Питер Пен - Джеймс Мэтью Барри

Что говорилось в последней строчке, мы никогда не узнаем, потому что песню остановил пронзительный вопль, донёсшийся из каюты. Он пролетел по всему кораблю и смолк. После чего раздался петушиный крик, который был так хорошо знаком мальчишкам, а пиратам показался ещё более жутким, чем вопль минуту назад.

– Что это? – спросил Крюк.

– Два, – торжественно продолжил счёт Малышка.

Итальянец Чекко поколебался мгновение, но потом пошёл в сторону каюты. Он вышел оттуда шатаясь.

– Что с ним случилось, отвечай, пёс! – накинулся на него Крюк.

– Он мёртв. Заколот кинжалом.

– Бил Джукс мёртв? – завопили перепуганные пираты.

– В каюте темно, как в преисподней, но там что-то есть. Что-то ужасное, что кричит петухом.

– Чекко, – сказал Крюк, и в голосе его слышалась сталь. – Иди туда и принеси мне из каюты этого петьку.

– Не пойду! – завопил дрожащий Чекко.

Но Крюк показал ему свой коготь:

– Ты говоришь, что идёшь, да?

Больше уже никто не распевал. Пираты прислушивались. И опять раздался предсмертный вопль и весёлое кукареканье.

И Малышка сказал:

– Три.

– Печёнки-селезёнки, чёрт и дьявол, кто же наконец вытащит оттуда этого петуха?

– Подожди, пока выйдет Чекко, – сказал Старки.

– Кажется, ты вызываешься идти, Старки? – сказал Крюк ласковым голосом.

– Нет, чёрт возьми! – сказал Старки.

– А мой крюк думает иначе. И он никогда не ошибается.

Старки оглянулся вокруг в поисках поддержки, но все отвернулись. Старки пятился, а Крюк наступал на него. С воплем Старки вскочил на Длинного Тома и оттуда сверзился в воду.

А Малышка сказал:

– Четыре.

– Кому-нибудь хочется бунтовать? – произнёс Крюк тоном изысканной вежливости и сам направился к каюте.

«Пять!» – так и хотелось сказать Малышке. Он уже облизнул губы и приготовился это произнести, как Крюк, где-то потерявший свой фонарь, качаясь, вывалился из каюты.

– Что-то погасило мой фонарь, – сказал он. Голос плохо его слушался.

– Что-то! – точно эхо отозвались пираты.

– А что с Чекко?

– Мёртв, так же как и Джукс, – отрезал Крюк.

– Мы пропали, – пронеслось среди пиратов. – Наш корабль обречён!

В ответ на это мальчишки не сдержали радостного возгласа. Крюк было забыл о них. Теперь он резко к ним повернулся.

– Братва, – крикнул он пиратам, – открывайте дверь каюты и втолкните их туда! Пусть дерутся с этим петухом не на жизнь, а на смерть. Если они его убьют, тем лучше для нас. Если он их убьёт, нам от этого хуже не станет.

В последний раз его верные собаки пришли в восторг от своего хозяина. Мальчишки, разыгрывая сопротивление, вломились в каюту, и дверь за ними замкнулась.

– Теперь прислушайтесь! – скомандовал Крюк и сам стал прислушиваться.

Смотреть на дверь никто не смел. Нет, один человек смел – Венди, которая всё это время оставалась привязанной к мачте. Она не ждала ни воплей, ни кукареканья. Она ждала Питера.

Ей не пришлось долго ждать.

В каюте Питер нашёл то, что ему было нужно: ключ от наручников, чтобы освободить мальчишек. Они вооружились чем могли. Сначала Питер велел им спрятаться и выскользнул из каюты незамеченным. Он быстро разрезал верёвки, которыми была опутана Венди. А потом ничего не было легче, как просто всем вместе удрать с корабля.

Но одно препятствие всё же преграждало им дорогу, это была клятва: «На этот раз – или Крюк, или я!»