Звёздный - Кэтрин Ласки

– Заткнись! – прорычал Хип, но его злобный крик потонул в оглушающем гвалте тупиков. Десятки птиц взлетели в воздух, издавая душераздирающие вопли – сигналы тревоги.

Свистун и Банджа подбежали к краю моста и посмотрели на огромное скопление тупиков у его подножия. Некоторые беспокойно бегали по льдинам у основания моста, другие кружили в воздухе.

– Что же они так раскричались, Люпус их побери?! – воскликнул Свистун и завыл. Его вой отчетливо перекрыл какофонию тупиков. К ним прилетела и села рядом Глупышка. К тому времени подбежали и осталтные волки, включая Мхайри и Дэрли.

– Это… это… как его… как бы сказать… – беспокойно повторяла Глупышка, размахивая во все стороны своим смешным оранжевым клювом.

Толку от ее объяснений было никакого. Она просто добавляла шума и в без того оглушающий гвалт. Вдруг раздался скорбный вой.

– Он исчез! – рыдала Кайла.

– Да, это я и хотела сказать. Он… исчез. Его схватили!

– Кто исчез? Кто схватил? – спросил Свистун.

– Аббан! – закричала Кайла. – Его нигде нет! Аббан, где ты? Аббан!

Свистун насупился и посмотрел на Глупышку.

– Послушай, Глупышка. Успокойся. Успокой свой желудок или что там у вас, тупиков, вместо него. Соберись с мыслями! Что случилось? Что ты видела? Не торопись, говори шаг за шагом.

– Шаг за шагом? Но мы не очень хорошо ходим. Мы лучше летаем, а плаваем и вовсе превосходно! Но шагать?…

«Ах, Люпус тебя забери! Как же все буквально понимают эти бестолковые птицы!» – подумал Свистун, чувствуя, что сходит с ума. Он не хотел злиться. В конце концов, эти птицы делились с ними едой. Но нужно же как-то привести Глупышку в чувства, вернуть ей способность здраво мыслить, если она вообще на это способна. Ведь украли щенка, и медлить они сейчас не могли.

На негнущихся ногах Свистун подошел вплотную к птице и принял одну из самых агрессивных волчьих поз, подняв хвост и навострив уши, будто готов был наброситься на существо, во много раз его меньше по размеру. При этом он развел губы, обнажил внушающие страх клыки и издал рычанье, словно доносившееся из Сумрачного мира.

Глупышка съежилась и несколько раз нервно вздохнула. Она так сильно зажмурилась, что ее смешные глазки превратились в маленькие черные черточки на белых блюдцах по бокам от носа.

– Ну ладно. Вы готовы слушать? – спросила она, открыла глаза и внимательно посмотрела на Свистуна.

«Конечно готов!» – захотелось закричать Свистуну, но он подавил в себе это желание. – А теперь начинай с самого начала.

– С самого начала? Ну то есть не с середины и не с конца, так ведь?

«Великий Люпус!» – подумал Свистун. Ему захотелось и вправду наброситься на бестолковую птицу и оторвать ей голову. Но он просто кивнул.

– Ну так вот. Аббан спустился к воде, и мы принесли ему рыбы. Он просто стоял и ел. Ну, знаете, как обычно едят рыбу. Наклонился…

– Продолжай. Что произошло потом?

– Вдруг, совсем неожиданно, из-за колонны появились два волка и схватили его. Ну, то есть, один волк схватил. Огромный.

– А один из волков был с желтым мехом?

– Да, но не тот, который огромный.

Кайла испустила вопль отчаяния.

– Я знала, что Хип догонит нас! Знала!

Она упала на лед и зарыдала. Банджа подошла утешить ее.

– Как эти волки подобрались незаметно, и почему мы их не видели? – спросила Мхайри. – Просто не понимаю.

– И я не понимаю, – сказал Свистун, поворачиваясь к Глупышке в ожидании объяснений.

– Э… пробрались по ледяным языкам? – сказала Глупышка, щелкнув клювом.

– Ледяным языкам? Никаких ледяных языков поблизости не было. Мы проверяли ночью.

– При такой погоде они быстро образуются, словно ниоткуда. Один из них мог отколоться от основания моста, и течение прибило его сюда.

– Но как?

– Да просто! – воскликнула Глупышка. – Ледяной язык – это узкая и длинная льдина. Течение подносит его сюда, и он спаривается с мостом.

– Спаривается?

– Ну да. Соединяется с ледяным мостом. Не просто касается в одном месте, а словно сращивается. Иногда с мостом соединяются и несколько отдельных языков. Все зависит от течения и водоворотов.

– Итак, – подвел итог Свистун. – Если я понимаю правильно, от основания одной из колонн оторвался ледяной язык. Он проплыл и присоединился к мосту. Если на нем был Хип, то он мог незаметно подкрасться к волчонку и схватить его.

– Точно! – кивнула Глупышка. – Так и было.

Она принялась царапать клювом по льду, и от этих скрежещущих звуков Свистун поморщился. Но потом он пригляделся и увидел, что она что-то рисует.

– Вот это мост. Мы здесь, – она отметила их местонахождение крестиком. – Ледяной язык оторвался от основания колонны, развернулся и подплыл сюда. Она нарисовала еще один крестик.

Волки взирали на Глупышку в изумлении. Казалось, она неожиданно поумнела прямо на их глазах. Будто кто-то взял и вложил совсем другие мозги в ее потешную головку.

– На что уставились? – спросила она.

– На тебя! – ответила Дэрли. – Ну, то есть не обижайся, но ты говоришь так… так… по-умному.

– Ах, да не обижаюсь я, – снисходительно ответила Глупышка. – Когда я начинаю объяснять, у меня еще и не такое выходит. Такие вот мы, тупики. Сначала у нас не очень-то и выходит. Но когда раскачаемся, тогда нас не остановишь!