Похититель волшебного дара - Штефани Герстенбергер

Как только завтрак закончился, Сесилия, Винни и Генри принесли дедушке с бабушкой все до единой леденцы-монетки. Винни невольно дрожала от напряжения. Убедит ли она дедушку в её даре? Поверят ли бабушка с дедушкой в неё? Она попыталась успокоиться, вспоминая, как действовали её леденцы на Генри и Сесилию.

Все собрались в зале с высоким потолком, и воцарилась торжественная тишина. Рут и Герберт с серьёзными лицами смотрели на разложенные на столе ровными рядами лакричные леденцы, переливающиеся всеми цветами радуги. Дедушка с бабушкой так спешили попробовать конфеты, которые сделала внучка, что булочки, сок и фруктовые салаты просто отодвинули в сторону.

– Помощь нужна? – спросила Сесилия. – Ведь вам нельзя знать заранее, как подействуют волшебные конфеты.

– Мне кажется, этот способ называется «слепая дегустация», – весело сообщила Мариса и захлопала в ладоши. – Наш самый талантливый друг решит, с каких леденцов начать и как определить свои ощущения. Итак, с чего начнёшь, Хьюго?

Хьюго молча коснулся двух леденцов.

– Мне поможет Нинетт, – сообщил он. – Она прекрасно умеет всё объяснять. То есть… она всё запишет!

Нинетт, сидящая на одной из старых бочек с большим блокнотом в руках, как всегда, молча кивнула.

– А мы проведём окончательную оценку твоих леденцов, – непривычно строго взглянув на Винни, церемонно произнёс дедушка и, опустившись на стул, надвинул на глаза светонепроницаемую повязку.

Бабушка села на соседний стул и тоже завязала себе глаза. Глядя на них, Генри весело рассмеялся.

Винни встревоженно сжала губы. «Разве можно оценить силу чувств, которые испытываешь? – промелькнуло у неё в голове. – Они или есть, или нет. Мои леденцы вызывают какие-то взрывы чувств, которые точно совпадают с описаниями на этикетках. Ничего сложного!»

От волнения и напряжения у Винни забурлило внутри и стало покалывать кончики пальцев. Жаль, что на неё волшебные леденцы не действовали, иначе она уже схватила бы себе монетку из пакетика с этикеткой «Терпение», которые готовила специально для вспыльчивой бабушки.

Тем временем дедушка, сам того не сознавая, болтал без умолку.

Действует! Дедушка поддался волшебству! Положив за щёку лакричный леденец, дедушка с бабушкой задумчиво сняли с глаз повязки – дедушка увлечённо рассказывал о своём детстве, а бабушка, которой Нинетт без церемоний сунула в руку спутанный моток верёвки, слушала его не перебивая, с ангельским терпением задавала вопросы и без малейшего недовольства сматывала верёвку в клубок.

После небольшого перерыва исследования продолжили на леденцах «Честолюбие» с девизом «Я всё могу и всё получу без остатка!» и «Лишь бы никто не заболел» – то есть столкнули амбиции и бесконечную заботу. Дедушка вдруг вскочил и попытался передвинуть тяжеленный котёл – от усилий по его лицу даже потекли струйки пота, – а бабушка, вооружившись листом бумаги и ручкой, принялась расспрашивать Винни, Сесилию и Генри, как сделать их каникулы у моря приятными и интересными.

– Отличная идея, бабуля Рут! – воскликнула Сесилия. – Вот запиши: в нашей комнате нужно повесить шторы и утеплить пол.

– А ещё мы бы хотели взглянуть на корабль «Мэри», – подала голос Винни.

– И навестить голубей в башне-осьминоге! – добавил Генри. – И всем вместе сходить на второй этаж! – выпалил он ещё одну просьбу. – Но в маленький лифт я больше не полезу!

Да уж, только не в лифт! Винни, успокаивая Генри, погладила его по голове. Младшему брату до сих пор иногда снились кошмары, как он заблудился, поехав в крошечном лифте не на тот этаж.

– И ещё было бы круто, если бы еду нам каждый день готовила Мариса! – мечтательно протянула Сесилия, прижав ладонь к животу, и бабушка записала всё до последнего слова.

После ещё двух леденцов дедушка объявил, что ему нужно сделать перерыв, потому что испытывать слишком сильные чувства утомительно.

«Слишком сильные чувства – это хорошо или плохо?» – подумала Винни, а вслух спросила:

– Ты не заболел?

– Нет, всё в порядке. – Дедушка снова серьёзно посмотрел на Винни, но на этот раз в его взгляде было и одобрение. – Сходим домой отдохнуть. А ты, пожалуйста, проследи, чтобы малыш Генри переоделся во что-нибудь поприличнее. Встречаемся здесь через пятнадцать минут со свежими силами!

Пока Сесилия выбирала для Генри одежду, Винни нервно шагала по спальне взад-вперёд, то и дело поглядывая в окно.

– Я больше не могу! – вырвалось у неё. – Зачем им понадобился этот перерыв?! Я хочу наконец услышать от дедушки с бабушкой, что мои леденцы-монетки замечательные и что мне разрешат сделать новые!

– Господи, ну что такого ужасного в коротком перерыве? – пожала плечами Сесилия, помогая Генри застегнуть молнию на штанах. – Они попробовали твои леденцы сразу же после завтрака. И не забывай: они не просто взрослые, а уже пожилые люди. Если ты не оставишь их в покое, то и не услышишь «Конечно, милая Винни, делай свои волшебные монетки сколько пожелаешь!».

– Но бабушка с дедушкой так тянут с ответом! Я уже не могу ждать! Пробуют, записывают, выбирают, пробуют… и опять по кругу… ещё и с закрытыми глазами! Честное слово, я не выдержу!

– Оставь их в покое! Им просто нужно почувствовать, что они всё контролируют – и тебя, и твой ДАР, – объяснила Сесилия, спускаясь по лестнице. – И пока у бабушки с дедушкой не появится это ощущение…

– …они не разрешат тебе делать новые леденцы! – воскликнул Генри, прыгая со ступеньки на ступеньку.

– Ну уж нет! Это было бы слишком! – испугалась Винни.