Ледяные волки - Эми Кауфман

Все трое молчали, Хейн так и сидел, словно в полузабытьи, с прикрытыми глазами. К Андерсу тоже пришли воспоминания о тех событиях: запах гари, летящие отовсюду искры, чьи-то, может, его собственные, крики ужаса.

Потом Хейн прочистил горло и встал.

– Драконы точно не такие, как мы. Благо других для них ничто. Если не давать им спуску, клянусь своим хвостом, они снова примутся за свое. Они ненасытны и, как мы поняли в день гибели Феликса, жестоки. Поэтому мы защищаем Холбард и весь Воллен и постоянно начеку.

Андерс и Лизабет молча смотрели на Хейна. Он тоже обратил внимание на ребят, и была в его лице какая-то глубоко затаенная грусть, которая не исчезла даже после того, как Хейн весело улыбнулся.

– Тут можно долго рассказывать, вы послушаете об этом на уроках профессора Эннар, – сказал он. – Готовьтесь, когда-то настанет и ваш черед заступить на стражу.

Андерс понял, что Хейн собирается их выпроводить, и ухватился за последнюю возможность спросить.

– А можем ли мы наблюдать за драконами? – спросил мальчик. – Может, есть какой-то артефакт, чтобы их найти?

– Был, – ответил Хейн. – Кубок Фэлкира. Но он давно сломан.

Снова тупик!

– И его никак нельзя починить? – с надеждой спросил Андерс.

– Мы не умеем чинить сломанные артефакты, – ответил Хейн. И обведя жестом вокруг, продолжил: – Доработать или улучшить – это одно дело, но совсем другое, когда из артефакта уходит магическая сила. Все артефакты, которые вы видите здесь, уже сломаны.

Он подошел к двум скульптурам из сплава, изображающим растения. На их металлических листьях были выгравированы руны.

– Вот этот был сделан для того, чтобы в оранжерее поддерживалась необходимая температура и можно было выращивать овощи и фрукты круглый год. Теперь это всего лишь статуи.

Потом он погладил раму огромного, выше него ростом и почти такой же ширины зеркала. На одной стороне были выгравированы два дракона, а на другой – стая волков.

– Это увеличенная версия зеркал для общения, которыми мы пользуемся сейчас. С его помощью мы могли связаться даже с Дракхэлмом, а сейчас оно не годится даже для того, чтобы в него смотреться – черное и немое.

Андерсу никак не хотелось верить, что нужный ему артефакт, кубок Фэлкира, навсегда вышел из строя.

– А вы не можете… – Мальчик пытался найти нужные слова. – Что, если снова вырезать руны на кубке Фэлкира и так попробовать его починить?

– Это слишком опасно, – замотал головой Хейн. – Неправильно отремонтированный артефакт смертельно опасен. Для починки нужны знания драконов, а у нас их нет.

Тут он посмотрел на серьезные лица ребят и, кажется, только сейчас понял, что разговаривает с учениками первого курса.

– Ну ладно, вам уже пора на обед, – распорядился Хейн совсем другим, деловым тоном, словно жалел о том, что так разоткровенничался. – Спасибо, что помогли донести книги.

Он выпроводил их из мастерской, а Андерс никак не мог оправиться от постигшего его разочарования: подойти так близко к желанной цели, узнать название артефакта и тут же обнаружить, что он никогда не сможет им воспользоваться, – вот горе так горе.

Но мальчика все же одолевали сомнения: если волки больше не могут делать новые артефакты или чинить старые, что же тогда делает Хейн в своей мастерской? И почему он сказал, что он разработчик?

Может, там были еще какие-то волшебные штуки, которые они не увидели?

Андерс решил выяснить это во что бы то ни стало.