Жизнь Амаль - Аиша Саид

– Как ты там? Как тебе живется в том доме? – наконец спросила мама.

Я заерзала на стуле. Я так долго ждала, чтобы оказаться дома. Мне хотелось выплеснуть все, что давило на сердце. Но мама выглядела такой счастливой. Как я могла взвалить на нее еще одну большую ношу?

– Насрин Баджи относится ко мне хорошо, – выдавила я. – Мне повезло, что я работаю на нее.

– Хорошо, – выдохнула мама. – Я знаю, это нелегко, но ты у меня очень сильная.

Сильная? Что значит быть сильной? Был ли у меня какой-то другой выбор? Прежде чем я успела что-то сказать, входная дверь распахнулась. Вошел отец. Он направился прямо ко мне и обнял, его лицо тут же стало мокрым от слез. И тогда я тоже заплакала. Впервые с тех пор, как вернулась домой. Когда я отстранилась, в комнате стало тихо.

– Извините. – Я вытерла глаза.

– Ничего, – сказала мама, – здесь ты свободна.

Дверь снова открылась.

– Думала, мне послышалось…

– Парвин!

Я подбежала, чтобы обнять ее.

– А где Омар?

– Ох, Амаль. – Парвин поморщилась. – Он отправился на день открытых дверей.

– День открытых дверей?

– Ну да, в школу-интернат, ты ведь помнишь?

Ах да. Теперь я вспомнила наш с ним разговор у ручья. Казалось, это было целую вечность назад.

– Он начинает осенью, и нужно было, чтобы новые ученики приехали туда и провели вместе выходные. Он будет так расстроен, что пропустил твой приезд!

– Ну ничего, я рада, что все идет своим чередом, – ответила я нашей служанке.

И в самом деле. Если уж у меня отняли будущее, то по крайней мере у Омара оно осталось…

В тот вечер мы ужинали во дворе. Я положила себе пряную курицу со свежими пшеничными роти, которые мама только что приготовила. Я понятия не имела, насколько сильно скучала по маминой еде, пока не откусила кусочек. Хамид был великолепным поваром, но для меня в мире не было ничего, что могло бы сравниться с маминой едой.

– Знаешь, что я учусь читать? – сказала мне Рабия.

– С ней занимается Сима, – кивнула мама. – Через несколько недель она начнет ходить в школу.

– А когда же я смогу пойти? – нахмурилась Сафа.

– Когда ты будешь хорошо себя вести! – ответила Рабия и показала язык.

В их спор тут же вмешалась Сима. Мать подхватила Сафу и усадила себе на колени. Когда разговор зашел о подготовке к свадьбе сестры Хафсы, все заговорили одновременно, и мне было трудно сосредоточиться. Я была ошеломлена смехом, болтовней и визгом моих сестер. Я так скучала по этим милым сердцу звукам! Я пыталась успокоиться и впитать эти звуки в себя, чтобы, когда придет время уезжать, они остались со мной, в моем сердце…

Раньше я жаловалась Омару на шум и беспорядок в доме и использовала любую возможность, чтобы сбежать на поля сахарного тростника, когда сестры начинали сильно шуметь. Почему меня так раздражала болтовня сестер? Почему я огорчалась, когда должна была делать что-то по дому? Почему потребовалось оставить обычную жизнь позади, чтобы понять, насколько она на самом деле мне дорога?

– Ладно, девочки, – сказала мама, когда последний горячий роти исчез из кастрюли. – Сима, присмотри за малышкой, пока я не уложу девочек.

– Я сама могу это сделать, – сказала я.

– Ну что ты! Ты наша гостья и скоро уедешь. Лучше отдохни.

Гостья? Это было всего лишь брошенное вскользь замечание. В нем не было ничего обидного. Но назвать меня гостьей в моем родном доме… Это слово камнем упало мне в душу.