Полуостров сокровищ - Владимир Сотников

О том, чтобы в такую пору застать дома Петича, не могло быть и речи. Тот как-то похвастал, что отец каждое утро берет его с собой рыбачить на Оку.

- Так уж прямо на Оку? - удивилась Вилька. - Она ведь все-таки не по Москве протекает.

- А мы на "Хонде" - вжик, и там. Порыбачили часик, и обратно - вжик, объяснил Петич.

Что ж, ему можно было верить. Вжик, вжик! Да у его отца техники этой навороченной... Скоро даже вертолет будет.

Но нельзя же было оставлять фирму "Карат" без присмотра! Пусть Ларик ничего особенного и не высмотрит, но хотя бы общее впечатление будет иметь: когда начали работу, когда закончили, почему спешили, кто приезжал... Это и называется наружным наблюдением.

Ларик попытался устроиться, что называется, с наибольшими удобствами. Он вытащил на балкон ватное одеяло, пристроил бинокль. Но обзор с балкона был не тот. То есть обзор-то был просто великолепным. Но такой обширный вид Ларику был сейчас совсем ни к чему. Что толку видеть далекий трактор, выпускающий в небо клубы черного дыма? Никакого толку!

При наружном наблюдении необходим выбор. То есть важно знать, на что обращать внимание. Да и переключать это внимание с предмета на предмет важно не в последнюю очередь.

Таких кроссовок, как у Петича, у Ларика не было. Да у него и вовсе никаких не было. Из старых он вырос, а новые собирались на днях к лету купить. Пришлось шлепать в кедах.

Вообще-то он любил одинокие прогулки. Никто тебе не мешает не всегда умными мыслями, высказывая их над ухом... Конечно, Ларик понимал, что вдвоем, а ещё лучше втроем, быстрей додумаешься до чего-нибудь существенного. Но раз его друзья убежали в неизвестность, приходилось размышлять самому, наслаждаясь красотами природы.

По привычке он пришел к той самой скамейке, на которой они с Вилькой и Петичем разыгрывали спектакль, будто никакие не сыщики, а так, шантрапа местная.

"Интересно, - вдруг подумал Ларик, - а почему московские власти позволили какой-то сомнительной фирме добывать алмазы?"

Он однажды слышал по телевизору, что в Южной Африке организован такой государственный контроль за добычей алмазов, что даже птиц отстреливают, которые мимо приисков пролетают! А что, всякие вороны любят сверкающие предметы. Склюют алмазы - и к себе в гнездо. А потом ищи, где это гнездо, ползай, обдирай коленки...

Ларик проводил взглядом маленького воробышка. Такой, если его алмазом угостят, сам откажется из вежливости. Или от необразованности.

- Пацан! - позвали кого-то совсем рядом.

Ларик не любил смотреть по сторонам, когда кого-то зовут. Ну зовут, и зовут, какое ему дело. Вот если напрямую обращаются, тогда, конечно, надо отзываться.

Потом к его ногам упал камешек. Остап зарычал и оглянулся.

Несомненно, кто-то старался привлечь внимание Ларика.

Но никого подходящего он рядом не видел. И вдруг мимо него медленно прошел незнакомый старик и уронил прямо перед носом Ларика большую картонку. Но как только Ларик хотел сказать ему об этом, старик так задвигал бровями, будто был не в себе.

"Иди за мной и ни о чем не спрашивай", - было написано на картонке то ли углем, то ли каким-то черным камнем.

Все это выглядело так таинственно, что Ларик просто не мог оставаться на месте. Хотя благоразумие подсказывало ему, что в опасной близости от "каратистов" надо держаться настороже...

Подтянув поводок поближе, он пошел за стариком.

Когда они подошли к воротам "Карата", прямо перед мордой Остапа шлепнулся аппетитный кусок мяса.

- Фу, Оська!

Ларик бросился вперед и на всякий случай схватил собаку за ошейник. Но в этом не было необходимости: Остап и так никогда не ел из чужих рук, хотя его никто к этому не приучал. А вот Ларику так близко к чужим лапам подходить не следовало.

Секунда - и он был втянут вместе со скулящим Остапом на территорию фирмы "Карат". Довольно многолюдную, надо сказать, территорию! Снаружи-то никого и ничего нельзя было разглядеть, а, оказавшись внутри, Ларик увидел и Вопроса с Восклицательным, и ещё пару охранников, и машину с затемненными стеклами...

- Этот? - кивнул Восклицательный на Ларика.

Охранники одновременно подтвердили:

- С ним ещё девчонка была и пацан стриженый. Только тех сейчас нету.

- Ну ладно, попробуем для начала с этим поговорить, - сказал Восклицательный. - Время не терпит.

Ларик вертел головой, словно ничего не понимая. Мало ли кого сцапают по ошибке! Он догадывался: заорать сейчас - только доказать, что он знает про деятельность алмазоискателей...

- А что такое, дяденьки? - вежливо поинтересовался он.

Вместо ответа его втолкнули в довольно просторный вагончик, в дальнем углу которого уж сидел на стуле понурый Прыщ.

- Да ничего особенного, мальчик, - в тон Ларику сказал Вопрос. Спросим тебя кое о чем, и пойдешь ты дальше свою собачку прогуливать. Только не бойся.

- А чего мне бояться? - хмыкнул Ларик. - Я нахожусь возле самого дома. И мои родители знают, где я пса выгуливаю. Так что, если вы меня здесь долго держать станете, они меня искать бросятся.

- Умные детки пошли, - ухмыльнулся Восклицательный. - Держать мы его станем! То шляются тут целыми днями, то уж и на минутку нельзя его задержать! Насмотрелся всяких видиков дурацких. Ты мне лучше скажи, зачем вы все путаетесь под ногами, работать не даете?

- Живем мы тут, - заявил Ларик. - Знаете такой анекдот? И гулять здесь давно привыкли. А вы понаехали, задымили все своими тракторами.

- Вся Москва дымит. Не закрывать же её из-за того, что вы здесь живете! - засмеялся коротышка Восклицательный.

- А что вы полезного делаете? - тут же вступил в спор Ларик. - Рыбу травите. - Он кивнул на Прыща, и кивок этот не ускользнул от внимания Вопроса. - Копаете-копаете, а что ищете, непонятно! Сказано же вам: "памятник природы". Значит, надо было и оставить памятником. Таким, какой есть.

- О, понимает, понимает мальчик, - протянул Восклицательный. - А может, мы для тебя стараемся? Чтобы тебе удобно гулять было. По тропиночкам, по тропочкам... А весь хлам, который природа выбросила на поверхность земли, мы аккуратно собираем. - Он кивнул на какую-то бесформенную груду в углу комнаты. - Мы, между прочим, все делаем по закону. У нас даже свой археолог имеется, который следит за порядком. Чтобы мы не украли чего исторически ценного!

Бородач, которого Ларик раньше не заметил, при этих словах довольно заржал. Видимо, это и был археолог.

- С тысяча шестисотого года хлам насобирали, - сказал он. - Грузить некуда. Хоть открывай музей Смутного времени!

Ларик задумался. Оказывается, и археолог у них собственный, прирученный, имеется. Все схвачено, за все заплачено...