Призраки ночи - Георгий Маркович Науменко

И Ночницу выпускает.

Она черной простыней

Накрывает с головой.

Видит мальчик как во сне:

Он на черной простыне —

В небе, в воздухе летит,

А над ним луна блестит.

Вдруг две тучи в бой сошлись,

Из-за мальчика дрались —

Кому молнией сверкать,

Кому громом убивать.

Мальчик сильно испугался,

Страшной смерти забоялся,

Глаза быстро закрывал

И забыл, что увидал.

А когда опять открыл,

Так от ужаса застыл.

Следом змей за ним летит,

Головою шевелит.

Из ноздрей дым выпускает,

А во рту огонь пылает,

Хочет пламенем спалить,

А потом уж проглотить.

Мальчик сильно испугался,

Страшной смерти забоялся,

Глаза быстро закрывал

И забыл, что увидал.

А когда их открывал,

Весь от страха задрожал.

Он на черной простыне

Все несется в вышине:

Под ним море-океан,

Страшный огненный вулкан,

Черный лес, гора крутая,

Бездна без конца и края.

Вдруг влетел он в старый дом,

Привидений много в нем:

И Кощей, и Баба Ежка,

Мертвецов в гробах немножко,

Черти, лешие, и змеи,

И свирепые там звери —

Крокодил, два страшных льва.

Закружилась голова,

Он устал, глаза закрыл,

Все видения забыл.

Наконец мальчик уснул,

Дрема радостно вздохнул.

Баю-баюшки, бай, бай,

Спи подольше, не вставай.

КАК ВЕСНА ЗИМУ ПОБОРОЛА

МАЛЬЧИК И ЛЕСНОЙ БОРОВ

Жил в одном селении мальчик. Любил он всех дразнить да высмеивать. Никого он не боялся, и доставалось от него всякому, кто попадался на глаза. Однажды узнал он, что дети под Новый год к лесу идти собрались. Кликали-звали они всех идти с собой задабривать лесного Борова, чтобы весь год сало в доме было да зерно в закромах водилось.

Собрался мальчик и к лесу пошел с детьми — задабривать лесного Борова. Пришли они толпой к лесу. Принялись разбрасывать зерно. И запели:

А мы Борова любили,

Зерна в лес ему носили,

А мы беленькому,

Со спинкой пегенькой.

Чтобы Боров встал,

Весело поскакал.

Боров-боровок,

Дай сало кусок —

С осину вышины,

С дуб толщины.

А мальчик возьми да и начни дразнить:

Боров-туша,

Покажи уши,

Хвост крючком,

Рыло пятачком!

Только он кончил дразнить, как вдруг из леса выскочил большой черный Боров. Принялся клыками с дерева кору сдирать, злыми глазами сверкать, острыми зубами скрежетать. Схватил мальчика на спину, на щетину и утащил. Испугались дети и в селение побежали, обо всем рассказали.

Пришел народ искать мальчика, а его нигде нет и не виден след. Все кустики проглядели, бугорки прошли, искали в поле и за огородом, да не нашли.

А черный Боров утащил в лес и бросил мальчика в снег. Огляделся он — никого в темном лесу нет. Влез на дерево и видит: на поляне братья Морозы стоят да рядят, кому какой работой заняться. Один Мороз говорит:

— Я у реки погощу, во всю реку мост сколочу, льдом-хрусталем намощу да снеговой заслон у леса нагребу.

Другой Мороз говорит:

— Я где поземкой пробегу — землю ковром белым устелю. Вьюгу на волю выпущу, пусть, веселая, в поле гуляет, крутит и бурчит да снег потряхивает.

Третий Мороз говорит:

— А я по селению похожу, окна в избах разрисую. По углам постучу-потрещу, холод и стужу за порог напущу.

Ушли братья Морозы. Мальчик слез с дерева и пошел по следам третьего Мороза. Так по следам и дошел до родного селения.

А в селении в Новый год народ на гулянье сряжается, песни поет, у ворот ведет хоровод. Мороз-то шутник тут как тут — на улице стоять не велит, холод напускает, за нос домой тянет. Под окнами стучит-трещит, в избу просится. Окна ледяным узором разрисовал и стужей в избу лезет. Заберется в избу, по полу зазвенит-затрещит, под порогом снеговой порошей ляжет и стены леденит, холодом дышит.

Увидали в селении мальчика, обрадовались, накормили да обо всем расспросили. Узнали о Морозе, проказнике да шутнике.

А Мороз щеки холодом знобит, стужей в рукава лезет, за ворот снег трясет. Взялись тут мужики, костер разожгли, жару-пылу на все село напустили. Греется народ у огня, еще громче песни поет, еще быстрее хоровод ведет. А Морозу от огня жарко да парко; обозлился он на народ, что их холод и стужа не берет. Убежал из селения в лес, больше не проказил здесь.

С того времени, говорят, мальчик никого не дразнил. Не дразнил и лесного Борова — боялся его.

МОРОЗНЯК

Сидит Морозняк на рябине на снеговой перине да потрескивает. С березки на березку поска-кивает да пощелкивает. На елках, соснах полеживает. Видит Морозняк в его владениях — мужик на санях едет. Разозлился. За ним побежал. И поет:

Уж как наскочу,

Холод-стужу напущу,

В льдинку превращу,

От себя не отпущу!

Нагнал мужика и давай его за нос щипать да за ворот холод-стужу напускать. Стал мужик замерзать. Вот спрыгнул он с саней. Лошаденку погоняет, а сам рядом бежит, руками прихлопывает, ногами притоптывает. Согрелся. И обратно в сани залез. Морозняк разозлился, сел мужику в сани и приговаривает:

Лети, снежок,

Не уставай!

Поля, леса

Позакрывай!

И дорогу —

Заметай!

Повалил снег, дорогу замел, запорошил. Морозняк радуется: «Собьется мужик с дороги!» А мужик по приметкам: по кусточкам, по бугорочкам, по деревцам едет, с дороги не съезжает. Еще больше Морозняк разозлился, говорит:

— Ну берегись, мужик! Доберусь до тебя!

Приехал мужик домой. Пока лошадь выпрягал, Морозняк в избу пробрался. И давай холодом дышать, стужу напускать, избу выстудил, окна заледенил, стены инеем покрыл. На двор вернулся. И опять за мужика взялся. За ворот к нему лезет, в рукава ползет, за уши дерет, за нос щипает. Мужик взял топор. Давай им махать, по поленьям ударять. Дрова рубит, от работы вспотел. Раскраснелся, словно из бани вышел. Холод-стужу не замечает. Топором машет.

Морозняк вокруг мужика вьется, а он