Последний черный кот - Евгениос Тривизас

в которой дерево моей мечты оборачивается кошмаром, а зловредные птицы веселятся, глядя на мои мучения

Однажды вечером, голодный и обессиленный, на дальней улочке я набрёл на поразительное дерево. Никогда в жизни я не встречал таких деревьев — разве что представлял в мечтах. С его ветвей свисали рыбьи скелеты. Аппетитные рыбьи скелеты. Раньше, когда я ещё мечтал стать корабельным котом и повидать мир, я воображал, как в один прекрасный день попаду на необитаемый остров, где растут подобные деревья, и заживу там припеваючи.

Я несколько раз моргнул: может, это обман зрения или голодные фантазии? Но нет, похоже, мне ужасно повезло — это было настоящее дерево из рыбьих косточек, может быть, единственное в мире. Его ствол маняще сверкал в лунном свете, а на ветвях аппетитно покачивались рыбьи скелетики, словно приглашая угоститься.

Вокруг не было ни души. Я огляделся, но ничего подозрительного не заметил. Тишина. Двери в окрестных домах были заперты, окна плотно закрыты. И я решился. Эх, заберусь сейчас на чудо-дерево и попирую!..

Я стал карабкаться, ухватившись за ствол, и сразу почувствовал животом и лапами что-то мокрое и клейкое. Странный какой-то ствол... Чем выше я взбирался, тем труднее было лезть. В какой-то момент я понял, что не могу пошевельнуться. Клейкая жидкость затвердела и крепко держала меня. Я попросту приклеился к стволу. Кто-то специально повесил на дерево рыбьи скелеты, а кору обмазал клеем — и ловушка сработала.

Ну и влип же я! Меня провели как младенца! Теперь я пленник коварного дерева. Могу разве что хвостом махать, но какой в этом толк? Плохи мои дела. Наверняка с минуты на минуту придут люди, чтобы прикончить меня.

— Ко! Ко! Ко! Ко-ко-ко! — услышал я насмешливое кудахтанье.

Какая-то курица меня разглядывала, и, кажется, это зрелище доставляло ей удовольствие.

— Что с тобой? — спросила она.

— Я приклеился. Не видишь разве?

Курица вновь разразилась смехом.

— Ко-ко-ко! Как смешно ты висишь там! Ко-ко-ко! А тебе идёт быть приклеенным!

Ух, я бы ей ответил!.. Но сейчас я сдержался — она была мне нужна.

— Милая курочка, — принялся я перед ней заискивать, — помоги мне отклеиться!

Мог ли я вообразить, что опущусь до такого — просить о чём-то курицу!

— Что, плохи твои дела, красавчик? — услышал я в ответ.

Как видишь. Помоги мне, пожалуйста! Или позови кого-нибудь на помощь. Я знаю, у тебя доброе сердце...

Курица ничего на это не сказала, повернулась и удалилась.

Наверно, пошла за подмогой, подумал я, стараясь не падать духом. Я торчал посреди пустой улицы, крепко- накрепко приклеенный к дереву.

Минут через пятнадцать курица появилась снова. На этот раз её сопровождали толстая утка и белоснежная гусыня. Может, если они втроём станут меня тянуть, я отклеюсь?

— Ты привела подмогу? — уточнил я.

— Подмогу? — удивилась курица.

— Разве ты не за этим ходила?

— Вот ещё! Я просто позвала своих подружек — утку Пепу и гусыню Хариклею.

— Зачем?

— Пускай и они позабавятся.

Курица повернулась к подругам.

— Девочки, позвольте вас познакомить с моим обожателем. Он просто шагу не может без меня ступить! — и она показала на меня. — Правда, он красавчик?

— Хря-хря-хря-хря! Хря-хря-хря-хря! — загоготала утка Пепа.

— Как это ты здорово подметила, дорогая Клокло! — подхватила гусыня Хариклея. — Шагу не может ступить! Го-го-го-го!

— Это такой особенный Клейкий Кот! — продолжала острить Клокло. — Ка-ка-ка!

— Хря-хря-хря!

— Го-го-го!

И три вздорные птицы снова покатились со смеху.

Утка Пепа прямо тряслась от хохота, повалившись на землю.

— Ну ты даёшь! — голосила она. — Я давно уже так не смеялась!

Они радовались, глядя на мои мучения. Мне грозила гибель — а им было весело!

— Убирайтесь отсюда, глупые птицы! Скройтесь с глаз, тупоголовые наседки! — потерял я терпение.

— Девочки, вы слышали? Он назвал нас тупоголовыми наседками!

— Не стоило ему этого говорить!

— Да уж, не стоило!

— Давайте его накажем, чтоб неповадно было! — предложила курица.

— Да-да, — оживились её подруги. — Накажем! Но как, дорогуша Клокло?

— Будем щипать его за хвост!

— Хорошая идея!

— Да, и потом всем расскажем, как щипали за хвост кота...

Они подошли поближе и, подпрыгивая и маша крыльями, силились до меня дотянуться. При этом они не переставали хихикать. Каждая ухитрилась разок меня ущипнуть.

— А давайте ощиплем ему хвост!

— Только попробуйте, вы за это поплатитесь! — попытался я их напугать.

— Поплатились, если бы ты не висел приклеенный, — поставила меня на место утка.

— А сейчас мы тебе его ощиплем даром! — осклабилась гусыня.

Но тут Клокло спохватилась.