Поступь хаоса - Патрик Несс

Она замолкает, подтягивает коленки к груди и крепко обхватывает их руками. Я чувствую, что мне лучше ответить сразу, не то она опять начнет раскачиваться.

— Мы переселенцы, — говорю я. Она поднимает взгляд на меня и все еще стискивает колени, но хотя бы не раскачивается. — Верней, были переселенцами. Лет двадцать назад мы приземлились в Новом свете и хотели тут обосноваться. Но наткнулись на аборигенов. Спэков. И они… они погнали нас прочь.

Я рассказываю ей историю, которую все прентисстаунцы, даже самые тупые фермерские мальчишки, знают наизусть.

— Мы годами пытались с ними помириться, однако спэки и слышать ничего не желали. Так началась война.

На слове «война» она опускает голову.

— Спэки сражались не просто так: они атаковали нас всякими болезнями и микробами. Такое у них было оружие. Один микроб, например, должен был убить весь наш скот, но вместо этого животные заговорили. — Я смотрю на Манчи. — Это не так клево, как кажется. — Снова поднимаю взгляд на девчонку. — А из-за другого микроба мы заболели Шумом.

Я жду. Она молчит. Но мы оба знаем, что будет дальше, потомушто мы это уже проходили, так?

Я делаю глубокий вдох.

— Микроб убил половину мужчин и всех женщин на планете, включая мою ма, а мысли выживших мужчин перестали быть тайной для остального мира.

Девчонка прячет подбородок между коленей.

— Иногда я слышу очень четко, — говорит она. — Иногда я могу точно сказать, о чем ты думаешь. Но только иногда. Все остальное время это просто…

— Шум.

Она кивает.

— А что стало с аборигенами?

— Нет больше аборигенов.

Опять кивает. Минуту мы сидим молча, игнорируя очевидное, но потом игнорировать его уже нельзя.

— Я умру? — тихо спрашивает она. — Микроб убьет и меня?

Слова звучат по-другому из ее уст, с этим странным акцентом, хотя означают ровно то же самое, и в моем Шуме стучит одно слово — возможно, однако вслух я заставляю себя сказать «Не знаю».

Девчонка опять пристально смотрит на меня.

— Правда, не знаю, — говорю я вполне искренне. — Спроси ты неделю назад, я бы даже не сомневался, но теперь… — Я смотрю на свой рюкзак, в котором лежит книга. — Я не знаю. Надеюсь, что нет.

Возможно, говорит за меня Шум. Возможно, ты умрешь, и хотя я изо всех сил пытаюсь скрыть эту мысль другим Шумом, она такая грусная и обидная, что никуда ее не денешь.

— Прости, — говорю я.

Она молчит.

— А возможно, если мы доберемся до второго поселения… — Я не заканчиваю, потомушто сам не знаю, что будет тогда. — Ты еще не заразилась. Это уже коечто.

— Ты должен их предупредить, — бубнит она себе в коленки.

Я резко поднимаю глаза.

— Что?

— Ну, та надпись на карте… Ты пытался прочесть книгу.

— Я не пытался, — говорю я почему-то гораздо громче, чем хотел.

— Неважно. Я видела слова. Там написано: «Ты должен их предупредить».

— Я знаю! Я знаю, что там написано.

Ну разумеется, «Ты должен их предупредить». Бол-пан, идиот!

— Мне показалось, что… — начинает девчонка.

— Я умею читать!

Она поднимает руки.

— Ладно, ладно.

— Умею!

— Да я только хотела…

— Мало ли что ты хотела! — Я хмурюсь, и мой Шум так разбушевался, что Манчи вскакивает на ноги. Я тоже. Поднимаю с землю рюкзак. — Нам пора.

— Кого тебе надо предупредить? — спрашивает девчонка. — И о чем?

Ответить я не успеваю (а впрочем, я и не знал ответа), потомушто раздается громкий щелчок, который в Прентисстауне значил бы только одно.

Что кто-то взвел курок.

На скале перед нами стоит человек с ружьем, и дуло смотрит прямо на нас.

— Что меня щас больше всего волнует, — говорит голос из-за ружья, — так это на кой ляд щенки спалили мой мост?