Толстый - повелитель огня - Мария Некрасова

Тонкий остервенело работал веником, поднимая пыль и копоть. Обидно было за всех: за себя, бабушку, Толстого, за Витька, тетю Лену, Леньку и за Валерия Палыча. Поджог – нешуточное дело, это тебе не мух на повидло вылавливать. Сосед, конечно, старенький и, конечно, псих, но… Не понимает, что ли, что за такой поступок придется отвечать?! Не как за повидло, а по-настоящему!

– Молодые люди!

В горелом дверном проеме возник Валерий Палыч. Легок на помине! Тонкий так и замер с веником, разглядывая худощавую фигуру в дверях.

Ой, зря вы, Валерий Палыч, сюда пришли, зря! Витек нынче в расстроенных чувствах. Очень расстроен сегодня наш Витек: ему по чьей-то вине теперь с арендодателем разбираться и делать недешевый ремонт. Тетя Лена, конечно, тоже не рада случившемуся, но женщины дерутся не так больно.

А на Витька было страшно смотреть. Он только что оторвал от стены обгоревшую доску и, увидев гостя, от души переломил ее пополам, глядя в глаза Валерию Палычу. Тонкий бы на месте старика не усомнился: с ним хотят поступить, как с этой несчастной доской.

– Слушаем, – процедил Витек, переламывая вторую доску.

Обломки он швырнул на пол и брезгливо пнул их в сторону Леньки.

Валерий Палыч проигнорировал нехороший намек, встал, вольготно опершись о бывший дверной косяк. Испачкался, отдернул руку и выдал:

– Не знаю, что у вас вчера произошло, но я тут ни при чем.

– Правда? – наивно спросил Ленька.

– Правда, молодой человек.

– Тогда с чего вы взяли, что на вас кто-то думает? – резонно заметил Тонкий.

– С того! – грубо ответил старик. – Я вчера имел неосторожность появиться у вас в лавке с канистрой!

– А сегодня эту канистру нашли в пепелище, – закончил Витек. – Уйди от греха, сосед, а?

Сосед на всякий случай сделал шаг назад. Споткнулся на ступеньке, еле удержался за горелый дверной косяк и вошел обратно на склад. При этом он старательно сохранял невозмутимость.

– Не знаю, что у вас там нашли, но я оставлял канистру для этого молодого человека, – он показал на Леньку.

Неприлично показал – пальцем. Леньку это возмутило:

– Ты, дед, что болтаешь?! Не брал я у тебя никакой канистры! И в деревне-то не было меня!

– Не было, – кротко согласился Валерий Палыч. – А я был. Поэтому не смог отдать вам канистру лично в руки и оставил ее около складского помещения…

– На кой мне твоя канистра?! – не мог понять Ленька. – Ты что, дед?

Витек уселся на закопченный пол, не боясь испачкаться, и нехорошо сказал:

– Ленька – мой друг.

Валерий Палыч картинно пожал плечами:

– А что, бензин вашему другу без надобности?

– Какой бензин?! – не выдержала тетя Лена. – К чему вы клоните, Валерий Палыч?

– Я никуда не клоню, – замотал головой старик. – Говорю же: я принес бензин для этого молодого человека, и поскольку его на месте не оказалось…

– Я не просил у вас никакого бензина! – рявкнул Ленька. – С чего вы вообще взяли, что он мне нужен?!

– Ну вы же ездите на грузовике! – резонно заметил Валерий Палыч.

С такой убийственной логикой спорить было тяжеловато. Ленька обхватил голову руками и тоже опустился на грязный пол. Витек сдержанно кивнул:

– Сань, проводи гостя… А то это сделаю я!

На месте старика Тонкий не стал бы спорить. Обычно улыбчивый и не унывающий, Витек был мрачнее тучи. Сашке не хотелось в этот момент испытывать его терпение. Попробовать себя в роли вышибалы Тонкий, конечно, тоже не мечтал, но лучше и правда выгнать Палыча самому.

Он поставил веник, культурно отряхнулся, подошел и взял старика под локоток:

– Пойдемте, Валерий Палыч.

– Да подождите вы! – Старик капризно отпихнул Сашкину руку. – Да, я виноват! Я совершил подлый поступок, и мне совестно…

– Витя, сиди! – тетя Лена не дала ему договорить.

Видя, что ее сын уже нацелился встать и по-свойски расправиться с поджигателем, она подбежала к нему, раскидывая встречные доски, и повисла на руке.

Поняв, что сейчас его будут бить, Валерий Палыч обрел удивительно звонкий голос.

– Дайте договорить! – рявкнул он.

Его неожиданно послушались. Во всяком случае, Витек сел.

– Так вот, молодые люди. – Сосед откашлялся и дальше говорил уже своим нормальным голосом: – Позавчера ночью, будучи не в силах заснуть, я ворочался и думал…

– Короче!

– Не перебивайте. Я с ужасом представлял, как в шесть утра, когда мне, скорее всего, удастся сомкнуть глаза, кто-то заведет свой проклятый грузовик под самыми моими окнами. – Он посмотрел на Леньку и на всякий случай добавил: – Вы знаете, кто это.

– И? – торопил Витек.

– Пожалуйста, без «И», – не смутился Валерий Палыч. – Я откопал в сарайчике шланг, прогулялся до вашего участка и позволил себе лишить эту адскую машину топлива, дабы спокойно поспать часок-другой.

Ленька задумчиво слушал, с сомнением поглядывая в окошко на грузовик во дворе.

– Видимо, я оказался недостаточно терпелив, чтобы слить весь бензин, – поспешно добавил Валерий Палыч. – Потому что в шесть утра, когда я видел свой первый сон, машина все-таки завелась и уехала.

– Уехала, – нехорошо проговорил Ленька.

– А в пять вечера, – продолжил старик, – я уже возвращался с работы. Была прекрасная погода, мне позвонили с радиостанции… Знаете, на радио бывают преинтереснейшие викторины…

– Короче!

– Словом, мне стало совестно, что я лишил человека дорогостоящего бензина.

– Купил бензин, залил в канистру и принес, – закончил за соседа Витек. – И я этому должен верить?

– Дело хозяйское, – покорно ответил Валерий Палыч. – Я рассказал, как было. К сожалению, вчера вечером я не смог дождаться этого молодого человека, чтобы отдать бензин ему лично. Мне нужно было ехать в Москву, на радиостанцию…

– Где вы подрабатываете ночным диджеем, – ехидно прокомментировал Витек.

– Не смейте хамить, молодой человек! Я рассказал вам все, как было, а вы можете верить или нет. Не смею больше задерживать. – Он развернулся и сам ушел.

Бабушка, Ленька, Витек и тетя Лена, повисшая у него на руке, с полминуты смотрели в опустевший дверной проем.

А Тонкий думал, что сочинить такое хитрое объяснение бесхитростному чудаковатому Палычу, должно быть, не под силу. Он бы сказал, что канистру у него украли или что-то вроде того. Хотя с другой стороны: в то, что среди ночи Валерию Палычу стукнуло в голову слить из бака бензин, Тонкий поверил бы, очень даже.

А вот в то, что старик усовестился и приволок Леньке бензин в канистре, – уже нет! Сосед всегда считает себя правым и ничуть не стесняется своих выходок. К примеру, палить из пневматички средь бела дня – этого ему было не стыдно. Он даже не побоялся заявить Сашке на днях: «Готовьтесь к войне!» И после этого Палыч утверждает, что его загрызла совесть из-за слитого бензина?!