Девушка лучшего друга - Анна Антонова

– Не знала, – удивилась я.

И опять я привычно ждала подколки, но не дождалась. До чего же меня испортило общение с Женькой – взвешиваю каждое слово, боясь быть осмеянной!

– Ты обещал рассказать про путешественника, – напомнила я.

– Завтра сама все на экскурсии услышишь, – неизвестно почему вдруг стал отнекиваться Олег.

– Я хочу послушать тебя, – неожиданно для самой себя сказала я.

– Ну ладно, – легко согласился он. – Тур Хейердал хотел доказать, что люди в древности могли путешествовать на гораздо большие расстояния, чем принято считать. Например, он построил плот по рисункам южноамериканских индейцев и переплыл на нем Тихий океан, достигнув берегов Полинезии. Этот плот и назывался «Кон-Тики».

– А Полинезия – это где? – робко поинтересовалась я и призналась: – У меня с географией не очень хорошо.

– Острова в Тихом океане, – ответил Олег. – Гавайские, Остров Пасхи. На нем Тур Хейердал проводил исследования знаменитых каменных идолов.

– Потрясающий человек, – с уважением протянула я. – Интересно, что им двигало? Ни с того ни с сего ведь не отправишься доказывать, что древние люди могли переплыть Тихий океан?

– Среди норвежцев полно таких, – усмехнулся Олег. – Их Нансен исследовал Арктику, а Амундсен – Антарктиду. Кстати, в Осло есть музей корабля «Фрам», на котором они плавали, наверняка вы завтра тоже пойдете.

– Ты меня не путай, – помотала головой я. – Давай сначала про Хейердала.

– Потом у него было плавание из Африки в Южную Америку, – послушно продолжал Олег. – Он хотел доказать, что сходство культур Древнего Египта и Мексики вовсе не случайно: и там, и там строили пирамиды, у них похожие конструкции храмов и стиль фресок. Он построил плот из папируса и назвал его «Ра», но он развалился, и доплыл до Мексики Хейердал на другом плоту, под названием «Ра-2».

– Вот это я понимаю, – вздохнула я. – Жизнь! А мы тут копошимся… Даже трудно представить, что где-то есть Мексика и Полинезия!

– Ты же убедилась, что Норвегия существует, – усмехнулся Олег. – Тоже, наверно, раньше не очень представляла?

– Тоже, – согласилась я. – Но Норвегия все же не так далеко, даже без самолета можно довольно быстро добраться.

Олег оказался удивительно легким в общении и далеко не таким простым, как я сочла сначала. Неправду говорят, что первое впечатление самое верное! Смущала меня только сцена в Бергене, которую он явно устроил со своим дальним прицелом, и я осторожно поинтересовалась:

– Скажи, а тогда в Бергене ты зачем…

Я затруднилась с обозначением того, что там произошло, но он понял без слов:

– Да я видел, что ты расстроилась из-за этих двоих, ну и решил их немного проучить. Каюсь, грешен – люблю говорить людям правду в лицо и наблюдать за их реакцией. Иначе скучно!

– Можно как-нибудь и попасть, – покачала головой я.

– Можно, – весело согласился Олег. – Но пока не попадал.

Его теория казалась мне сомнительной, но то, что он благородно встал на мою защиту, во многом меня с ней примиряло.

Мы вышли на берег озера, вокруг которого толпились небольшие домики. Ветра не было, и вода казалась гладкой, как зеркало. В воздухе висело умиротворение.

– Хорошо, – вздохнула я. – Уютно. Жаль только, что путешествие заканчивается.

– Но ведь не завтра?

– Нет, завтра мы в Осло поедем, а потом возвращаемся через Стокгольм и Хельсинки…

– Вот видишь, – кивнул он. – А ты – «заканчивается»! Люди все время живут прошлым и заглядывают в будущее, а настоящее как-то упускают. Это наша главная ошибка! Надо жить сегодняшним днем, – философствовал Олег. – Мы гуляем в прекрасном месте, беседуем, никуда не торопимся. А ты, вместо того чтобы наслаждаться каждым моментом, думаешь о том, что будет завтра, послезавтра и еще когда-то там. Путешествие не заканчивается, оно здесь и сейчас!

– Оно и потом не закончится, – неожиданно произнесла я. – Потому что останется в памяти.

– Правильно, – кивнул Олег. – Ты способная ученица!

– Стараюсь, – раскланялась я.

Небо на горизонте потемнело, все ближе подкрадывались сумерки, спрятав сначала горы, потом дорогу и уже подобравшись к городку. Я поежилась.

– Замерзла? – спросил Олег и взял меня за руку.

– Попробую жить настоящим, – проговорила я, заполняя странную паузу.

– Давай, – согласился он и, словно иллюстрируя свои слова, коснулся пальцами моей щеки.

Я вздрогнула, но не отстранилась – разве я не этого хотела? Олег тем временем приобнял меня за плечи, его лицо оказалось совсем близко…

– Я не могу, – пробормотала я, осторожно высвобождаясь. – Дело не в тебе, извини, если обидела…

– Не извиняйся, – усмехнулся он, убирая руки. – Рад, что ты стала разбираться, чего действительно хочешь.

Я сочла за лучшее не отвечать.

Возвращались мы молча. В холле отеля Олег задержался:

– Наша группа завтра в Стокгольм едет, так что, наверно, не увидимся больше.

Я ожидала просьбы телефона, аськи или, на худой конец, фамилии, чтобы найтись в социальных сетях, но ее не последовало.

– Спасибо за приятно проведенное время, – просто сказал он. – Учись ценить свое, – и совершенно по-дружески поцеловал меня в щеку.

Когда я остановилась у нашего с мамой номера, из соседнего – наверняка совершенно случайно! – вышел Женька.

– Где шлялась? – невежливо осведомился он.

– А тебе что? – огрызнулась я.

– Мне пофиг, – бросил он. – А вот мама твоя волнуется, почему-то у меня спрашивает.

– Спасибо, что предупредил.

– Не за что.

– Я же не спрашиваю, с кем ты развлекаешься, – не выдержала я.

– Я? – высокомерно осведомился он. – Ни с кем!

– А я в отличие от тебя не целуюсь с первым встречным! – выпалила я.

Я ожидала, что он сейчас надуется, и ссора, как обычно, перейдет на новый уровень, но Женька внезапно сник.

– Я не хотел! Это она сама… Просто чума какая-то!

– Сама! – передразнила я и объявила, чрезвычайно гордясь собой: – Кто не захочет, того не поцелуют!

– Сколько ты еще будешь об этом вспоминать? – с неожиданной тоской в голосе протянул он.

– Столько, сколько нужно, – отрезала я и захлопнула дверь своего номера.

Сердце колотилось как бешеное, но на душе почему-то было легко. А ведь завтра у меня день рождения!