Завеса Аркена - Фальк Хольцапфель

Барнеби, правильно истолковавший выражение лица Ариана, подтвердил:

– Да, шаманы могут распознавать тотемы других.

И только после этого Ариан понял:

– Значит, тебе известен мой тотем?

Барнеби лишь многозначительно улыбнулся, и Ариан догадался, что час вопросов прошёл.

– Мой мальчик, пирог закончился. И если мы хотим добавки, нам, похоже, нужно отправляться на поиски Камелии. Могу предположить, что, если мы её найдём, она нам даже пудинг сделает. – Он встал, потянулся и побежал к вагону. – Ну-ка, помоги мне!

Общими усилиями они вытащили из-под вагона дверную раму вместе с дверью. Выглядела она не особо впечатляюще – старая деревянная, с облупившейся краской. Вместо нажимной ручки у неё была круглая латунная, в остальном же она походила на любую другую дверь. Они прислонили раму к стволу дерева.

– Думаю, лучшее место для начала поиска твоей тёти – это её дом.

Согласившись, Ариан спросил:

– Так, может, тогда отправимся к ней?

– Непременно! – кивнул Барнеби. – Правда, у меня не осталось яблок для подарка хозяйке, но, надеюсь, в этот раз она закроет на это глаза. – Он выудил из-под кудлатой бороды висящий на тесёмке ключ. Ключ, головка которого походила на сову, напомнил Ариану герб Аркена. Барнеби сунул его в замок, повернул и взялся за круглую ручку. – Хотя все действительно вежливые люди не пунктуальны, я бы предложил поторопиться, – сказал он и, открыв дверь, вошёл в неё.

Ариан уже чуть ли не со страхом этого и ожидал. Барнеби не стукнулся головой о дерево, не вышел с другой стороны, а попросту исчез. Ариан уставился в темноту за открытой дверью. Он ничего не мог различить, ничего не слышал и не ощущал никаких запахов. Казалось, только зияющая пустота его там…

«Ну, и как долго ты ещё собираешься ждать, малыш?» – вновь раздался голос у него в голове. Впервые это его не потрясло и не разозлило. Ариан улыбнулся и шагнул в темноту за дверью.

Медальон

Пожилая дама семеня тянула свою ручную тележку по булыжникам. Тележка катилась, а яблоки, заботливо уложенные в корзины, весело подпрыгивали. Сгущавшийся туман старушку не останавливал, её вообще мало что могло остановить.

– Биопродукт ли мои яблоки? Ха, эти молодые бабёнки в большом городе, похоже, машинных выхлопов нанюхались. Можно подумать, я когда-нибудь напущу в мой «аркенгольд» каких-нибудь химикатов! Да большего био, верно, и не сыскать! Пожалуй, стоило надбавить ей цену за червяка.

Госпожа Гирш-Грантовиц захихикала при мысли о том, сколько червяков уже, наверное, съел вместе с яблоками воришка, и не заметила, что одно из выпестованных ею чад, выпав из тележки, покатилось по булыжникам. Как не заметила и медленно приподнимающуюся крышку люка, рядом с которой остановилось яблоко.

Крышка приподнялась, чтобы затем с лёгким скрежетом сдвинуться в сторону. Вокруг чёрной дыры пошли волны тумана. Из глубины послышались гулкие прерывистые звуки. Затем в туман из тьмы медленно выдвинулись две тени. Они беззвучно выползли на четвереньках наружу и, потягиваясь, встали в полный рост.

– Ой, яблоко! Именно то, что мне сейчас нужно, – обрадовался Юри и откусил большой кусок. – Я же феве шкажал, Джеж: шудьба на нафэй фтороне!

– Ты что, поднял его сейчас с земли?!

– Ага! Яблоко, подаренное нам, как только мы вернулись в верхний город? Аркен любит нас! – прожевав, восторженно провозгласил Юри, но вдруг виновато поморщился: – Хочешь кусочек?

Джес окинула скептическим взглядом огрызок помоечного яблока, от которого осталось немногим больше сердцевины со слюнями Юри, и замахала руками, отказываясь от предложения.

– Не хочу. Я и так уже на завтрак выудила из отбросов какой-то заплесневевший сэндвич, – потирая живот, сказала она.

Юри лукаво улыбнулся, подбросил огрызок высоко в воздух и, поймав его на лету широко раззявленным ртом, смачно захрумкал. Редко когда Юри настолько выглядел троллем, как за едой. Глаза, в которых не было белков, от удовольствия сузились в щёлочки. Когда он жевал, виднелись крупные зубы, а загнутые рога покачивались в такт. Джес отвела взгляд, чтобы он не заметил, как ей смешно.

– Думаю, нам повезло, – сказала она, указывая на улицу. – Мы не так далеко от канала, где оставили машину.

Юри кивнул, и они пошли по переулку, а за ними клубился туман.

– А ты уверена, что не наслала на гуля-мутанта чары? Ничего, что он так бушевал? – спросил Юри. – Я уж думал, он сейчас вскарабкается к нам.

– Нет. Правда нет. Я же тебе сказала: это совершенно обычный перцовый спрей. Я всего лишь хотела отвлечь его от Ариана, а ничего лучшего в голову не пришло.

– Совершенно обычный перцовый спрей, и только? – уточнил Юри.

– Да, совершенно обычный, – искоса взглянув на Юри, Джес усмехнулась. – Ну, может, с парочкой дополнительных глифов, чтобы он действовал подольше и где-нибудь не потерялся.

– Ха, ведьма сегодняшнего дня! Современная техника и тайная магия в одном флаконе!

Джес улыбнулась, но снова посерьёзнела.

– Думаешь, этого хватило? – с сомнением спросила она.

– Наверняка. Я видел, как Ариан скрылся в туннеле. А обречённый явно до сих пор ещё бузит в бассейне, пытаясь смыть спрей.

Как бы Джес хотелось так же доверять жизни! Сперва магестра, а теперь Ариан. Так у неё постепенно все Акониты переведутся.

– Слушай, ты просто уж слишком тревожишься, – пытался успокоить её Юри. – Только этим утром Ариан перескочил через мчащуюся машину. Говорю тебе: этот хоббит сильнее, чем кажется. – Он легонько ткнул Джес в бок. Она в ответ изо всех сил толкнула его. Но с таким же успехом теннисному мячику удалось бы толкнуть бетонную стену.

Отскочив от него рикошетом, Джес рассмеялась:

– Что ж, Гэндальф, будем надеяться, что ты окажешься прав. Если же нет – вся сила Ривенделла не сможет защитить нас от гнева магестры Аконит.

Юри засиял как дитя на Рождество, и широкая улыбка обнажила его мощные клыки. Но прежде чем он успел что-то возразить, Джес показала на припаркованную неподалёку серую машину:

– Ну, по крайней мере, здесь он нас не ждёт.

– А он и не мог нас здесь ждать. Ариан наверняка снова отправился к дому тёти. В конце концов, это единственное место в Аркене, которое он знает, – сказал Юри. Прочитав в её глазах тревогу, он бережно обнял её за плечи. – Вот увидишь: он сидит на веранде, уплетает мороженое и сетует на то, что нас так долго где-то носит.