Лед и пламень - Шеннон Хейл

– Вы можете уйти, – сказала одна старуха. – Только это вы и можете сделать. Уходите. Сию же минуту.

Тарик хотел что-то еще добавить, но замялся, потом кивнул и пошел прочь, оставив солнце по левую руку.

– Роллан, Мейлин, Конор, Абеке, Майя, – позвал он детей, как отец созывает своих непослушных отпрысков. – Мы уходим. Прямо сейчас.

Когда толпа рассерженных арду осталась далеко позади, Роллан обрел дар речи.

– Ребята, а вы видели ту собаку? – прошептал он. – Я чуть штаны не обмочил.

– Это он, наверное, про моржа говорит, – сказала Мейлин. – Та девочка-арду связана с моржом.

– А, вот оно что, – усмехнулся Тарик. – Вот ты и увидел моржа, Роллан.

– Так это был морж? – Роллан оглянулся. Морж так и сидел перед арду и смотрел им вслед. Он снова то ли взвыл, то ли залаял. Роллан вздрогнул. – Жуть какая. Думаю, моржи мне не нравятся.

Несколько минут они шли в тишине, но потом Роллану вдруг захотелось поговорить о чем-нибудь другом, кроме моржей.

– А чего они так рассердились на нас? – спросил он. – Я уж думал, они в нас запустят гарпунами – больно они испепеляли нас взглядами.

– Мы освободили Шуко, – сказала Мейлин, – и разрушили дворец, который веками строили их предки.

– Его не мы разрушили, а Шуко, – возразил Роллан.

Мейлин пожала плечами.

– То, что укрепляло их дух, исчезло, и мы тому виной.

Роллан увидел, как в глазах Мейлин будто вспыхнули воспоминания о Цонге. Он придвинулся так близко, что коснулся плечом ее плеча.

– Да, пожалуй, ты права, – сказал он. – Но все-таки неужели им не приходило в голову, какой погром устроит гигантский полярный медведь, если вдруг когда-нибудь выберется из ледяной глыбы? Очевидно ведь, что он бы разнес все вокруг, убивал все, что движется, и ревел.

Прохладный западный ветер переменился, и теперь дул пронизывающий до костей северный.

Абеке быстро отправила Уразу в спячку.

– Я хочу выбраться отсюда и больше никогда в жизни не возвращаться.

– И как же нам раздобыть пропитание на обратный путь? – спросил Конор.

– Боюсь, арду не примут нас с распростертыми объятиями, – сказал Тарик, тоже отправляя Люмио в спячку.

– Из-за того, что во дворце случилось? – спросил Роллан. – А им-то откуда знать? Я не видал тут почтовых пони, почтовых моржей или кто у них тут почту разносит. Зуб даю, они вообще ни сном ни духом, что это мы его разрушили.

– Это не важно, – сказал Тарик, обвязывая себя за пояс веревкой. – Мы пойдем строго на запад, к побережью. – Он протянул веревку Майе. – И ты тоже обвяжи, потом передай Абеке, Мейлин, Роллану и Конору. Роллан и Эссикс вовремя замечают расселины, но я все равно не хочу рисковать.

– Как думаешь, Тарик не просто так поставил меня в хвосте? – шепотом спросил Конор у Роллана, когда все обвязались веревкой и отправились дальше. – Я же вроде ничем его не обидел, верно?

– Из-за запахов, – сказал Роллан.

– Угу, – пробурчал Конор. – От тебя воняет не хуже моего.

– Да нет, я имел в виду, у тебя нюх лучше. Ты со своим эээ… волчьим нюхом почуешь, если за нами кто-то пойдет.

– О… – Конор оглянулся.

– А может, еще и потому что ты воняешь, – добавил Роллан.

Спустя некоторое время (казалось, что они идут уже несколько часов) Роллан разглядел вдали деревню арду – еще одно поселение. За ними следило с десяток жителей. Роллан увидел, что в руках они держат копья и гарпуны.

– Они нас видят? – перекрикивая ветер, спросил Роллан Тарика.

Тарик посмотрел на селение.

– Скорее всего! – крикнул он. – Иначе не держали бы гарпуны.

– А чего они такие враждебные? – спросил Роллан. – Видать, приняли за других.

– Или же мимо пробегал почтовый морж из Ледяного города, – сказала Мейлин.

Один конец веревки Роллана был привязан к Мейлин. Он играючи потянул веревку, и Мейлин чуть не споткнулась. Она охнула от неожиданности и сильно дернула ее на себя.

Роллан полетел вперед и врезался в Мейлин. Она ухватилась за него, чтобы удержаться на ногах, а он вцепился в нее, тоже стараясь не упасть. Пару мгновений они, плотно закутанные в меховые шубы, держали друг друга в объятиях.

– Прости, – сказал Роллан.

Но Мейлин не отпустила его. Он повернул к ней лицо, и их капюшоны соприкоснулись. Ее лицо было совсем близко. Мысли смешались в голове, и словно по наитию ему захотелось сказать какую-нибудь колкость. Но Абеке опередила его.

– Целуйтесь уже, или пойдем дальше, – сказала она, потянув веревку.

Мейлин и Роллан сразу отскочили друг от друга и зашагали вперед.

Но одной рукой Роллан держался за веревку, привязанную к Мейлин.

Спустя час как последняя деревня арду осталась позади, ветер начал крепчать и поднимать такие снежные вихри вокруг путников, что они шли почти вслепую. После того как Мейлин врезалась в Майю и обе девочки чуть не упали друг на друга, Тарик решил разбить лагерь.

Майя

– Удивительно, но мне удобно, – сказала Абеке. Она сидела, прислонившись к своему мешку, а полотнище палатки рядом с ней развевалось от неистового ветра. – Если честно, мне даже тепло. Это странно?

– Не очень, – ответила Майя, протянув руки к небольшому углублению, которое она растопила в полу: там в миске горел тюлений жир. Все шестеро набились в палатку битком. Долгий день утомил путников, и некоторые уже дремали, положив под головы мешки вместо подушек.

– Невероятно, – сказала Абеке, наклонившись поближе к огню. Она говорила тихо, чтобы не мешать друзьям. – Все наши животные необычные, но твои способности – прям волшебство какое-то.

Майя покраснела от смущения.

– Спасибо, но для меня волшебство – это то, что делаешь ты, все вы.

– Призываем наших зверей? Ты тоже это умеешь.

– Нет, я не об этом. Хотя я правда думаю, что то, как ты обращаешься с луком, – волшебство чистой воды. Но я прямо поражаюсь, как вы все это делаете и… не боитесь.

Абеке закрыла глаза.

– Думаю, нам всем страшно.

Майя кивнула.

– Да, пожалуй, оно так. Но думаю, я… – Она сняла с правой руки рукавицу и протянула ее Абеке ладонью вниз и придвинулась ближе, словно беспокоилась, что кто-то проснется и увидит. Ее рука дрожала.

– Замерзнешь, – прошептала Абеке. – Надень рукавицу!