Лола Роза - Жаклин Уилсон

Я представила себе, как мама и Джейк целуются.

И тут за моей спиной раздались звуки поцелуев. Громкое, хлюпающее, дурацкое чмоканье.

Это была банда мальчишек, шатавшихся у видеопроката. Одного из них я знала — жуткий парень по имени Питер, он учился в моем классе. Он вечно задирал всем девчонкам юбки. У него было очень румяное лицо и курносый нос с широкими ноздрями. Мы с Харприт звали его Поросенок Питер.

— Ну, поцелуй нас, Лола Роза! — окликнул он меня.

Я состроила ему рожу:

— Проваливай, Поросенок Питер.

Питер стал даже розовее, чем всегда. Остальные мальчишки засмеялись и еще больше зачмокали. Большинство были старше, чем Питер. Там еще был этот Росс. Его во Флекси-парк все знают. Все девчонки от него без ума. Ему всего тринадцать, но есть шестнадцатилетние девочки, которые дорого бы дали, чтобы он позвал их гулять. Он тоже смотрел на меня.

— Ну что, Лола Роза, поцелуемся? — сказал он.

Я не поняла: это шутка или всерьез? Остальные мальчишки продолжали причмокивать.

Я побежала по улице, спасаясь от их хриплого хохота. Потом споткнулась, упала, а они захохотали еще громче. Я порвала новые джинсы на коленках и испачкала рукава моей чудной курточки на меху.

Я все еще всхлипывала, когда подходила к дому. Мне хотелось помириться с мамой, уткнуться ей в плечо, но у нас сидел Джейк.

— Где ты была, Лола Роза? Не смей так убегать. Я страшно волновалась. Ты что, плачешь?

— Нет!

Я попыталась уйти в спальню, но мама перехватила меня:

— Что с тобой? Господи, ну и вид у тебя! Новые джинсы! А куртка! Все манжеты грязные!

Я заплакала еще сильнее, но мама потерла манжеты тряпкой, смоченной горячей водой, и грязь отошла. Зато про дырки на коленках мама сказала, что ей их уже не зашить.

— Дай я попробую, — сказал Джейк.

Я подумала, что он шутит, но он разрезал старую футболку с цветами, сказав, что все равно не будет ее больше носить, и сделал мне цветочные заплатки на оба колена.

— Вот это да! — сказала мама, гладя Джейка по волосам. — Чего ты только не умеешь!

— Мужчины не шьют, — заявил Кендэл.

— Он мужчина, можешь не сомневаться. — Мама поцеловала Джейка. — До чего здорово! А мне ты тоже такие сделаешь, милый? Лола Роза, правда ведь, у тебя теперь просто шикарные джинсы! Что надо сказать Джейку?

— Спасибо, — сказала я, как будто он просто передал мне за столом кукурузные хлопья. Но в глубине души я восхитилась. Я очень внимательно наблюдала, как он делает накладной шов.

— Я тебя научу, — предложил Джейк.

— Спасибо, не надо, — сказала я, пожимая плечами. Я уже поняла, как это делается.

Я твердо решила не поддаваться. Не понимаю, почему мы с Джейком должны становиться не разлей вода только потому, что мама от него без ума. Она все время приставала ко мне, чтобы я показала ему мой альбом с вырезками. Однажды я застала ее, когда она выносила альбом из спальни, чтобы самой ему показать. Я налетела на нее и потянула альбом к себе:

— Нельзя смотреть мой альбом!

— Что же у тебя там такое, Лола Роза? Ты клеишь туда неприличные картинки?

От того, что я тянула альбом, а мама не пускала, угол обложки погнулся, а корешок в одном месте порвался. Я пришла в бешенство.

— Это только тебя снимают на неприличные картинки! — крикнула я.

Мама покраснела до ушей, даже шея у нее пошла красными пятнами.

— Неправда! — закричала она, как маленькая девочка.

— Неприличные картинки? — сказал Джейк. — Ах ты Виктория, скверная девчонка!

— Да ничего в них нет неприличного, — запротестовала мама, толкая меня локтем. — Я просто работала моделью одно время, вот и все. Знаешь, эти гламурные фотки.

— Гламурные! — Джейк вскинул брови. — Покажи скорее!

— Да это было давным-давно, в разных журналах. Я их все выбросила, — поспешно сказала мама и вздохнула, глядя на нас с Кендэлом. — Я тогда была молодая, дети еще не испортили мне фигуру.

— Фигура у тебя потрясающая, — сказал Джейк.

Мама просияла и кивнула мне, как бы желая сказать: "Вот видишь!"

— Почему ты не можешь просто порадоваться за меня? — тихо сказала она мне ночью, когда мы улеглись.

Похоже, это была последняя ночь, которую нам с мамой и Кендэлом предстояло провести в одной кровати. Джейк отправился к своему приятелю, чтобы забрать свои вещи и выпить с ним на прощание. На следующий день он собирался переехать к нам.

Я ничего не ответила и сделала вид, что сплю, но мама притянула меня на свою половину.

— Тебе правда так не нравится Джейк? — спросила она.

— Нет, он ничего.

— Да перестань ты, он просто чудо! И такой добрый. Вот что меня поражает! Никогда не злится, не ревнует. Я уж думала, все пропало, когда ты сказала про мои гламурные фотографии, а смотри, как он мило держался. Таких мужчин один на миллион, Лола Роза.

— Мама, ты же с ним знакома без году неделя!

— У меня такое чувство, что я знаю его всю жизнь. Как только я его увидела, я сразу поняла: мы созданы друг для друга. Так бывает.

— Тебе подходил папа, тебе подходил футболист, тебе подходит любой, кого удается заполучить, — пробормотала я в подушку.

Мама услышала.

— Если ты не заткнешься, тебе сейчас не подойдет эта кровать, — сказала она. Но сама она заткнуться не могла. — Он такой хороший, что лучше и представить нельзя. Я даже не думала, что могу быть так счастлива. Тем более я прибавила в весе, у меня все-таки двое детей, груди совсем отвисли…

— Ты ненормальная, — сказала я.

— Нет, правда. — Мама села в кровати и стала ощупывать свою грудь. — Господи, и правда отвисли. Интересно, сколько стоит имплантат? Тысячу? Или еще больше? У меня теперь хватит!

Я фыркнула.

— А тебе-то что? Это мои деньги, и на вас с Кендэлом я уже потратила целую кучу.

— И на Джейка, — сказала я. — Ручаюсь, он не сам купил себе новые кожаные ботинки. И новый мобильник. И новый плеер. И большой набор масляных красок.

— Он художник милостью Божией. — Мама глядела на свои груди. — Наверное, лучше, чтобы у меня был имплантат, если он захочет писать меня обнаженной. Как ты думаешь, это очень больно? Надо по-настоящему все разрезать?

— Нет, конечно! Тебе грудь просто отстегнут, вставят имплантат и пристегнут на место! — сказала я саркастически. — Мама, ну почему ты такая глупая? Конечно, нужно все разрезать. Тебе разрежут кожу снизу, а потом…

— Ладно, я не хочу про это слушать, — сказала мама. — Может, лучше обойтись тем, что есть. Джейк пока не жаловался. В том-то и дело, Лола Роза. Он так добр ко мне. Ты ведь не думаешь, что мне лучше было оставаться с вашим отцом, правда?