Тайна Лидии - Финн Сеттерхольм

– Может быть, выйдем отсюда? – спокойно предложил мальчик-птица.

Лидия кивнула, стараясь взять себя в руки. Они вышли в освещенный луной сад. Мальчик-птица сел на каменную скамейку под кипарисом. Лидия осталась стоять.

– Вот и еще одна встреча у скамейки, – улыбнулся мальчик-птица.

Лидия не ответила. Каждое его слово ужасно раздражало ее. Мальчик-птица снова посерьезнел.

– Это был твой выбор, Лидия! Я задал тебе вопрос, и ты могла ответить «нет».

– Но я понятия не имела, какие ужасы меня ждут! – воскликнула она. – Мог бы и предупредить!

– А я и сам не знал, Лидия. Приключение есть приключение, его нельзя спланировать.

Лидия смущенно кивнула. Это было чистой правдой.

– Я переношусь все дальше в прошлое, – вздохнула она. – Что мне теперь делать? Отправиться в каменный век или провести остаток жизни здесь?

– Ты хочешь домой, Лидия?

– Да, – кивнула она. – Я хочу понять, что надо сделать, чтобы снова перенестись в будущее. Ты можешь отправить меня туда?

– Нет, – ответил мальчик-птица. – Я могу дать тебе подсказку, но думать ты должна сама. Картины, к которым ты прикасалась, написаны художниками, жившими давным– давно. И изображают эти картины людей, которые жили тогда.

– Знаю, – перебила его Лидия. – Но где мне взять картину из двадцать первого века? Может, ты ее в кармане спрятал?

– Нет, зато у меня есть холст, – ответил мальчик-птица.

Он достал из-за пазухи рулон.

– Но он же совсем чистый! – воскликнула Лидия, развернув холст. – Мне это не поможет. Ты не мог захватить с собой настоящую картину из современной Швеции?

– Нет, – коротко ответил мальчик-птица. – Остальное – твоя работа, Лидия.

– И как же мне раздобыть картину современного шведского художника во Флоренции шестнадцатого века? Ты совсем сумасшедший? – разозлилась Лидия.

– Можешь считать меня кем угодно, – ответил мальчик-птица. – Но один такой художник здесь есть.

– Где? – растерялась Лидия.

– Стоит передо мной, – серьезно ответил мальчик-птица.

Лидия потеряла дар речи. Наконец она вздохнула:

– Не болтай ерунды. Я не художник. Мои рисунки никуда не годятся.

Мальчик-птица пожал плечами.

– Ну, значит, я ошибаюсь. Если ты не художник, то придется тебе остаться во Флоренции. Здесь не так уж плохо: и климат теплый, и люди добрые. А мне пора. Холст оставь себе.

Он встал и быстро скрылся в глубине сада. Лидия осталась стоять с рулоном в руках.

– А что надо нарисовать? – крикнула она вслед мальчику– птице.

– Не знаю, – донеслось из-за освещенных луной деревьев. – Например, автопортрет. Но помни, что я сказал, Лидия! Приключение есть приключение, его нельзя спланировать!

На следующее утро Лидия отправилась в мастерскую Леонардо да Винчи, дорогу туда она уже знала. От беспокойного сна болела голова. После встречи с мальчиком-птицей веселиться больше не хотелось, и Лидия ушла спать. Мона Лиза заглянула к девочке и, присев на краешек кровати, спросила, понравился ли ей маскарад. Лидия кивнула и пожелала хозяйке спокойной ночи. Но уснула она не сразу, несмотря на усталость. Стоило ей закрыть веки, как перед глазами вставало насмешливое лицо мальчика-птицы. Но к утру Лидия знала, что нужно делать.

Леонардо открыл дверь и, рассеянно скользнув взглядом по Лидии, кивнул в знак приветствия. Лидия поняла, что ему некогда разговаривать, поэтому выпалила:

– Синьор Леонардо, пожалуйста, мне очень надо нарисовать картину. Можно мне взять немного красок? Я не буду вас беспокоить, только займу какой-нибудь уголок и буду там рисовать.

Но Леонардо покачал головой.

– Мне нужен полный покой. Я провожу очень важный эксперимент.

– Ну пожалуйста, пожалуйста! Я что угодно отдам за краски, у меня даже холст есть! – Она показала сверток.

Леонардо был очень добрым человеком, и Лидия ему нравилась.

– Что ж, – вздохнул он наконец. – Но сначала тебе придется кое с чем мне помочь. А потом я дам тебе краски и мольберт. Договорились?

Спустя час они поднимались по лестнице на башню ратуши, таща за собой большой тюк ткани, обмотанный веревкой. Леонардо да Винчи хотел сохранить эксперимент в тайне и потому не позвал с собой в помощники никого, кроме Лидии. Он боялся, что над ним будут смеяться: после неудачи с фреской его недоброжелатели только и ждали нового случая позлословить. Лестница оказалась бесконечно длинной, несколько раз им приходилось останавливаться, чтобы передохнуть.

Наконец они оказались на площадке на самом верху башни. Ветер приятно овевал лицо. Лидия принюхалась и учуяла удивительную смесь ароматов диких трав и цветов, кухонного чада и дыма – этот запах она запомнит на всю жизнь. С площадки открывался ни с чем не сравнимый вид: за дворцами, стенами, церковными куполами и красными крышами простирались тосканские холмы и низины. Где-то там она впервые увидела Леонардо, который так неудачно приземлился вместе со своим летательным аппаратом.

Да Винчи принялся разматывать веревку.

– Этот парашют я спроектировал сам, – торжественно объявил он. – С ним можно прыгать с какой угодно высоты, не боясь разбиться.

– Вы собираетесь спрыгнуть с башни? – ужаснулась Лидия. – А вдруг он не успеет раскрыться?

– Успеет. Я сшил его так, чтобы его подхватил ветер, – заверил Леонардо, распутывая веревки, пришитые к краям ткани.

В это самое мгновение парашют взмыл вверх от порыва ветра, и Леонардо еле его удержал.

– Помоги мне, Лидия! – крикнул он. – А то я не справлюсь!

Схватив одну из веревок, Лидия попыталась удержать парашют, но ветер подул с новой силой, сбил ее с ног, и парашют потащил девочку к перилам, ограждавшим площадку.

– Отпусти, отпусти! – кричал Леонардо.

Но Лидия запуталась в веревках обеими руками и одной ногой. Ткань с хлопаньем трепетала на ветру, который поднимал парашют все выше, пока Лидия не взмыла вверх. Она успела увидеть Леонардо, который размахивал руками и кричал, где-то внизу промелькнула улица, крыши домов. «Лишь бы я приземлилась на что-нибудь мягкое!» – взмолилась она про себя, дрожа от страха. Парашют вынес Лидию на ратушную площадь, но тут вдруг ее рывком подбросило вверх, раздался оглушительный треск, и сразу наступила тишина. Лидия была не на земле, а метрах в четырех от нее. Разорванный парашют свисал с белой мраморной руки. Лидия поняла, что ей посчастливилось зацепиться за статую Давида.

– Главное – не волноваться, – пробормотала она. – Скоро придет Леонардо или кто-нибудь еще и снимет меня отсюда.

Руки, казалось, вытянулись и стали вдвое длиннее, а свободной ногой Лидия пыталась ухватиться за спутанные веревки. Вскоре она увидела, что внизу на площади собирается народ. Люди кричали и махали руками.