Каникулы малыша Николя - Рене Госинни

– Неплохо для начала.

Она стала меня утешать и велела, чтобы до обеда я пошёл поиграть в сад, и, может быть, я мог бы позвать Мари-Эдвиж, которая тоже только что вернулась с каникул. Я бегом выскочил в сад, а мама в это время разговаривала с папой. Мне кажется, они говорили обо мне, потому что они очень рады, что я вернулся.

Мари-Эдвиж – это дочка мсье и мадам Куртеплак, наших соседей. Мсье Куртеплак заведует отделом обуви в магазине «Для бережливых» – это на третьем этаже, и они с папой часто ссорятся. Но Мари-Эдвиж классная, хоть и девчонка. И тут мне повезло, потому что, когда я вышел в наш сад, увидел, что Мари-Эдвиж уже играет в своём.

– Привет, Мари-Эдвиж! – крикнул я. – Хочешь поиграть со мной у нас в саду?

– Да, – ответила Мари-Эдвиж и пролезла через дыру в изгороди, которую папа и мсье Куртеплак не хотят заделывать, потому что каждый из них говорит, что дыра находится в саду у другого.

Мари-Эдвиж, с тех пор как я её видел в последний раз перед каникулами, здорово загорела, и к её совершенно синим глазам и совсем светлым волосам это очень шло. Нет, правда, Мари-Эдвиж хоть и девчонка, но классная.

– Ты хорошо провёл каникулы? – спросила она меня.

– Супер! – ответил я. – Я был в лагере, у нас были отряды, мой был самый лучший и назывался «Рысий глаз», а я был командиром.

– Я думала, что командирами бывают взрослые, – заметила Мари-Эдвиж.

– Да, но я был помощником командира, – уточнил я, – и он ничего не делал, не спросив у меня. На самом деле командовал я.

– А девочки были в вашем лагере? – спросила Мари-Эдвиж.

– Ха! – расхохотался я. – Конечно нет! Для девчонок это было бы слишком опасно. Мы делали всякие потрясающие вещи, а мне, например, пришлось спасать двух утопающих.

– Не рассказывай сказки, – сказала мне Мари-Эдвиж.

– Как это сказки? – закричал я. – Даже не двух, а трёх, я про одного забыл. А потом на рыбалке я всех победил, поймал вот такущую рыбу!

И я развёл руки так широко, как только смог, а Мари-Эдвиж расхохоталась, как будто она мне не верила. Мне это не понравилось – в самом деле, с девчонками невозможно разговаривать. Тогда я ей рассказал про случай, когда помог полиции поймать вора, который спрятался в лагере, и про случай, когда проплыл до маяка и обратно и все очень беспокоились, но, когда я вернулся на пляж, все меня поздравили и сказали, что я потрясающий спортсмен, а потом, в другой раз, когда все ребята из лагеря потерялись в лесу, в котором полно диких зверей, это я их разыскал.

– А я, – сказала Мари-Эдвиж, – была на пляже с мамой и папой и подружилась с одним мальчиком, его зовут Жанно, он здорово играет в чехарду…

– Мари-Эдвиж, – крикнула мадам Куртеплак, выглянув из дома, – иди скорей, обед готов!

– Я тебе потом расскажу, – пообещала Мари-Эдвиж и убежала через дырку в заборе.

Когда я вернулся домой, папа посмотрел на меня и спросил:

– Ну как, Николя, повидался со своей подружкой? Теперь у тебя настроение получше?

Но я на это ничего не ответил, а бегом поднялся в свою комнату и со всей силы двинул ногой по дверце шкафа.

В самом деле, в конце концов, с какой это стати Мари-Эдвиж рассказывает мне всякие сказки про свои каникулы? И вообще, меня это не интересует.

А этот её Жанно – придурок и урод!