Джеймс Бонд - отдыхает! - Елена Артамонова

Закончив очередную прогулку, Дмитрий направился к себе в номер. Но, едва переступив порог комнаты, он ощутил смутную тревогу — чутье подсказывало ему, что здесь успел побывать кто-то посторонний. Небрежно задвинутые ящики тумбочки и неплотно прикрытая дверь шкафа сразу насторожили «фотографа» — он прекрасно понимал, что следившая за чистотой на этажах уборщица никогда бы не стала обшаривать мебель, а, следовательно, это сделал кто-то другой. Но кто? Блондин направился к стенному шкафу, распахнул его настежь.

— Так и есть, — пробормотал он, заметив осыпавшийся с чьих-то подошв песок и сверкающую заколку в углу возле чемодана. — Шпионят.

У Дмитрия была отличная зрительная память, и он прекрасно помнил, в чьих волосах переливалась яркая безделушка. Все это напоминало самый настоящий заговор, участником которого являлись не в меру шустрые малолетки. Стоя посреди гостиничного номера, постоялец вспоминал события недавнего прошлого, анализируя их и связывая воедино. Мальчишка, которого он называл своим ассистентом, явно что-то заподозрил, увидев, как он фотографирует воинскую часть, его приятельница Маша нагрянула в номер с обыском, и это не могло не вызывать тревогу. Кто знал, что собирались делать эти настырные детишки в дальнейшем, куда настучать и кому сообщить о своих подозрениях? Впрочем, особого повода для беспокойства у Дмитрия не было — он прекрасно понимал, что никто не отнесется в серьез к детскому лепету, однако столь неуемное любопытство к его персоне настораживало.

Еще раз окинув взглядом номер, «фотограф» вновь отправился в поселок, решив на месте оценить ситуацию. Наградив дремавшую у телевизора тетю Клаву очередным комплементом, элегантный блондин неспешно вышел из гостиницы. Внезапно его внимание привлекли две остановившиеся как раз напротив ворот воинской части женщины.

— Жив, жив голубчик! — поставив на асфальт тяжелые сумки с продуктами, рассказывала одна из них, энергично жестикулируя руками. — Уцелел!

— Вот чудо-то! — откликнулась вторая. — А я так жалела беднягу, ведь мальчик еще, ему бы жить да жить.

Речь шла, конечно же, о чудесным образом уцелевшем солдате. Слухи распространялись по поселку со скоростью степного пожара, и стоило только Сениной маме поведать о случившемся соседке, как вскоре об этом событии судачили по всему кварталу. Услышавший обрывки разговора двух женщин Дмитрий сразу заподозрил неладное, и моментально включился в их беседу, желая узнать подробности. Худшие опасения блондина оправдались: его жертва уцелела и теперь находилась в военном госпитале, куда не возможно было проникнуть без специальной длительной подготовки. Мало того, парень прибывал в сознании и возможно сейчас, в эти самые минуты рассказывал следователю о пытавшемся его завербовать «фотографе». Однако на лице Дмитрия не дрогнул ни один мускул. Так же непринужденно, как и начал, он оборвал беседу с местными жителями и беззаботной походкой гуляющего человека, направился к железной лестнице.

Со стороны казалось, что заезжий фотохудожник отправился на очередную прогулку по окрестностям, однако на самом деле Дмитрий намеревался навсегда покинуть эти места. В гостиницу он возвращаться не стал — находившиеся там вещи не имели никакой цены, а собранная им информация находилась на флэш-накопителе, который он постоянно носил в своем кармане.

Спустившись к морю, и убедившись, что за ним никто не наблюдает, блондин прибавил шаг, торопливо вышагивая вдоль берега. Маска была сброшена, и теперь он почти бежал, стремясь поскорее скрыться в густом лесу. Взгляд скользнул по утопавшему в зелени зданию пансионата — на лоджии виднелись две крошечные фигурки девочки и мальчика. Эти двое слишком много знали про Дмитрия, но поделать с этим он ничего не мог, ведь для организации «несчастного случая» требовалось время, которого у беглеца катастрофически не хватало. Впрочем, теперь, когда информация была собрана, это уже не имело особого значения. На данный момент перед «фотографом» стояла иная задача — он должен был бесследно исчезнуть, сгинуть, растаять, как предрассветный туман на солнце, оставив в дураках спецслужбы.

Лес встретил беглеца несмолкаемым шорохом ветвей и терпким ароматом хвои. Дмитрий отлично ориентировался на местности, а потому уверенно пробирался сквозь заросли, туда где находилось все необходимое для выполнения его опасного задания. Номер в гостинице был только прикрытием, а для того чтобы понять, чем занимался этот человек на самом деле, юным сыщикам следовало бы заглянуть в тайник, о существовании которого они даже не догадывались.

Едва различимая тропинка шла в гору. Блондин даже не замедлил шаг, продолжая уверенно пробираться к своей цели. Где-то вдали слышалось кваканье лягушек… Обойдя ежевичные заросли, он начал стремительно разбирать нагромождение камней за которым обнаружился лаз в одну из многочисленных пещер, изрезавших гору. Проникнув сквозь узкое отверстие, он распрямился во весь рост, оказавшись в высокой, но небольшой по площади пещерке.

Вспыхнула работавшая на батарейках лампа. Дмитрий быстро, но несуетливо извлек из дальнего угла грязный, разрисованный фломастерами рюкзак, вытряхнул на камни его содержимое: потертые джинсы, давно не встречавшуюся со стиральной машиной рубашку, стоптанные кроссовки и прожженную угольками костров ветровку. Там же находился темноволосый парик, контактные линзы, накладная бородка и паспорт на имя Николая Петровича Токарева.

Перевоплощению находившегося в пещере человека мог позавидовать любой актер. Не прошло и пяти минут, как элегантный блондин в модном костюме превратился в небрежно одетого кареглазого путешественника с длинными, собранными в «хвост» волосами. Шпиону оставалось только наклеить усы и бородку, как вдруг он услышал чьи-то шаги. Дмитрий резко обернулся…