приклеила блестящий квадратик с полным адресом.

Моя дорогая Джемма!

Я очень сильно по тебе скучаю. Рада, что удалось поговорить с тобой по телефону. Все бы на свете отдала — лишь бы ты была здесь со мной! Сегодня пришлось пойти в новую школу. Было страшно до жути"

Не школа, а настоящая дыра! Нашу старую учительницу зовут миссис Маккей. Она ужасно строгая Мистер Битон по сравнению с ней мягкий плюшевый мишка.

А я тебе рассказывала про свою медведицу — балерину Беллу? Она просто прелесть! Одна девочка в нашем классе занимается балетом и говорит, что я могу ходить с ней на занятия. Она нормальная, и еще один мальчик сказал, что другой мальчик, Джэми, считает меня хорошенькой (!!!), но все остальные ребята противные и смеются над моим произношением. Только в классе нам болтать не разрешают, потому что миссис Маккей из себя выходит. Тебе бы в нашей школе не поздоровилось, Джем!

Я еще не рассказала тебе про наш дом и мою новую комнату (она розовая). Вот бы тебе на нее посмотреть! Но у меня уже от письма рука заболела. Ах, был бы у меня компьютер!

Я по тебе скучаю.

С огромной любовью, любовью, любовью!

Целую,

твоя лучшая подруга Алиса.

Дорогая Алиса!

Огроооооомное тебе спасибо за письмо! Но в следующий раз напиши еще больше! Пожалуйста, ну пожалуйста! Если устанет правая рука, пиши левой. И пусть буквы будут вкривь и вкось — мне все равно. Можешь взять ручку в зубы. Или снять носки и туфли и писать пальцами ног. Мне нужно, чтобы ты мне подробно описала, как ты поживаешь. Часто ли плачешь, видишь ли дурные сны? И я хочу точно знать, как именно ты без меня скучаешь. Вот тебе небольшой вопросник!

Как ты скучаешь по Джемме:

а) совсем не скучаешь, на самом деле даже не знаешь, кто такая Джемма, хотя ее имя кажется тебе чуть-чуть знакомым;

б) иногда, когда смотришь на Мелиссу;

в) очень — порой ты печально вздыхаешь и шепчешь: «Ах, Джем! Как жаль, что тебя здесь нет!»;

г) ужасно — все время только о ней и думаешь; спишь и видишь, как бы вернуться в наш город и снова стать ее лучшей подругой.

Я по тебе не просто скучаю, как описано в пунктах а), б), в) или г)! Я готова дойти до последней буквы алфавита!

Все время плачу и плачу. Глаза покраснели, как кровь. Маме приходится ходить за мной с ведром и шваброй и вытирать целые лужи слез. Ей пришлось воспользоваться всеми моющими средствами из кухонного буфета, потому что мне стало плохо из-за крайне тяжелого душевного состояния. Кроме того, я объелась пирожными, шоколадом и мороженым. Горе не повлияло на мой аппетит. Наоборот, еще больше хочется есть. Учти: когда мы наконец встретимся (когда??? как???), ты меня, наверное, не узнаешь. Я растолстею, как ужасный, отвратительный Печенюга. Буду еще толще! Только представь, мы не сможем спать вместе, когда останемся друг у друга ночевать, потому что я раздавлю тебя в лепешку. Однако если стану ростом с дом, мама с папой побоятся мне указывать. Сама буду командовать! Скажу: «Так, дайте мне побольше денег» — потом возьму в аренду огромный вертолет, как-нибудь в него втиснусь и понесусь в Шотландию. Схвачу тебя, и мы полетим вместе путешествовать, а если твои мама с папой попробуют нас остановить, я их раздавлю. Хорошо?