Лабиринт теней - Улисс Мур

В Комнате Равновесия началось какое-то движение.

Люди с позолоченной кожей быстро разбежались, и в Ассамблее внезапно наступила напряжённая тишина. Стараясь не дышать, представители различных воображаемых мест старались неслышно рассесться по своим местам.

Кверти встал за кафедрой и торжественно объявил:

— Собрание открыто!

И ударил в колокольчик:

— Поприветствуем нашего председателя!

Последовали сдержанные аплодисменты немногих присутствующих.

Анита посмотрела в золотистый коридор, где ещё несколько минут назад видела Зефира, но великана там не оказалось.

Джейсон сложил письмо, которое только что прочитал.

— Нужно уходить отсюда, — сказал он, с тревогой оглядываясь.

На лице Аниты сохранялось бесстрастное выражение.

— Ты позволил себе прочитать письмо, которое адресовано не тебе.

— Ну и что?

— Ты совершил непозволительное.

— Не в данном случае.

— Нет, это совершенно недопустимо. И это означает, что тебе нельзя доверять.

— Ради бога, Анита! Ты же видела, кто написал письмо! Пенелопа!

— А ты видел, кому оно адресовано? Её мужу. Это частная переписка, и ты нарушил его право на частную жизнь.

— Ну и что? Мы уже идём по следам Создателей дверей. — Он помахал письмом перед сердитой Анитой. — Ты знаешь, что здесь написано?

— Нет. И ты тоже не должен знать этого.

Джейсон опустился на сиденье. Он так удивился письму Пенелопы, что почти не замечал происходящего вокруг.

Между тем какой-то очень пожилой человек в длинной мантии, волочившейся по полу, и с каким-то сложным сверкающим сооружением на голове медленно, еле передвигая ноги, направился к кафедре. Весь облик его выдавал глубочайшую старость и беспомощность, и когда он наконец добрёл до кафедры и поднял голову, чтобы приветствовать собравшихся, его головной убор едва не свалился.

Брюзжащий, ворчливый и хриплый голос его звучал скучно, как жужжание мухи:

— Дорогие друзья! Добро пожаловать в Лабиринт! — напыщенно произнёс он. — Сюда, где отдыхает память человека. Мы собрались здесь для того, чтобы…

— Ты не должен был читать это письмо, — повторила Анита, не желая сдаваться.

— Нет, должен был, — шёпотом возразил Джейсон.

— А вот и нет!

— Пенелопа, может быть, ещё жива.

— Ну и что?

— Как это — «Ну и что»? Как ты можешь так говорить? Я думала, она умерла, упав со утёса.

— Все так думают. Муж похоронил её в семейной усыпальнице, чёрт возьми!

— Ну, если дело только в этом, так он и себя там похоронил, — невозмутимо возразила Анита.

— Прочти!

— И не подумаю.

— Пенелопа сошла в Лабиринт! — настаивал Джейсон. — Она узнала о существовании этого места и…

— Бла-бла-бла-бла, — достаточно громко затараторила Анита, желая вынудить Джейсона замолчать. Потом зажала себе уши руками и стала молча смотреть перед собой ледяным взглядом.

— …и вот мы с огромным удовлетворением, — продолжал между тем председатель Ассамблеи воображаемых мест, — собрались тут сегодня, чтобы начать эти работы, которые, я надеюсь, смогут предложить нашим городам новые правила общения для…

— Пенелопа прибыла сюда не через Двери времени, — продолжал Джейсон.

— Я уже сказала тебе, что меня это не интересует.

— И ей было страшно. Она боялась, что её обнаружат. Боялась, что никогда не вернётся домой, вот почему и оставила это письмо. Оно лежало здесь десять лет, ожидая, пока его прочтут.

— А ты, напротив, не мог подождать даже нескольких секунд, прежде чем совать нос в чужие дела.