Мохнатый ребенок - Марина Аромштам

— Я не буду лежать мордой в папоротниках из-за какого-то биолога Мити! — папин голос стал набирать силу. — Речь вообще не о папоротниках. И не о ящерицах. Хотя эти животные совершенно не могут вызвать у нормального человека хоть каплю теплых чувств! Речь о тараканах.

— Но мы же не можем обречь ящериц на голодную смерть, — мама решила, что против этого аргумента не сможет устоять даже папа. — А кроме тараканов подходящего живого корма для них не подобрали. Больше они ничего не едят.

Тут папа громко плюхнулся в кресло и закрылся от мамы книжкой с видом человека, которому все вокруг желают смерти. А мама отправилась устанавливать аквариум с ящерицами в мальчишеской комнате.

Она положила на подоконник широкую деревянную доску, проверила, чтобы аквариум не качался. А рядом с батареей пристроила крупную консервную банку из-под селедки, полную кормовых бесперебойно размножавшихся тараканов Гришке ящерицы понравились. Костику они понравились не так сильно. Но он понимал: кто-то должен занять место собаки. Ящерицы вылезали из своего укрытия только под вечер и застывали в неподвижной позе. Только горло у них шевелилось. Мама объясняла, как кормить ящериц.

— Каждая ящерица должна съедать по два-три таракана в день, не меньше, — объяснила она. — Но им нужно время, чтобы собраться для охоты. Поэтому процесс кормления может несколько растянуться. Тот, кто кормит, не должен торопиться.

Костик решил, что Гришке больше подходит роль опекуна ящериц. Все-таки между ящерицами и крокодилами было много общего. Поэтому он слушал мамины инструкции с праздным интересом. А Гришка воспринял возложенные на него функции с энтузиазмом и заверил маму, что все будет «о’кей». Ящерицы ни за что не помрут за каникулы с голоду! Мама была довольна: наконец-то Гришке будет о ком заботиться. Биология биологией, но уход за живыми существами наука заменить не может. Конечно, мальчику придется собственными руками скармливать одних животных другим, да еще и живьем. Но надо смотреть фактам в лицо: все в жизни устроено по принципу пищевых цепочек.

* * *

Через неделю папа сказал маме:

— Ты знаешь, что со мной сегодня случилось? Ночью я пошел в туалет.

— Ну, это бывает, — насторожившаяся поначалу мама перевела дух.

— Нет, это не все. Пока я там сидел, под ванной раздался страшный скрип.

— Неужели привидение? — удивилась мама.

— Я не знал, что думать. Никогда не слышал ничего подобного. А я — сама понимаешь — был совершенно беспомощен. Я мог потерять самообладание.

— Да, да, да, — понимающе закивала мама. Она была вполне согласна с папой, что при таких обстоятельствах легко потерять самообладание.

— И вдруг из-под ванны выполз вот такой… — папа развел руки на полметра —…вот такой таракан. Я схватил тапок и стал его бить.

— Молодец! — маме понравилось папино бесстрашие.

— Но ему было хоть бы что, — тут папа выдержал паузу и очень внимательно посмотрел на маму. — Это случайно не ваш с Гришкой таракан?

— Нет, нет, нет, — замотала головой мама. — Наши тараканы сидят в банке, смазанной вазелином. И что же — ты с ним справился?

— Мне потребовалось десять минут. Целых десять минут на одного таракана! Очень прошу тебя: проверь свою банку. Мама клятвенно заверила папу: по содержанию тараканов приняты беспрецедентные меры безопасности. На всякий случай она пошла и заглянула в их вместилище. Тараканы мирно кормились и размножались в искусственно созданной для них помойке.

Но через три дня папа снова сообщил маме о ночном госте. На этот раз таракан появился в кухне. Он был еще больше первого и напоминал черный фашистский танк. Папа расправился с ним молотком: со времени последних событий в туалете молоток постоянно находился у него под рукой.

А еще через неделю мама затеяла генеральную уборку. Она оторвала папу от творчества и попросила его минутку подержать аквариум с ящерицами.

Надо протереть подоконник!

Папа взял аквариум и прижал его к груди. А мама сняла с подоконника деревянный щит, служивший аквариуму подставкой. Она сняла его, чтобы поставить на пол, у батареи. Но тут…

— А-а-ар-рр-а! — вытаращив глаза, завопил папа. Нет, не завопил. Зарычал. Через пару секунд в его рычании уже распознавались слова, которые доказывали: папа вполне мог иметь собаку.

Мама посмотрела на подоконник и почувствовала, что сейчас грохнется в обморок.

Под щитом на подоконнике обнаружилось огромное черное-пречерное пятно. Это пятно шевелилось, многочисленные усы-антенны торчали в разные стороны. Секунда, две, три — и на папу и маму, шевеля усами, двинулись черные тараканьи танки. Каждый танк был размером со спичечный коробок. Маме даже показалось, она различает на них силуэты свастики — как в фильмах про войну, которые они с папой смотрели в детстве. Тараканы явно хотели окружить безоружных противников, а потом захватить весь многоэтажный дом.

— Держи своих ящериц, — заорал папа.

Мама схватила аквариум, а папа бросился в самую гущу тараканьего полчища, принялся прыгать, давить врагов и кидаться в них разными предметами.

— Срочно неси мне зимние ботинки и молоток, — закричал он маме.

Мама кое-как пристроила аквариум на диване и бросилась в прихожую. А папа все танцевал посреди комнаты танец смерти и извергал страшные ругательства. Пол в комнате был усеян черными трупами, у папы со лба градом катился пот, волосы торчали в разные стороны, и вид у него был страшный и отчаянный.

Мама чувствовала себя самым несчастным человеком на земле, и из глубины своего несчастья вдруг узрела страшную правду: «У Кого-то не хватило терпения трясти пинцетом у ящериц перед носом! И этот Кто-то просто выпускал тараканов в аквариум! Надеялся, что ящерицы сами с ними разберутся. А у аквариума края не были смазаны вазелином!»

Мама посмотрела на растерзанного папу, поняла, что сейчас заплачет, и пошла за веником и за помойным ведром.

— Посмотри внимательно, нет ли живых, — устало сказал папа и опустился на диван. Его локоть уткнулся в стекло. Из аквариума на папу смотрела ящерица и шевелила горлом.

— Фу ты, черт! — сказал папа и отпихнул аквариум.

Мама подметала поле боя, и слезы ее капали прямо на тараканов. Живых среди них не обнаружилось.

— Вот была бы у нас собака, — эта мысль всегда утешала маму в невыносимых обстоятельствах, — мы бы учились быть внимательными. Никто не стал бы выпускать тараканов в аквариум. Может, мы вообще бы отправили ящериц на каникулы куда-нибудь в другое место. Если бы у нас была собака…

Тут папа почувствовал, что ему очень жалко маму. Она всегда хотела собаку, подумал он, — еще тогда, когда они вместе спасали лягушек. Но мама почти не умеет ругаться матом и поэтому не может воспитывать щенка. Не то что он, папа… Вот сейчас он с помощью слов, молотка и ботинок в одиночку победил целое полчище тараканов… И он почти воспитал Костика и Гришку. Он даже маму почти воспитал.