Мисс «Я все могу!» - Вера Иванова

Когда я очнулась, то обнаружила, что лежу на ворохе лоскутков. Рядом лежали белая шляпа и Танюсик. Остальные участники событий были на ногах и отчаянно ругались. У меня кружилась голова, и чувствовала я себя не очень, поэтому вставать не хотелось. Я с сожалением подумала, что стала совсем слабонервной – падаю у обморок при каждом новом повороте событий. И тут Танюсик, словно отвечая моим мыслям, вдруг тихо произнесла:

– Заморочки переходного возраста…

Похоже, она тоже не торопилась вставать. И еще похоже, что спорщики прекрасно обходились без нас, поэтому мы, устроившись поудобнее, решили остаться просто слушателями и зрителями.

А посмотреть было на что. В оживших манекенах, окруживших Рогозину, мы с изумлением узнали троих приятелей: «Гномиком» был Смыш, в костюм йети переоделся Сеня, а в «Пирате» я с замиранием сердца узнала своего Леху.

Оля все еще оставалась Снегурочкой, она сидела на полу и трясла головой. Темик стоял неподалеку и, не участвуя в разборках, поедал ее глазами.

Лида уже вполне пришла в себя и с сокрушенным видом разглядывала камеру – вернее, то, что осталось от нее после падения.

Оказалось, что парни действительно проводили собственное расследование – и теперь стало ясно, почему они оказались на балу и на скалодроме – так же, как и мы, они собирали информацию о Рогозиной и выслеживали ее.

– А какое вам вообще дело до всего этого? – пыталась обороняться Рогозина. – Чего вам от меня надо?

– Ты обидела наших девчонок! – хором воскликнули Сеня, Леха и Миха, и за эти слова мы с Танюсиком тут же простили им все провинности.

Злоумышленница оказалась крепким орешком и с самым наглым видом все отрицала. Но это не смутило «Гномика»-Смыша, который во время самых жарких разборок оставался невозмутимым, как скала, и в конце концов объявил:

– Все материалы этого дела будут переданы в прокуратуру.

– У вас нет доказательств! – взвизгнула Рогозина. – Вам никто не поверит! Никто никогда ничего не узнает! У вас нет свидетелей! Кто вам все подтвердит?

– Я. Я подтвержу, – заявил вдруг Темик и встал рядом с Олей.

– Ты?! – взвилась Рогозина. – И ты посмеешь? После того, что я для тебя сделала?

– А что ты такого для меня сделала? – удивился Темик.

– Я тебя в люди вывела! Человеком сделала! Да знаешь, кем бы ты был без меня?

– Знаю. Нормальным парнем, а не скотиной и тряпкой, – твердо сказал Темик, и мы вдруг подумали – может, он и в самом деле не скотина и не тряпка?

А потом «Йети-1» повернулся к Оле и сказал:

– Оля, извини меня, пожалуйста. Я вел себя по отношению к тебе как… как…

– Снежный человек, – подсказала Танюсик.

– Ну да! – согласился Темик. – Как настоящая горилла. Но это было не специально, а по глупости, поверь. Я просто не догадывался о своих истинных чувствах. И только теперь, когда я увидел тебя в костюме Снегурочки, такую добрую и прекрасную, я понял, что ты для меня значишь. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?

В его голосе было столько мольбы и страдания, что я бы на месте Оли смилостивилась.

Но проследить за развитием драмы не удалось – людям надо было дать поговорить, и мы неохотно поднялись.

Тем более, что нам тоже надо было кое с кем выяснить отношения.

Разборки не получилось. По крайней мере, у нас с Лехой. Увидев, что я встала, он бросился ко мне со словами: