Ворчуны в беде! - Филип Арда

Мистер Крохе перечислил других артистов и их новые роли, включая силача Гиганта, который открыл магазин рубашек для людей без шеи, и жонглёра Жереми, того самого, который поселился в гигантском помидоре из стеклопластика.

— Получается, из всех зверей у вас остался только Пальчик? — спросил Лучик.

— Да, — подтвердил Крохе, ласково гладя слона по хоботу. Даже в полумраке Лучик заметил слёзы в глазах бывшего директора цирка.

— Зачем же вы его продаёте? — спросил Лучик. — Почему не оставите себе?

— Хочу обеспечить ему новую спокойную жизнь, прежде чем меня посадят в тюрьму.

— В тюрьму? — поражённо выдохнул Лучик. — А за что?

— За подрыв поместья Великаннов.

— Вы подорвали поместье Великаннов? — переспросил Лучик, не веря своим ушам.

— Пока нет, — ответил Ларри Крохе почти шёпотом. — Но собираюсь.

Глава двенадцатая

Ба-бах!

У Лучика возникло множество поводов для беспокойства: Ларри Крохе собирается взорвать поместье Великаннов; возможно, они с Мими больше никогда не увидятся; Ларри Крохе собирается взорвать поместье Великаннов; непонятно, что станет с Топой и Хлопом; к тому же Ларри Крохе собирается взорвать поместье Великаннов...

Понятно, что волновало его сильнее всего. Он представил ароматную розовую Мими под грудой кирпича.

— Мистер Крохе, нельзя взрывать дома! — запротестовал он.

— Можно-можно, — сказал Ларри Крохе. — Я уже и динамит заложил.

Теперь его голос звучал точно так же, как в их первую встречу, когда Крохе собирался закидать камнями ворота Поместья Великаннов.

— Но как же Мими... И все остальные!

— Я не хочу никому навредить. Сровняю дом с землёй, только и всего, — сообщил Ларри Крохе.

— Но... зачем? — снова запротестовал Лучик. — В доме пусто. Лорд

Великанн ни капли не расстроится, а вы отправитесь в тюрьму.

— Пусто?

— Да. Садовник Клумбис и Мими — чистильщик обуви — рассказывали мне, что внутри ничего нет. Так что вы просто взорвёте кучу кирпичей.

— Но это всё равно будет Смелое Заявление. И оно привлечёт Людское Внимание. И тогда я всем расскажу, какой негодяй этот лорд Великанн! — воскликнул бывший владелец цирка.

— Но ведь ЭТОТ лорд Великанн ни в чём не виноват! Вы же сами сказали, что завод построили его предки несколько веков назад, — попытался урезонить Крохса Лучик. — Судя по вашим рассказам, дед и отец нашего лорда Великанна всё распродали, а значит, бесполезные ограды перестали выпускать ещё задолго до его рожд...

И вдруг, как яйцо ударяется о сковородку (если играть ими в теннис), в голову Лучику ударила мысль.

— Что? — спросил Ларри Крохе. — Что такое, Лучик?

— Прутья клеток начинают гнуться через десять лет и одну неделю, так?

— Верно, — подтвердил Ларри Крохе. — Через десять лет и одну неделю.

— Но последние прутья были сделаны очень, очень давно. Поэтому они должны были сломаться задолго до того, как вы их купили! Вы просто не могли их купить!

— ИМЕННО поэтому я так ненавижу лорда Великанна. Перед продажей завода он успел выпустить последнюю партию прутьев из остатков металла, валявшихся тут и там. Он знал, что эти прутья пойдут на клетки для животных, но всё равно продал эту злосчастную партию в цирк!

— Но ведь это...

— Преступление?

— Это...

— Возмутительно?

— Это НЕПРАВИЛЬНО!

— Да, Лучик. Это неправильно, — мрачно сказал Крохе. — Он продал нам прутья, зная, что они скоро придут в негодность, и животные... мои животные... погибли...

— Но подрывать дом тоже неправильно, — сказал Лучик.

— Всему своё время, — сказал Крохе. — Сперва давай разберёмся со слоном.

Он распахнул дверь сарая. Помещение наполнилось светом, и все трое — два человека и один слон — зажмурились. Крохе вышел на улицу, Пальчик последовал за ним, а Лучик остался стоять там, где стоял.

— Послушайте, мистер Крохе...

— Сперва разберёмся со слоном, — повторил он.

Лучик печально вздохнул.

— Мистер Крохе, по правде сказать, я не уверен, что мои родители...

— Эти люди и впрямь твои родители? — перебил его Ларри Крохе.

— Не совсем. Своих настоящих маму с папой я не знаю, — сказал Лучик.

— Ясно, — сказал Ларри Крохе, кивнув.

— В общем, я не уверен, что они будут хорошо ухаживать за Пальчиком. Они немного...

— Чокнутые? — подсказал Ларри Крохе.

— Своенравные, — нашёлся Лучик. — Всё делают по-своему.

— Тогда пообещай мне кое-что, Лучик.

— Что?

— Не важно, подорву ли я поместье Великаннов, не важно, посадят ли меня в тюрьму, — я хочу, чтобы именно ты следил за Пальчиком. Теперь он твой. Так что если тебе захочется расстаться с... с...

— С Ворчунами, — подсказал Лучик.

— Если ваши с Ворчунами пути разойдутся, ты возьмёшь Пальчика с собой. Ты теперь за него отвечаешь. Договорились?

Душа Лучика переполнилась восторгом. Вот это да! Собственный слон!

— Но что, если у папы другие планы?

— Об этом даже не переживай, — сказал Ларри Крохе. В одну руку он взял хобот Пальчика, а в другую — ладонь Лучика и соединил их. Казалось, эти двое держатся за руки, хотя одной из рук был хобот.

— Теперь вы друзья навек, и Пальчик уже это понял, ведь правда, малыш?

Хобот высвободился из руки и обвил плечи нового друга, заключив его в свои слоновьи объятия. Ну конечно, он всё понял.

— И даже этот твой мистер Ворчун не станет возражать против слона, так ведь?

Лучик считал, что не станет. Но пришло время сообщить, что этот самый мистер Ворчун не сдержал обещания.

— Мистер Крохе...

— Нет времени, — сказал Ларри Крохе. — Я и так слишком долго с тобой разговариваю, а у меня дела.

Сказать по правде, Крохе ненавидел долгие прощания. Теперь Пальчик будет под надёжным присмотром забавного мальчика с оттопыренными ушами в голубом платье, а забавный мальчик с оттопыренными ушами в голубом платье будет под надёжным присмотром Пальчика. А Ларри Крохсу пора.

Само собой, если бы ему не понравился покупатель, искать которого он поручил мистеру Губе, он не отдал бы