Формула добра - Михаил Самарский

Первым из детей меня заметил мальчуган Борька. Увидев меня, он, ни секунды не раздумывая, бросился ко мне с распростёртыми объятиями. Так поступают обычно дети, в семьях которых живут домашние животные, и в первую очередь собаки.

– Собаська! Собаська! – радостно закричал Борька и, подбежав ко мне, почему-то решил сразу оседлать меня.

Вот так номер! Тут сто раз подумаешь, кто у него в семье живёт – собака или пони. Борькина попытка превратиться в лихого всадника не удалась, но он нисколько этим не огорчился. Мальчишка обошёл вокруг меня и обнял мою голову.

– Боря, осторожно! – предупредил Валерий Анатольевич. – Не сделай ему больно.

– Дедушка Валела, а как её зовут? – спросил Борька.

– Триша, – ответил старик.

– Тлиша? Плавда? – переспросил мальчик.

– Плавда-плавда, – рассмеялся старик.

Через минуту меня окружила ватага ребятишек, и каждый норовил ко мне прикоснуться. Одна девочка стояла в стороне и наблюдала за происходящим.

– Ну а ты что, Кристинка, не знакомишься с Тришкой? – обратился к ней Валерий Анатольевич.

– Я боюсь, – нахмурила брови девочка. – Она меня укусит.

– Нет-нет, Кристина, – замахал руками Валерий Анатольевич, – не бойся, деточка, это специальная детская собака. Она учёная и любит детей.

– Мне мама сказала, что все собаки злые и кусачие, – стояла на своём девочка, – и что подходить к собакам нельзя.

Старик оторопел. Видимо, не сразу нашёлся, что ответить девочке. Он откашлялся в кулак и подошёл к ней.

– Всё верно говорит твоя мама. Нельзя подходить к чужим собакам. А это наша, своя. Знаешь, как его зовут?

– Как? – спросила девочка.

– Тришка. Видишь, у него даже имя специальное. Не бойся, дорогая.

Никакие заверения и обещания девочку так и не убедили. Впервые она меня погладила только спустя несколько дней.

Вечером старик инструктировал меня:

– Ты знаешь, Трисон, хоть теперь ты и легализовался, всё равно веди себя очень аккуратно. К детям сам не лезь, не подходи. Сиди тут на порожке спокойно. Понял? Пойми правильно, ты же всё-таки зверь.

Ещё один зоолог. Вспомнил я Елизавету Максимовну, Сашкину бабушку. Но тут я согласился с хозяином.

– Ав! – Отвечаю.

Старик прав на все сто. Если сам подходишь к ребёнку, можешь напугать его. Потом докажи, что ты с добрыми намерениями решил подойти. Малышу может показаться, что собака на него хочет напасть. Да что там малыш. Иногда и взрослые пугаются. Представьте себе, к вам приближается чужая собака. Что у неё на уме? Конечно, у нас есть особые знаки, жесты, можно, подходя к человеку, вилять хвостом, делать глупую морду, прижать уши. Но вы же знаете, у страха глаза велики. Человек, испугавшись, не на хвост смотрит, не на уши, а на собачью пасть. А если сильно перепугался, то ему покажется, что пёс и зубы оскалил. Поэтому первое время я никогда сам в этих вопросах инициативы не проявлял.

А через месяц меня знали уже все ребята. Таскали мне конфеты, печенюшки, а Борька даже умудрялся из столовой в кармане приволочь котлетку. Я первый раз даже растерялся. Подходит ко мне и прячет руку в штанах.

– Пойдём, Тлиса, – загадочно так говорит, – я тебе сто-то показу.

Мы зашли с ним за угол сторожки, он вынул из кармана угощение и сунул мне в рот. Гостинец, конечно, славный, ничего не скажешь. Одно мне не понравилось: этот карапуз вытер об меня руки. Ну что ты с ним поделаешь. Ладно, я и не обиделся. Но пришлось потрудиться, чтобы привести свои одежды в порядок.

Мне очень понравилось наблюдать, как дети готовятся к какому-то утреннику. Взялись за руки и принялись водить хоровод. И песня у них весёлая. Но навеяла на меня кое-какие мысли. Сами послушайте.

– Цып-цып-цып, мои цыплятки, – поют дети, – цып-цып-цып, мои касатки…

Обычная детская песенка. Весёлая, задорная. Но почему-то мне вспомнился ларёк с нанизанными на шампуры цыплятами. Согласитесь, странно всё это. Вроде одно и то же. И там цыплята, и здесь. Но там их обжаренных и хрустящих вот-вот съедят, а здесь их касатиками называют. Да чего там ларёк с цыплятами-гриль! Я ведь и сам едва в мангал не попал. Как интересно устроена жизнь. Сегодня ты ходишь, зёрнышки поклёвываешь, а завтра тебя самого склюют и глазом не моргнут.

Признаюсь честно, мне здесь очень понравилось. Хотя совесть мучила – ведь где-то живёт слепой человек и мечтает о поводыре. А я здесь хоть и работаю, но если честно сказать, больше развлекаюсь.