Блин и неуловимые киллеры - Евгений Некрасов

Каждый, кому случалось нечаянно вмазать в окно из рогатки, знает, что стекло при этом разлетается вдребезги. Бывают, конечно, исключения: если рогатка сильная и заряжена шариком из подшипника или гайкой, тогда будет дыра, но стекло все равно сильно растрескается.

А ТАКИЕ РОВНЫЕ ДЫРОЧКИ ОСТАВЛЯЕТ ТОЛЬКО ПУЛЯ.

Одна дырочка, в наружном стекле рамы, была повыше, чем та, что во внутреннем. Стреляли сверху вниз. Или наоборот – снизу, из подвала на улицу?

Блинков-младший снял со стены ненужного Никите гладиатора без штанов и скатал картинку в тонкую трубку. Сейчас увидим, откуда стреляли (или куда?). Трубку он вставил в пробитые пулей дырочки в стекле. Заглянул, как в прицел…

Метрах в двухстах стоял недостроенный дом с черными провалами окон. В трубку были видны только четыре окна: два на третьем этаже и два на четвертом. Если стреляли оттуда, то пуля попала… Мысленно продолжив ее полет в подвале, Блинков-младший уперся в железный ящик с табличкой «Не влезай, убьет!» и нарисованным черепом.

Дверца ящика была целехонька.

Пуля должна была оставить в ней хотя бы вмятину! А раз не оставила, то в ящик и не стреляли. Пробившая стекло пуля летела не с далекой стройки, а отсюда, из подвала. Хотя нет. Могла и со стройки прилететь, а в ящик не попала, потому что его заслонила другая мишень. К примеру, человек.

Светя фонариком под ноги, Блинков-младший прошел от окна до ящика. Ничего подозрительного: ни крови, ни следов волочения трупа, как пишут в милицейских протоколах. Следы возле ящика, причем во множестве, оставил не труп, а живехонький Никита. На полу валялся конец длинного провода, уходящего в темноту. Не иначе, бомж воровал электричество для торшера и радиолы.

После Никиты у ящика немного потоптался кто-то третий с подошвами не рубчиком и не «елочкой», а просто гладкими. Больше нигде такие следы не встречались. Человек вошел не таясь, через дверь, и так же вышел. Ясно: электрик.

Итак, пули нет ни в ящике, ни в стене рядом с ящиком, ни в чьей-нибудь голове. Значит, стреляли из подвала и на полу надо искать гильзу.

Это была каторжная работа. Есть пистолетики калибром пять целых сорок пять сотых миллиметра. Гильза у них размером с полмизинца. Попробуй не пропусти такую на пыльном, загаженном кошками, замусоренном полу, да еще при свете карманного фонарика! Перед каждым шагом Блинков-младший подолгу светил под ноги, отбрасывая бумажки и кирпичные обломки, под которые могла закатиться гильза. И все равно не был уверен, что не затаптывает улику в мусор.

При выстреле гильза отлетает вправо, и сначала он искал справа от директрисы (это не директорша, как думают некоторые, а направление выстрела). Потом на всякий случай искал слева. Потом, отчаявшись и потеряв брезгливость, просеял меж пальцев пыль и мусор с кошачьими «минами». Наконец сообразил, что гильза ведь отлетает не просто вправо, а еще и вверх, и могла попасть на трубы под потолком. Стал обшаривать трубы и получил по пальцам заржавленной крысоловкой.

Крови не было: попало по ногтям. Блинков-младший одной рукой закончил обыск и вернулся к простреленному пулей окну. Бумажная трубка, свернутая из гладиатора, так и торчала в пулевых отверстиях. Он еще раз посмотрел через нее на недостроенный дом. Оттуда ли прилетела пуля или, наоборот, была выпущена из подвала – в любом случае искать нужно там. Либо гильзу, либо пулю.