Код Ореста - Мария Энгстранд

Утро, когда мама должна была уехать, выдалось серое. У учителей в школе был методический день, и я решила не вставать с постели. Я слышала, как мама прокралась в мою комнату и прошептала: «Пока, Малин!» Я притворилась, что сплю. Потом услышала, как захлопнулась входная дверь. И дверь машины. Тогда я вылезла из постели и увидела в щелку между опущенной рулонной шторой и рамой, как машина задним ходом выехала на дорогу. Папа должен был отвезти маму в аэропорт.

Ступая босыми ногами по лестнице, я спустилась в кухню. Судя по всему, мама торопилась. На кухонном столе стояла немытая чашка, всё еще теплая и с остатками кофе. Я подержала ее в руках. Потом вернулась обратно в постель.

* * *

Когда я проснулась снова, то услышала, что папа включил в кухне радио. Я натянула домашний джемпер и спустилась к нему.

– Привет, солнышко! – сказал он. – Сладко спалось?

В кухне пахло лимоном и кофе.

Папа переставил цветок здоровья, подаренный Моной, с подоконника, и теперь тот красовался посередине стола. С тех пор как папе его подарили, цветок заметно разросся: из горшка торчали во все стороны маленькие желто-зеленые листочки. Вероятно, всё дело в том, что папа так тщательно его поливал.

Усевшись напротив папы, я стала размешивать хлопья в йогурте.

– Чувствуешь? – спросил он и провел рукой по листьям цветка. Лимонный запах вокруг цветка стал сильнее, и папа преувеличенно медленно вдохнул его. – Не хочешь поехать со мной сегодня в «Аллум»? – спросил папа, когда наконец снова выдохнул. – У меня есть несколько дел. И в кафе потом зайдем, а?

Я кивнула. День всё равно ожидается тоскливый. Почему бы не поехать с папой в торговый центр?

СПОРТИВНЫЙ МАГАЗИН

Папа: спортивные носки, велосипедки, бутылка для воды…

Я: ничего.

АПТЕКА

Папа: обезболивающее, сердечные лекарства, пена для ванны, таблетки от горла…

Я: ничего.

ОБУВНОЙ МАГАЗИН

Папа: прочные ботинки на грубой подошве для любителей активного отдыха…

Я: ничего.

ФРАНЦУЗСКОЕ КАФЕ

Папа: чашка обычного кофе.

Я: чай-латте со вкусом ревеня, кусочек мягкого шоколадного торта с клубникой, миндальный сухарик и три печеньки макарони…

Целых три макарони! Никогда еще мне не приходилось нести такой полный поднос по винтовой лестнице на второй этаж кафе.

Торговый центр «Аллум» я терпеть не могу: он слишком большой и бестолковый, народу куча. Но во французском кафе есть мягкие стулья с обивкой из блестящей ткани и изогнутыми спинками. Сидя там, легко представить себе, что ты вовсе не в «Аллуме», а в каком-то куда более интересном месте. Например, в Париже.

Помимо перекуса в кафе единственным моментом, вызвавшим у меня интерес, оказался обрывок разговора, который я случайно подслушала из-за высокой стойки в обувном магазине.

– В каком смысле «не нужно»? Мне кажется, ты проявляешь неблагодарность. Ты ведь не хочешь выглядеть как последний лузер? Все крутые парни этим летом будут носить такие. Ну-ка примерь!

То есть это было просто невозможно не услышать. Женщина говорила в точности как моя мама, когда я отказывалась от нового компьютера. Незаметно заглянув в пространство между полками, я увидела фигуру в черных сапогах на высоких каблуках, в рваных джинсах и с буйной шевелюрой на голове. Она склонилась над мальчиком, который сидел скрючившись на скамейке для примерки обуви. Тут я его узнала: это ведь Анте! К счастью, он меня не заметил.

Когда мы отправились в обратный путь, я ощущала в животе приятную переполненность и поэтому не заметила, как папа пропустил съезд на трассу. Обнаружила я это, когда мы уже заехали не туда. Или папа запланировал вылазку еще куда-нибудь?

– Но, папа, куда мы… – начала было я, но тут ответ стал очевиден, потому что он свернул на гигантскую парковку перед магазином «Всё для сада». Зачем мы сюда приехали?

Следом за папой я вошла в стеклянные двери, совершенно бесшумно раздвинувшиеся перед нами. Нам повстречалась женщина, катившая перед собой тележку, доверху нагруженную горшками с зелеными растениями – словно это джунгли на колесиках.

Папа взял корзинку, и мы стали бродить зигзагами по проходам. Внезапно мы остановились. Папа взял в руки горшочек с маленьким вьющимся растением.