Разрисованная мама - Жаклин Уилсон

— Никакая она не чокнутая! То есть, я хочу сказать, она ведь не настоящая сумасшедшая? Ей не слышатся разные голоса, и она не выдает себя за принцессу Диану. Просто она обожает выдумывать всякие истории, вот и все.

— Ага. И еще транжирить деньги, которых мы теперь и в глаза не видим. И напиваться в зюзю, пока у нее из ушей не потечет. И вбивать всякие дурацкие идеи себе в голову. А по части умения вешать лапшу на уши ей вообще нет равных. Ты небось до сих пор готова всем доказывать, что она самая лучшая в мире.

— Да, готова. Хотя тебя она любит больше. То есть она, конечно, и меня любит, но все равно ты у нее на особом месте, ведь Микки — твой отец. Хотела бы я, чтобы он был и моим отцом тоже, а не только твоим. О моем-то она вообще не говорит ни слова, будто его и не было. И никакой татуировки в память о нем не сделала…

— Ну, это беда поправимая. Вот, смотри! — Схватив со стола розовый фломастер, Стар что-то поспешно нацарапала у меня на лбу.

— Отстань! — Я бросилась к зеркалу. На моей коже горело ярко-розовое «Па». — Свинья ты, Стар! А что, если теперь не смоется?! Мисс Хилл мне таких бананов навешает, что мало не покажется!

— Ох, да не ной ты, в самом деле! Смотри. — Стар послюнила палец и с силой потерла мой лоб. — А что, мисс Хилл по-прежнему к тебе цепляется?

— Ненавижу ее! А еще Ивонну и Кайли. Весь класс ненавижу! Кроме разве что Совенка… То есть Оливера. Он там единственный нормальный парень.

— Стало быть, этот Оливер — теперь твой парень?

— Вот еще! Скажешь тоже!

— А у меня есть парень.

— У тебя есть парень?!

— Ну… я с ним познакомилась, когда в тот раз ходила в «Макдоналдс». Его зовут Марк. Ему уже шестнадцать.

— Шестнадцать?! Такой старый !

— Что ты понимаешь! Он классный, Дол. И такой красивый! Волосы черные, а глаза — просто обалдеть можно! И он ходит в спортивном костюме от этого… как его?.. известного дизайнера? Не помню. Между прочим, все остальные девчонки от него просто тащатся! Но я — единственная, кому он сказал «привет!».

— То есть ты с ним пока не гуляешь?

— Ну… Мы познакомились в «Макдоналдсе», а потом немножко прошлись.

— Но ведь вместе с остальными?

— Да. И еще он меня поцеловал.

— Ты шутишь?!

— Нет, так оно и было. Если хочешь знать, он это сделал, когда мы решили немного покачаться на качелях, а большинство его приятелей гоняли мяч на площадке.

— Ну и как?

Стар подумала.

— Да как тебе сказать? Поцелуй как поцелуй.

— Да, да, конечно. Я хочу сказать, что ты почувствовала? Ну какой это поцелуй?

— Слюнявый! — брякнула Стар, и мы обе захохотали как сумасшедшие.

— Слушай… так это с ним ты хотела встретиться сегодня, да?

— И с ним тоже. Ну и с остальными, конечно. Там еще будет Дженис Тейлор. Она всего на год старше меня, а хорошенькая какая — просто картинка! Между прочим, она тоже без ума от Марка. А теперь она наверняка воспользуется тем, что меня нет, и заарканит его, вот увидишь!

И Стар снова принялась грызть свой несчастный палец.

— Перестань заниматься самоедством и, знаешь что, отправляйся к своему Марку, раз уж так вышло.

— А ты? Ты ведь всегда до смерти боялась оставаться одна.

— Со мной все будет в порядке.

— Ты это серьезно? Вот клево! — Одарив меня сияющей улыбкой, Стар помчалась к себе в комнату переодеваться. — Послушай, Дол, а ты точно не передумаешь? — недоверчиво крикнула она из спальни.

— Не передумаю, — отрезала я. — Ведь ты-то хоть ночевать вернешься?

— Я вернусь к десяти. Честное слово. А ты, если хочешь, можешь съесть моего цыпленка. И мою порцию салата тоже.

Проклиная себя за свои слова, я сидела и гадала, что же мне теперь делать, чем же мне заняться, чтобы убить время. Разговаривать не с кем. Телевизор смотреть нельзя, поскольку его нет. Можно рисовать. Можно разглядывать картинки. Наряжаться перед зеркалом или играть в парикмахера. Можно…

— Ох, Дол, только не сиди с таким лицом! — взмолилась Стар, вихрем ворвавшись в комнату. Она стянула из шкафа один из топиков Мэриголд и аккуратно подвела глаза. Я едва ее узнала — теперь она выглядела почти что взрослой. Не моей старшей сестрой, а какой-то незнакомкой.

— С каким еще лицом? Что ты выдумываешь! — огрызнулась я. И принялась чертить какие-то закорючки на обратной стороне своей школьной тетрадки.

Потом я нарисовала девушку с длинными волосами и в тугом топике. Подумав немного, подвела ей глаза и окружила ее гирляндой из звездочек.

— Так я вернусь к десяти, хорошо? — повторила Стар, заглядывая мне через плечо. — Это кто? Я?

Я что-то невнятно проворчала.

— Такое впечатление, будто у меня тут черные глаза! — хмыкнула она. — Ладно, я пошла. Вернусь к десяти, поняла? Ну все, пока. До скорого. Ладно, вернусь пораньше? Надеюсь, с тобой все будет о'кей? Обещаешь?

Я молча кивнула, решив на всякий случай не открывать рот, чтобы не брякнуть что-нибудь неподходящее.

Стар чмокнула меня на ходу и исчезла. Я услышала громкий щелчок захлопнувшейся двери, а вслед за этим — мягкий перестук ее кроссовок на лестнице.

Без Стар квартира мгновенно опустела и стала казаться странно тихой. Сначала я подумала, что хорошо бы послушать какую-нибудь из старых кассет Мэриголд. Но потом решила на всякий случай вообще не вспоминать о Мэриголд. И заодно не сходить с ума.

Однако сходить с ума я начала почти сразу же. Для начала я внимательно обследовала пустую комнату, постаравшись убедиться, что позади меня никто не прячется. Не знаю почему, но мне вдруг представился притаившийся в темном углу сумасшедший маньяк, готовый в любую минуту наброситься на меня. Или чудовищных размеров волосатый паук, выбравшийся из щели в полу и осторожно подбирающийся к моим босым ногам. Я тихонько придвинула свой стул вплотную к стене и залезла на него с ногами, но от этого почему-то легче не стало.

Придвинув к себе рисунок, я решила добавить к нему еще — маленькое уродливое существо с дельфиньей мордой. Подумав немного, я пририсовала обильные слезы, градом катившиеся из глаз уродца и капавшие на землю наподобие весенней капели.

И тут вдруг возле самой двери я услышала приближающиеся шаги. Разом перестав биться, сердце мое ледяным комочком ухнуло мне в пятки. Я стиснула в руке карандаш и даже не почувствовала, как он врезался мне в ладонь. Почти не дыша, я ждала, когда раздастся стук в дверь, заранее решив, что ни за что не пойду открывать.

Но в дверь так никто и не постучал. Сколько я ни прислушивалась, все было тихо. Эти шаги на лестнице… я уже готова была поверить в то, что все это мне только померещилось, как вдруг что-то звякнуло, и я услышала, как в замке повернулся ключ. Боже, у них есть ключ ! И вот теперь кто-то пытается пробраться сюда, а я совсем одна, и…