Дом П - Юлия Кузнецова

Утром за завтраком бабушка Женя сказала бабушке Лиде:

– Как хорошо, что вы с Викой поговорили про своих друзей. Смотри, как здорово получается! Твой инженер много говорит, и тебе это надоело. А у Вики – наоборот: она очень много говорит, и это надоело её другу. Теперь всё исправится! Вика поняла, что нельзя так много говорить, надо и другим дать что-то сказать. И у неё всё наладится! И твоему инженеру мы дадим понять…

– Поздно, – мрачно сказала бабушка Лида, яростно мешая кашу в тарелке, – я ему вчера уже сказала.

– Что сказала?

– Что он – балаболка!

– Как? – растерялась бабушка Женя. – Так и влепила? Балаболка?! Хоть бы балабол!

– Нет, – сердито сказала бабушка Лида, всё-таки плюхнув ложку каши мимо тарелки, – достал он меня ужасно. Я ему и так намекала вежливо, и сяк. А он всё: ля-ля-ля! Тра-ля-ля! Просто как телевизор! Только громкость не выключается. Я его и спросила: «Где твой пульт?» Он удивился: «Какой пульт?» Ну и объяснила ему: «Которым тебя потише можно сделать!» А он улыбнулся и говорит: «Смешно ты, Лида, пошутила! Был у меня один друг, он тоже смешно шутил», – и ка-ак пошёл про друга рассказывать! Тра-та-та! Ба-ба-ба! Разозлилась я и говорю: «Ну ты и балаболка!» И убежала.

– А он? – ахнула бабушка Женя.

– Вон сидит угрюмый, кашей давится! – показала бабушка Лида в угол.

– Давай я с ним поговорю? – предложила бабушка Женя. – Скажу ему…

– Да что за ужас-то? – вдруг возмутилась старушка рядом, та, которая со стула свалилась и ногу сломала. – Невозможно эту кашу есть!

И ложку сунула в тарелку.

– Не нравится – не ешьте, – строго сказала ей медсестра. – Только имейте в виду, будете ходить голодная! Сладкие перекусы доктор запретил.

– Лучше я голодная ходить буду, – сердито сказала старушка, – чем такую кашу невкусную есть!

– Это только вам невкусно, остальным нормально! – сказала медсестра.

– Нет, – послышались голоса, – и мне невкусно! И мне!

Бабушка Лида только открыла рот, чтобы сказать, что ей каша тоже не нравится, как инженер завопил:

– Да! Давно надо было сказать! Совсем несъедобная каша!

Бабушка Лида рот тут же закрыла, начала есть кашу и причмокивать: «Ай, какая же вкуснятина, прелесть!» Просто из вредности, чтобы инженеру досадить.

А старушка, которая ногу сломала, сказала тихо:

– Можно я с вашим поваром поговорю? Я ему скажу, что с кашей не так! Он её просто молоком холодным разводит, а надо тёплым! И ещё кое-что, есть секретик!

– А вы откуда про молоко узнали? – удивилась медсестра. – Какой такой секретик?

– Не скажу, – хитро улыбнулась старушка.

– Тогда мы и повара к вам не позовём! – сказала медсестра и ушла.

После завтрака разошлись старички по комнатам. А бабушку Женю ждал большой сюрприз: в её комнате на кровати сидела Таня, мама девочек! Она была грустная-прегрустная.

– Что случилось? – бросилась к ней бабушка Женя. – Что-то с девочками? С Серёжей?

– Нет, – говорит Таня. Вскочила и чуть не плачет: – У меня рогалики сгорели!

– Ну, не беда, – улыбнулась бабушка Женя, успокоившись. – Это же ерунда, Танюша!

– Восемь раз подряд! – вздохнула Таня.

– Ого, – сказала бабушка Лида.

Бабушка Женя показала ей кулак.

– Ой, ну в смысле, ничего страшного, – добавила бабушка Лида, отошла к своей кровати, а сама бормочет: – Надо ж, а? Восемь раз сгорели рогалики! Это ж с ума сойти, сколько продуктов переведено.

– Вот-вот, – говорит Таня, – полхолодильника! Масло, яйца, молоко… И полшкафа! Мука… сахар… ужас…

– Какой ужас? – спросила бабушка Лида, – Есть такой пекарский порошок, «Ужас» называется.

– Да нет, это я переживаю, что ужас! – воскликнула Таня.

– А я уж решила, это добавка такая, – пробормотала бабушка Лида, – может, думаю, в ней всё дело?

Все невесело улыбнулись.

– Ну ладно, – сказала бабушка Женя, – садись, Тань, будем разбираться!

– Спасибо, – обрадовалась Таня. – Вы мне поможете? У меня вообще с готовкой не очень получается. Может, вы мне расскажете, как готовить, и я научусь?

– Ну может, – растерянно сказала бабушка Женя, – но я не уверена…

Они сели рядышком на кровати и стали обсуждать разные рецепты. Сидели до самого обеда! Но толку было мало…

Готовила-то бабушка Женя прекрасно. Очень вкусно, и всё у неё получалось. Но вот беда – бабушка Женя все ингредиенты на глаз добавляла! Не могла она никак вспомнить, сколько точно сахару надо, или муки, или хлеба в котлетки, или воды в суп. Там горсточка, тут полгорсточки, там щепотка, тут капелька…

– А сколько это – капелька? – огорчённо спрашивала Таня.

– Не знаю, – разводила руками бабушка Женя, – прости, Танечка, но правда не знаю…

Таня опять сидела грустная, даже блокнот отложила. А что в него записывать? Горсточки с полукапельками?

– Обедать! – позвала бабушка Лида. – Пойдёте?

– Давай с нами? – предложила Тане бабушка Женя. – У нас вообще ничего так кормят…

– Угу, – фыркнула Лида, – Наташа-то не согласится с тобой!

Наташа – так звали бабульку со сломанной ногой, которая была недовольна кашей.

– Отсюда слыхать, как Наташа уже возмущается, – сказала бабушка Лида, приоткрыв дверь.