Девушка лучшего друга - Анна Антонова

– Все-таки она была не права, – рассуждал Женька.

– Кто?

– Да экскурсоводиха наша. Она не имела права нас перед всеми позорить. Она ведь не наша учительница и тем более не наша родительница. Мы взрослые самостоятельные люди, как все вокруг говорят, полноценные туристы, а на деле выясняется…

– Когда им выгодно – мы взрослые, – поддержала я. – А когда нет – наоборот.

– Самое противное, что мы ведем себя точно так же, – вздохнул он. – Отсюда проблемы.

– Проблема в том, – подхватила я, – что к мнению детей не принято прислушиваться, раз они маленькие. А ведь дети – тоже люди!

– Да! Еще какие люди! Да здравствует праздник непослушания! – дурашливо поддержал меня Женька.

– И кто после этого будет считать тебя взрослым? – засмеялась я.

– Я сам, – важно ответил он.

– Пошли тогда сувенирчиков прикупим, – потянула его я. – Докажем, какие мы взрослые.

– А если придерутся, что деньги зря потратили?

– За магнитики нас никто ругать не будет, – уверила я. – Притом уже полпоездки позади, а у нас ни одного сувенира.

– Так некогда.

– Вот мы и восполним недостаток!

– Ох уж эти девушки, – посетовал Женька. – Ни дня без шопинга!

– Наверное, это я в Осло в торговый центр пошла, – не осталась в долгу я и сразу пожалела о своих словах.

Женька резко умолк, на его лице появилось то непроницаемое выражение, которое я называла эффектом свежевыстроенной стены.

«Что же я наделала, – испугалась я. – Все испортила!» И тут же разозлилась на себя: он демонстративно отправился куда-то с посторонней девицей, а я – испортила! Впрочем, почему я опять рассуждаю, словно Женька – моя собственность?

Окончательно запутавшись, я больше ничего не сказала, и мы в полном молчании проследовали мимо сувенирного магазина.

– Кстати, где это мы? – обращаясь в пространство, вопросил Женька.

– Не знаю, – так же отстраненно отозвалась я. – Экскурсию-то вчера прослушали.

Вдоль набережной тянулся ряд разноцветных деревянных домиков, трогательно прижавшихся друг к другу, и было ужасно обидно, что мы любуемся ими без всякого значения.

– Спросим у кого-нибудь? – предложила я.

– У кого? – иронично осведомился Женька. – И на каком языке?

Ну вот, снова я сморозила глупость! И тут, на мое счастье, из следующего сувенирного магазинчика вынырнула парочка, прокатившая нас на автобусе.

– У них, – радостно указала я. И, не удержавшись, добавила: – На русском!

Женька хмыкнул, а я уже подошла к попутчикам с весьма оригинальным вопросом:

– Извините, а вы не знаете, что это за место?

– Случайно знаем, – кивнул муж. – Вчера же на экскурсии рассказывали.

Я потупилась:

– Мы… э-э-э…

Он понимающе хмыкнул, а его жена язвительно спросила:

– Ну и что это за место?

– Ну… э-э-э…

– А на экскурсии рассказывали! – передразнила она. – Хорошо, что хоть кто-то слушал экскурсовода… – завела она, но, взглянув на нас, свернула нравоучения. – До девятнадцатого века Берген считался крупнейшим городом Норвегии, – важно начала она, видимо, примерив на себя роль гида. – И все благодаря тому, что это был важнейший торговый центр Европы. Немецкие купцы открыли здесь представительство Ганзейского торгового союза, и эти домики – комплекс средневековых торговых зданий, – торжественно закончила она.

– Называется набережная Брюгген, – вставил ее супруг, заслужив одобрительный взгляд.

Я хихикнула про себя – не только мы с Женькой вечно препираемся и что-то доказываем друг другу, но и вполне взрослые дяди и тети! Вообще эта пара все больше мне нравилась, несмотря на не самое приятное первое впечатление.

– Спасибо, – поблагодарила я, а Женька поинтересовался:

– Что, прямо со Средних веков домики стоят?

– Конечно, они пострадали от пожаров, – неохотно согласилась дама. – Это реконструкция.