Чудаки - Борис Панасович Комар

Через минуту они уже были в классе. Окно за собой закрыли. Окинув взглядом чисто побеленные стены, свежевыкрашенные парты, доску, Микола подошел к Олегу.

— А ну, кыш! — красноречиво махнул рукой.

Олег широко раскрыл глаза.

— Ты же обещал!

— Кыш-кыш, — не дал договорить Микола. — Ишь какой проворный! Тут мы будем сидеть, а ты вон там садись, перед нами.

Олег ухватился за парту обеими руками, уперся коленями, но сразу понял, что ему не под силу справиться с двумя, все равно вытащат. Надул губы, взял свои книги и пересел на соседнюю парту.

Постепенно стали собираться ученики и вскоре заполнили весь двор.

Первого сентября в школу приходили обычно все школьники. Никто не болел, меньшие братики и сестрички дома как-то обходились без их присмотра. И для коров, коз, гусей, уток тоже находились пастухи. Приходили заранее, никто не опаздывал.

Микола и Сашко, притаившись, выглядывая из-за цветочных горшков, наблюдали, что делается во дворе. Их, конечно, тоже тянуло туда, но нельзя, можно потерять хорошее место… Однако от Шинкаренко Оли, этой проныры, не убереглись. Она заглянула в окно и увидела их.

— А я скажу, а я скажу… — покрутила, как синица, своей вертлявой головкой. — Пусть вас выгонят… — Ее черные крохотные глазки так и забегали.

— Я тебе скажу! — погрозил Микола. — Отойди от окна!

— Так я тебя и испугалась! — сморщила Оля остренький носик, но все же от окна отбежала.

А мальчики пригнулись к партам, чтобы их больше никто не заметил.

Вскоре шум во дворе утих. Микола осторожно выглянул в окно.

— Уже становятся в ряды… О, директор пришел, учителя…

— А это кто с ними? — высунул из-за горшка голову и Сашко. — Вон спиной к нам повернулась.

— Какая-то новенькая. Наверное, та, о которой Сергей говорил.

— А Ирина Тимофеевна там? — спросил Олег.

— Нет, не видно.

— Значит, правду говорила. Ушла от нас.

Когда ученики выстроились перед крыльцом, к ним обратился директор, Петр Петрович. Что он говорил — Миколе, Сашку и Олегу за закрытыми окнами не было слышно.

Потом восьмиклассники торжественно дарили цветы первоклашкам, за руки вели их в школу.

И вот уже на крыльцо двинулись все ученики.

Как только вошли в класс, началось! Мальчишки стали сражаться за задние парты, и, когда через какое-то время угомонились, оказалось, что на передних партах сидели одни девочки, сразу за ними — ребята посмирнее, а в конце — забияки, лодыри и сони, они отчаяннее всех воевали за эти места.

Сашко не относился ни к сильным, ни к забиякам, ни к соням, но у него был верный защитник — Микола, потому никто и не отважился его согнать. Не трогали и Олега: хоть и трусоватый, зато сильный, к тому же и Микола мог за него заступиться. Хотя они иногда ссорятся между собой, а все равно дружат.

Одернув на себе новенький пиджак, Микола встал, прошелся по классу. Возле первой парты, что стояла рядом с учительским столом, остановился.

На этой парте, как и в прошлом году, сидели неразлучные подруги Оля Шинкаренко и Светлана Коломиец. Оля потому выбирала первую парту, что любила заглядывать в классный журнал и перед началом урока сторожить у дверей — ждать учителя. А Светлана потому, что была немного близорука, но стеснялась носить очки. Сегодня они обе пришли в школу в одинаковых цветастых платках, привезенных из Крыма, где отдыхали в пионерском лагере.

Девочки тихонько переговаривались между собой.

Микола прислушался.

— А та молоденькая какой класс будет учить? — спросила Светлана.

— Это ботаничка. Вместо Ирины Тимофеевны.

— Красивая… Прическа как у артистки.

— Знаешь, как ее зовут? Валентина Михайловна. Я уже с ней познакомилась.

Девочки оглянулись — не слышит ли их кто-нибудь? Увидели Миколу, перешли на шепот.

— Хватит вам, сороки! — Микола шагнул к девочкам, сдернул у Оли с головы платок.

— Отдай, Петренко, отдай! — погналась она за ним.

Микола подбежал к своей парте, вскочил на скамью, повязался платком.

— Стреке-ке, стреке-ке, — передразнил Олю, да так похоже, что класс взорвался смехом.

Прозвучал звонок.

Оля побежала к двери.

Микола поспешил за свою парту. Но платок не снял, лишь расправил на груди концы, чтобы они закрывали рубашку и отвороты пиджака.

— Идет! Новенькая! — сообщила Оля и бросилась на свое место. И сразу приняла такой вид, словно бы это и не она только что заглядывала в дверную щелочку.

Спустя минуту дверь отворилась и, к удивлению Миколы и Сашка, в класс вошла — кто бы вы думали?! — та девушка, с которой они летом встретились у колхозного сада. Сначала друзья решили, что это какое-то недоразумение. Не может такого быть, чтобы эта молоденькая девушка была учительницей. Но ведь все встали (Микола и Сашко тоже), а она подошла к столу, окинула взглядом класс и поздоровалась:

— Здравствуйте!

— Здра-а-авствуйте! — хором ответили ученики.

— Садитесь!

Миколе и Сашку хоть под парту прячься!.. Живо вспомнили и как яблоки воровали, и как рассказывали ей, что кота в класс приносили, учительский стол чесноком натирали. А Микола еще и сигарету при ней курил.

Учительница подождала, пока ученики сели и перестали хлопать партами, пока стих шепот, потом посмотрела на Миколу, на Светлану, сказала:

— Хочу сразу с вами договориться, девочки. В классе нужно снимать платки, пусть даже и самые красивые. Видите, мальчики ведь сидят без головных уборов. И вы снимите.

Светлана сняла.

— А ты, девочка, почему не снимаешь? — спросила Миколу.

— У нее уши и зубы болят, — сострил Олег.

Ученики не выдержали, засмеялись.

Микола не спеша стянул с головы платок, смял его и бросил Оле на парту.

Учительница лишь негромко кашлянула, сказала:

— Меня зовут Валентина Михайловна. Я буду преподавать у вас ботанику, а также буду вашим классным руководителем. Кое с кем из вас я уже немного знакома. — Она посмотрела на парту, где сидели, опустив глаза, Микола и Сашко. Ученики тоже повернули туда головы. — Со всеми другими познакомлюсь со временем. А сейчас давайте изберем старосту класса, санкомиссию, правильнее распределим места за партами. Девочки, вижу, позанимали лучшие места, а мальчиков оттеснили на задние парты. Это несправедливо! — Говорила так убежденно, будто и в самом деле верила в то, что девочки обидели хлопцев.

Учительница раскрыла классный журнал.

— Антонюк Александр.

— Я, — поднялся Сашко.

Его почти не видно было с задней парты.

— Тебе, Антонюк, придется пересесть поближе. Не увидишь, что я на доске буду писать.

— Ничего, я подкладывать буду книги.

Ученики опять засмеялись. Улыбнулась и