Заводное сердце. Девочка из ниоткуда - Ася Плошкина

Оказавшись в кабинете, Полозов бесцеремонно швырнул Варю в кресло для посетителей, а Захара затолкал в архив – крошечную кладовку без окон, где хранились старые журналы и ведомости.

– Посидишь здесь, пока не приедут городовые! – Он запер дверь на ключ, оставив мальчишку одного в темноте.

– Гордей Иванович, прошу вас, отпустите Захара… – Варя привстала с кресла.

– Сидеть! – взвизгнул инспектор. – И не смейте указывать мне, что делать! Константин Андреевич, вы уже телеграфировали в городовую службу?

– Д-да, господин инспектор, – на пороге возник секретарь. – Пару минут назад.

– Доложите, как приедут. А пока – никого не впускать! – Полозов рывком захлопнул двери и лязгнул щеколдой. Потом он пригладил разметавшиеся по лбу жидкие пряди и направился к Варе: – Варвара.

Чударина, – отчеканил инспектор. – И откуда же вы к нам пожаловали?

– Но вам ведь известно, – опешила Варя, – что я приехала…

– Не лгите, – Полозов предупреждающе покачал головой. – Я наблюдал за вами, и вы – не та, за кого себя выдаете.

– Я… – Девушка задрожала. – Я не понимаю, о чем вы говорите.

Инспектор остановился напротив Вари и вперил в нее долгий пристальный взгляд. Все в этой девице казалось ему странно знакомым. Лицо, повадки и даже имя – Полозов не мог отделаться от мучительного ощущения дежавю. Потом обнаружились необычные способности к механике, и вот сегодня – это возмутительное бунтарство. Мозаика почти сложилась, и не хватало последнего, самого главного кусочка. Ответ на поверхности, нужно только вытянуть его из своей памяти.

Полозов прикрыл глаза и потер веки. Мысли перенесли его в пасмурный зимний день. В Дворцовом парке – толпа зевак и репортеров, повсюду флажки и гирлянды. Воздушная станция – ее построили специально к этому дню – полна народу. Девочка в шубке и муфте, с рассыпанными по плечам светлыми волосами протягивает отцу красивую фарфоровую куклу.

– Возьми, папа. Пусть побудет с тобой.

– Поля, ты оставляешь мне свою любимицу? – Мужчина опускается перед дочерью на одно колено. – Ты уверена?

– Да, папа. Варенька сказала мне по секрету, что очень боится летать. Я не хочу, чтобы ей было страшно.

– Раз так, я обязательно о ней позабочусь, – мужчина старается выглядеть серьезным, но уголки его губ приподнимаются в доброй улыбке. – Мы будем ждать, когда ты вернешься. – Он бережно берет в руки куклу. Она очень похожа на свою хозяйку, только глаза у нее насыщенно-лилового цвета, а волосы почти серебряные.

– Все-таки жалко, что ты не летишь с нами, – вздыхает девочка.

– Так надо, Полюшка. Я должен остаться и руководить полетом отсюда. Со мной остается Гордей Иванович, он будет мне помогать, – мужчина оборачивается и подмигивает. – В следующий раз мы обязательно полетим все вместе. А сейчас беги – мама тебя заждалась. «Аргест» вот-вот взлетит! – Князь Кручинин прижимает дочку к себе и еще что-то шепчет ей на прощание. Воспоминание тает, и Полозов вновь оказывается в своем кабинете.

– Чудесный дар… – По желтому лицу инспектора, словно трещина, поползла зловещая усмешка. – Вот оно что…

Варя сжалась в комок, потому что в тусклых маленьких глазках Полозова засветилась совершенно неуместная радость.

– Признаться, я удивлен. Очень, очень удивлен, что моему полубезумному другу Елисею Кручинину и впрямь это удалось. Создать живую тварь. Скажу честно, милая Варенька, я полагал, что алхимики могут сотворить разве что уродца-гомункула, который проживет пару дней и умрет в страшных корчах. Но тут появляетесь вы… Расскажите мне, будьте добры, как же вашему папеньке это удалось? И как вы себя ощущаете, зная, что вас сотворили неизвестно из чего во время каких-то жутких ритуалов?