Тайна отеля «Зимний дом» - Бен Гутерсон

Элизабет и Фредди внимательно прочитали главу об охоте за мусором в «Руководстве для детей» и решили посвятить утро поиску подходящих для кладов мест вокруг «Зимнего дома». Саму игру запланировали на следующий день.

Фредди знал окрестности и мог показать много интересных мест, а Элизабет – с блокнотом в руке – должна была записывать идеи, чтобы после обеда каждый занялся бы разработкой ключей-подсказок для игры. Они определили очень простые правила: игрок с помощью ключа номер один ищет первый предмет. Когда он его находит, получает ключ номер два для поиска второго предмета и так далее. Наиболее увлекательным казалось искать интересные места и придумывать хитрые подсказки – не такие сложные, чтобы не разгадать, но и не очевидно простые.

Первым местом, куда они заглянули, была мастерская на третьем этаже, где обычно днём работал Фредди.

– Норбридж дал мне эту комнату, – сказал мальчик, доставая серебряный ключик и вставляя его в замок, – чтобы я мог приходить и работать тогда, когда захочу.

Он постучал по красно-белой табличке с надписью «БЕЗОПАСНОСТЬ ВАЖНА» и сказал:

– Осторожнее! Тут можно легко ПОНАСАЖАТЬ В БЕНЗО.

Элизабет подняла глаза к потолку.

– Фредди Нок – изобретатель и составитель анаграмм. Но эта получилась здорово, хотя буква «с» лишняя.

– Я люблю составлять анаграммы, – одобрительно заявил Фредди и открыл дверь.

Мастерская была переделана из склада. В ней стоял верстак, а на стенах на маленьких крючках в полной боевой готовности висели молотки, пассатижи и шуруповёрты. Куски фанеры были сложены у второй стены, четыре ведра с ореховой скорлупой выстроились в ряд, а пол был усыпан древесной стружкой. Вдоль третьей стены громоздились ящики, коробки и полки. Посреди комнаты стоял стол, а на нём лежало полдесятка чурок, похожих на отпиленные ветки. Вокруг них стояли банки с клеем, прихватки и резцы.

– Смотри, Ореховый Чудорбан будет похож вот на такую прессованную чурочку, может быть, ты их уже видела, – сказал Фредди и взял чурку со стола. – Их делают из смеси стружки и всякого мусора. Я пытаюсь сделать то же самое, но в качестве сырья беру ореховую скорлупу.

Фредди посмотрел наверх и широко улыбнулся.

– Это будет потрясающе, когда я возьму ореховую скорлупу с кухни и превращу её во что-то полезное.

Он показал Элизабет инструменты и то, как он смешивал клей и прессовал скорлупу. Это произвело на неё впечатление. Дома ей приходилось заниматься домашней работой – подметать, мыть полы и посуду и так далее, а в школе она иногда помогала библиотекарю расставлять книги. Но никогда никто из взрослых не доверял ей сделать что-то действительно важное. То, что Норбридж поручил Фредди разработать Чудорбан, означало настоящее доверие. Элизабет даже позавидовала Фредди – по-хорошему, это была зависть с оттенком гордости за него. Она слегка оттаяла по отношению к Норбриджу.

– Очень мило со стороны Норбриджа доверить тебе эту работу, – сказала Элизабет.

– Ты понимаешь, что я думаю о нём? – спросил Фредди. – Почему я не хочу ничего делать, что могло бы…

Он начал говорить, но, казалось, решил взять свои слова назад.

– Он хочет уменьшить расходы на Кухне Сладостей, а я надеюсь ему в этом помочь.

– Скажи, родители тебе звонили с тех пор, как ты здесь? – спросила Элизабет.

Фредди уже много рассказал ей о себе – что был на год старше, учился в шестом классе, что он почти не видел своих родителей, потому что они жили в огромном особняке, и что сейчас они уехали в отпуск в Венецию.

Фредди отрицательно покачал головой.

– Они, наверное, ненавидят меня.

– Да нет, что ты!

– Они всё время куда-то уезжают: то на ужин, то в отпуск. Мама моя родилась в Мексике, так что они часто ездят туда. А мне нравится заниматься на компьютере и изобретать разные вещи. Иногда мне кажется, что я немного зануда, но просто мне нравится так жить.

– Не думаю, что это нудно. Я люблю читать, но мои тётя и дядя любят всё время смотреть телевизор.

– Всё, что я знаю, – мои родители не хотят, чтобы я был рядом с ними.

Он нахмурился.

– Ну и наплевать. Я знаю, что они не любят меня.

Элизабет была уверена, что он так не думал.

– Подумай: они могли бы отправить тебя куда угодно на время отпуска, но ты поехал сюда, потому что они знают, как тебе здесь нравится. Это значит, что они тебя не ненавидят.

– Я бы хотел, чтобы они просто оставили меня в «Зимнем доме».

– У меня вообще нет родителей.

– Что с ними случилось?

– Они случайно погибли, когда мне было четыре года.

Опять в её голове возникла беспорядочная смесь воспоминаний: выстрелы, неразбериха, крики, страх. Неосознанно она положила руку на кулон. Но Фредди не собирался задавать ей конкретных вопросов о том, как погибли её родители, и за это она была ему благодарна.

– С тех пор я живу у дяди и тёти.

Элизабет представила себе тётю Пурди и дядю Бурлапа. Возможно, они сейчас в какой-нибудь гостинице. Но она не могла представить, чтобы они по-настоящему веселились, чем бы ни были заняты.

– Я жду не дождусь, когда наконец повзрослею настолько, чтобы уйти от них. Тебе очень повезло, что у тебя есть родители, так и знай.

Фредди ничего не ответил, а лишь поправил положение одного из чурбачков на столе. Потом он сказал:

– Эй, пойдём, я покажу тебе, где делают флюрчики.

Кухня Сладостей была намного больше, чем Элизабет себе представляла, когда в первый вечер в «Зимнем доме» стояла возле её дверей. Они с Фредди переступили порог, и Элизабет не могла поверить глазам: помещение оказалось таким громадным! Одна лишь кухня вмещала более десяти различных комнат, в каждой – рабочие столы и шкафы, специально разработанные для производства всемирно известных сластей «Зимнего дома». В одной из комнат двадцать женщин сидели и чистили лесные орехи с помощью молотков и сортировочных ножей. В другой – двенадцать мужчин, с мышцами, как у культуристов, присматривали за висящими над огнём котлами. Котлы здесь топили исключительно дровами, а абрикосы для сахарного желе привозили издалека. Ещё в одной комнате три мастера засыпали фрукты сахаром, давили, протирали и взбивали, пока смесь не приобретала нужной воздушной консистенции. Ещё там были: комната для смешивания, комната для охлаждения, цех упаковки, цех укладки и другие комнаты, где ингредиенты нарезались, варились, сортировались или связывались. Элизабет и Фредди провели там целый час, изучая производство, пробуя образцы и разговаривая с женщиной, которая укладывала флюрчики в коробки и обвязывала их лентой. Затем коробки отправляли в магазины по всему миру.