Умница Марина - Дарья Лаврова

– У нее новый парень, – сказал Дима. – Я видел его. Кажется, он учился у нас в школе, только старше лет на пять. Знаешь, здоровенный такой парень, Игорь?

– Знаю, – ответила я. – У него все девушки – модели.

Мне хотелось как-то успокоить Диму, вселить в него уверенность, дать понять, что все не так плохо и что это не навсегда. Что Настя скоро поймет, что сделала глупость, и вернется к нему. Или появится другая девушка, которая поможет ему забыть Настю. Только вот интересно, кем нужно быть, чтобы затмить идеал и само совершенство?

– Не грусти, может, она еще передумает… Или он ее бросит. Он ни с кем не гуляет больше двух недель.

– Посмотри на него. – Дима открыл его страничку и повернул монитор, чтобы мне было удобнее смотреть. – Посмотри на нее. Посмотри на их фотки. Она не передумает. И он ее не бросит. Таких не бросают.

Я села рядом с Димой, обняла его, и мы вместе стали смотреть фотографии в альбомах Игоря. Чем больше мы смотрели, тем сильнее было ощущение, что Игорь и Настя – идеальная пара, что они должны были встретиться и быть вместе, друг с другом. И ни с кем больше.

Они идеальные и совершенные оба, будто пришли из какой-то совсем другой, не известной науке, параллельной вселенной, другой реальности, с другой планеты. Совсем иной уровень. Это не объяснишь словами, не выучишь по книге, не узнаешь в школе, не увидишь во сне и не подслушаешь в чужих разговорах.

Они просто другие. Просто лучше. Если бы случился конец света, я бы хотела, чтобы в живых остались только эти двое и дали начало новой жизни.

– Красивая пара, – вздохнул Дима, гладя кота, незаметно забравшегося к нему на колени. – Просто красивая пара.

– Знаешь, я должна тебе кое в чем признаться… Дим, только ты не обижайся на меня, ладно? Это я во всем виновата, втянула тебя в это…

– Я тебя не понимаю. При чем ты тут, бро?

– Помнишь, мы болели осенью? Сидели у меня дома, прикалывались над гламурными чмошницами ВКонтакте. Ты отошел на кухню, чтобы налить какао, и оставил открытой свою страницу. Это я тогда от твоего имени прислала песню Насте, а она тебе ответила… А потом ты сам уже все знаешь.

– Да ты вообще, красавчик! – улыбнулся Дима. – А я и так все знал с самого начала. Это даже хорошо, что ты так сделала. Это был самый худший месяц в этом году. Но знай, бро, я буду просто обязан отомстить тебе за это.

– А я и не против совсем.

– Какая ты у меня красивая сегодня… – каждый вечер мы с Сережей болтали по скайпу. Даже если весь день провели вместе. И даже если расстались полчаса назад. Это было прописано в наших настройках по умолчанию – в десять вечера выйти в Интернет и еще немного, хотя бы десять минут, поговорить ни о чем, поулыбаться, покривляться, посмотреть друг на друга.

Я привыкла к этим разговорам, к Сережиному лицу на экране, к его смеху и улыбке и к тому, как он шлет мне воздушные поцелуи и желает спокойной ночи, перед тем как уйти в offline.

– Что случилось? – спросил он. – Ты грустная.

– Ничего, – ответила я. – Просто немного устала.

– Я соскучился по тебе за два дня. Пойдем завтра в кино после школы?

– Послезавтра контрольная по алгебре. Надо будет готовиться…

Страшно подумать, что у нас больше никогда не будет таких разговоров перед сном. Что он больше никогда не пожелает мне спокойной ночи. Не будет улыбок, долгих взглядов, прикосновений, поцелуев у подъезда, горячих щек и ожиданий новых встреч.

Лера права. Весь день я думала о том, что скажу ему сегодня вечером, когда мы будем говорить в скайпе. Написала даже небольшую речь в несколько предложений. Но чем ближе был вечер, тем тяжелее у меня становилось на душе.

Лера советовала просто исчезнуть, и сегодня – самый удачный день. Неожиданно, поэтому удачно. Еще два дня назад мы были парой, а сегодня «нас» уже не будет.

Лера советовала расстаться с ним по эсэмэс, если уж очень хочется. Короткое, четкое, без эмоций и неуместных смайлов.

Лера советовала отказываться от встреч, если Сережа захочет увидеться и поговорить обо всем лично. Встреча – это всегда надежда, а от нее нужно избавиться в первую очередь.

… – Жаль, – сказал Сережа и улыбнулся. – Тогда давай в субботу утром?

– Хорошо, – ответила я, боясь смотреть ему в глаза.

Я планировала начать встречаться с парнями в девятнадцать лет. К этому возрасту я собиралась стать лучшей. Стать мечтой любого парня. Через два месяца я бы начала присматривать ему замену. На это ушел бы еще месяц, после чего я бы рассталась с первым и стала встречаться со вторым. Еще через три месяца – с третьим, потом с четвертым и так далее.

Я бы изучала их, кокетничала, флиртовала, окружала бы себя поклонниками. К двадцати трем годам у меня был бы приличный опыт. Только так, на практике, можно понять, кто тебе действительно нужен, кто тебе нравится, и как отличить любовь от похожих на нее пограничных состояний. Так говорит мой отец, когда выпьет в компании своих друзей.

К двадцати четырем я бы остановилась и прицельно выбрала себе идеального молодого человека.

Так получилось, что сроки сдвинулись и свой план мне придется осуществлять именно сейчас. Так все просто на словах и в теории, и так все странно, глупо и больно происходит в реальности. Я ведь люблю Сережу. Но не могу позволить, чтобы он меня бросил…

…– Спокойной ночи, Веселова. Я тебя люблю.

– Спокойной ночи, – ответила я, опустив глаза.

Дальше было ощущение, что кто-то делал все за меня.

Это не я удалила свою страницу ВКонтакте, не я удаляла номер аськи и скайп с компьютера.

Это не я вытаскивала из мобильника сим-карту непослушными пальцами и ломала ее на две части, с силой сжимая большим и указательным пальцами.

Это не я. Это кто-то за меня.

Я обязательно переживу все это. Я забуду. Я влюблюсь снова. Обязательно будет другой парень – все так говорят. Я стану лучше, я буду стремиться к этому. И парень будет лучше Сережи, обязательно. И мы обязательно встретимся и полюбим друг друга – на какое-то время.

Теперь наш счет был четыре-три.

В мою пользу.

Сережа проиграл. Но… выиграла ли я?

Теперь каждый день перед сном я буду пытаться решить простую задачу.

Дано: мы были вместе пять недель. Сколько дней потребуется, чтобы его забыть?