Бархатная лисица - Кэтрин Фишер

Ворон поморгал сверкающими глазами и растерянно уставился на девочку. Они вмиг оба подскочили к окну. Ворон отдёрнул клювом занавеску, а Серен распахнула ставень и в ужасе воскликнула:

– О боже!

Прямо за окном выросла стена колючего кустарника!

Шипастые побеги царапали стекло, словно хотели попасть внутрь. Ветви толщиной с предплечье девочки переплетались так плотно, что между ними не проскочила бы и мышь.

– Так вот почему внезапно потемнело! – догадалась девочка.

Ворон прижался клювом к стеклу и осматривал колючую стену.

– Так-так. Кто-то отлично поработал.

– Удивительно, как быстро разрослись эти кусты.

– Ах, неразумное дитя! Я могу рассказать тебе сотни историй о том, как из волшебного семечка через несколько мгновений…

– Ясно-ясно. Но как мы отсюда выйдем? – перебила его Серен.

– Никак. Может, мне и удастся улететь, но…

Краем глаза девочка заметила яркую вспышку.

– Ложись! – крикнула она, схватила Ворона и потянула вниз. Птица, удивлённо крякнув, свалилась с подоконника, упала на спину и распласталась на полу, растопырив крылья.

В ставень ударился прилетевший из-за спины зелёный шар и взорвался с оглушительным грохотом, от которого в ушах у Серен зазвенело. Ещё один, шипя, пронёсся по воздуху и громко ухнул рядом с ней. Разлетевшиеся в стороны искры обожгли девочке руки.

Ворон взвыл от боли и стал обмахиваться.

– Я горю!

– Ничего подобного.

– Помираю!

– Сиди тихо! Ничего не случилось. Мы…

Ещё один шар просвистел мимо, едва не задев девочку. Она выскочила из-за занавески, подбежала к кухонному столу и нырнула под него. Ворон просеменил вслед за ней. Его хвост сильно пах горелыми перьями.

– Я убью их! – процедил он.

В дверях кухни стоял Жонглёр и с издевательским смехом подбрасывал шарики.

– Ничего у тебя не выйдет, мокрая курица! – сказал он Ворону. – Поскольку мы бессмертны. – Синие и зелёные шары друг за другом взлетали вверх и падали Жонглёру в руки. Не прерывая своего занятия, он исполнил короткий танец и спросил: – Боишься моих цветных снарядов? А вот тебе. Лови!

Зелёный шар взорвался на столешнице с такой силой, что стол подпрыгнул.

– Пора действовать, – проворчал Ворон. – По моему сигналу бросай сосновую шишку. Готова?

– Какую шишку?

– Которую я просил тебя найти.

Серен похолодела.

– Но я ещё не успела этого сделать.

Ворон с широко раскрытыми глазами резко повернулся к ней:

– ЧТО?!

– Извини…

– Но я тебе велел!

– Я была занята!

Ворон открыл клюв и что-то крикнул, но Серен не услышала: на них обрушился целый дождь шаров. Девочка завизжала и съёжилась от ужаса. Ворон накрыл голову крыльями.

– Приходится работать с дилетантами! – донеслось до Серен ворчание птицы.

Глубоко вздохнув, девочка перекатилась по пыльному полу, вскочила на ноги и приготовилась накинуться на Жонглёра, как вдруг с удивлением заметила, что в тёмном коридоре стоит ещё одна худая фигура. Знакомый голос произнёс:

– Вот тебе, нечистая сила!

Жонглёр обернулся, не переставая ловить и подбрасывать шарики.

Небольшой круглый предмет полетел в его сторону, и существо ловко подхватило его длинной рукой. Оно вскрикнуло и уставилось на предмет, выронив шары, которые с тупым звуком посыпались на пол, фонтанируя искрами.

Серен задохнулась от восторга.

В дверях стоял Гвин с белым испуганным лицом и в рваном пальто, а в руке у Жонглёра было не что иное, как большая влажная сосновая шишка!

Существо издало сдавленный звук, замерло, его одежда затвердела и засияла, полосатый пиджак превратился в куски стекла.

Лицо у Жонглёра окаменело, руки стали тоненькими, и сам он сделался прозрачным и превратился в плоскую фигуру из цветного стекла, которая распалась на кусочки и со звоном осыпалась на пол горкой.

Гвин испуганно вскрикнул, Ворон презрительно фыркнул. Серен подняла катавшуюся по полу шишку и бросила её в серебряную коробку, которую вытащила из кармана.

Изумлённо взглянув на стеклянные осколки, Гвин подошёл и осторожно коснулся их носком башмака. Потом он оглядел погружённую в сон кухню и бросил взгляд на заросли терновника за окном.

– Что происходит, Серен? – прошептал озадаченный мальчик. – Дензил заснул в конюшне прямо стоя, с метлой в руке. Лошади, собаки и скворцы на крыше тоже застыли на месте. Это невероятно, но…

– Как ты прошёл через ограду? – каркнул Ворон.

Гвин, широко распахнув глаза, уставился на заводную ворону.

– Соберись, парень! Это очень важно!

Гвин помедлил и произнёс:

– Кусты сначала были невысокими, а потом вдруг стали быстро подниматься вокруг меня. Мне пришлось продираться сквозь колючие ветви. Я вошёл через чёрный ход, а когда выглянул наружу, ограда уже была выше моей головы. Она выросла мгновенно!

– Так… – Ворон подлетел к очагу и уселся на решётку, глядя на догорающие угли. Он, казалось, полностью погрузился в свои мысли.

– Спасибо, что принёс шишку, – прошептала Серен. – Не знаю, что бы мы без тебя делали.

Гвин пожал плечами и сел на коврик рядом с Сэмом.

– Это всё очень странно. И я почему-то очень устал. – Он зевнул. – Прилягу ненадолго.

– Нет! – закричала Серен, но мальчик уже свернулся калачиком около кота. – Гвин! – Она схватила его за руку и стала трясти. – Встань! Не закрывай глаз!

Но Гвин уже спал.

Серен в отчаянии вскинула руки.

– Что здесь происходит? И почему заклятие не действует на нас?

Она обернулась.

Ворон неподвижно сидел у камина. Глаза его были закрыты.

– Ворон!

Серен охватил ужас. Она подбежала, нащупала ключ в боку у птицы и стала лихорадочно её заводить, пока наконец Ворон не поднял голову. Он распахнул глаза и каркнул:

– Хватит! Если ты ещё раз провернёшь ключ, я взорвусь!

Серен отошла.

– Я думала, ты заснул.

– Нет. Я думал! Сумасшедшая девчонка, ты хочешь меня укокошить?!

Она грустно взглянула на юного конюха:

– А Гвин спит!

– Вижу. – Ворон поморщился и крылом поправил воображаемые очки. – Я понятия не имею, почему на тебя не действуют чары. Ты ведь всего лишь сирота и не обладаешь сверхъестественными способностями. Если только… ты не седьмая дочь седьмой дочери. И не носишь пальто наизнанку. А чеснок ты сегодня не ела?