Страшная тайна смартфона - Алла Озорнина

Директор, Булдыгеров-старший, потирал руки:

– Прекрасно, прекрасно! Представляете, сколько мы теперь привлечем читателей! Ведь все увидели, как у нас здорово, интересно, народу попрет! Меня, глядишь, в краевой центр переведут!

– Поговорить бы надо, – сказал Петька Рите с Дунькой. – Давайте приткнемся куда-нибудь.

Приткнуться оказалось не так-то просто. Наконец, помещение было найдено – им оказалась комнатка, в которой ночевали Рита и Дунька. Сейчас это было что-то вроде кладовки, в которой были свалены в кучу ненужная, видимо, оргтехника и три трехногих стула.

– Так что за тетрадь ты отдала полицейскому? – спросил Никита у Риты, когда все устроились на этих стульях.

– Дневник Булдыгерова-старшего, – сказала она, – он очень подробный, поэтому попробую рассказать вкратце.

Итак, дружили три человека – Булдыгеров, Хохряков и Веретенников.

Все трое были влюблены в Матрену Ивановну, а замуж она вышла за Хохрякова. Думаю, только потому, что тот был богаче. Хохряков открыл лесопилку, и они с Веретенниковым стали, как пишет Булдыгеров, партнерствовать. Пока Хохряков вкалывал, Булдыгеров соблазнил Матрену Ивановну…

– Так вот почему Настена так на него похожа! – воскликнул Никита.

– Самое поразительное, что это видят все, кроме Хохрякова, – сказала Дуняшка. – Он-то в ней души не чает.

– А я думаю, что он все видит и все знает, – сказал Никита, – только все равно любит Настену.

– Но если бы только это, – продолжала Рита. – Этот урод Булдыгеров много лет назад решил еще и разорить лучшего друга. И, конечно же, не без помощи Матрены Ивановны. Она выкрала у мужа какие-то документы, а Веретенников об этом узнал и пригрозил Булдыгерову, мол, если тот не вернет деньги Митрофану Ильичу, он ему все расскажет. И про булдыгеровские махинации, и про Настену. И этим же вечером какого-то мужика по фамилии Желудев нашли мертвым. Булдыгеров повесил это убийство на Веретенникова – подговорил несколько человек, которые якобы видели, что это его рук дело, и подкупил судмедэксперта. Ну и посадили мужика в тюрьму на 20 лет.

Пока подрастала Настюшка, Матрена Ивановна, прикидываясь больной, ездила по заграницам. А тут вдруг у Хохрякова неважно пошли дела, и она стала требовать от Булдыгерова, чтобы он уехал с ней в Харбин. Стали думать, как быть. Настену решили каким-то образом определить в детский приют, но что делать с Хохряковым?

Отравить!

И стала Матрена Ивановна методично добавлять в пищу какую-то отраву. Дунька и здесь молодец, это дело просекла и доложила в полицию. И ей сказали принести что-нибудь на экспертизу. Вот она и рванула туда как раз после того, как Никита спросил, где найти бабу Феклу. А Дунька очень волновалась ну и накричала на Никиту.

– Ну, теперь все понятно! – воскликнул Никита. – Только упыри-то тут при чем?

– Заработать решили Булдыгеровы. Они придумали и упыря, и сатанинский смех, ну об этом мы уже знаем. По ночам Арсений ходил по дворам, ставил животным уколы с ядом. А для того чтобы никто не выходил из дома, смеялся сатанинским смехом. По утрам же приходил как будто бы для того, чтобы проверить, как идут дела. Ну а поскольку животные стали болеть и умирать, люди повалили в булдыргеровскую амбулаторию. И Василь Василич по большой цене продавал «лекарство из-за границы», а на самом деле просто… воду. А для того чтобы оно хоть кому-то помогало, достаточно было, чтобы Арсений не ставил какому-нибудь животному смертельные уколы.

А теперь расскажу про вчерашний день, – продолжала Рита. – Когда Булдыгеровы узнали, что Веретенникова отпустили из тюрьмы, Арсений проник в кабинет к Хохрякову и украл какие-то важные бумаги. Ведь было ясно, что Веретенников первым делом пойдет в полицию, и та найдет какие-то доказательства в документах Хохрякова. Вот Арсений эти документы и выкрал. Но этого было мало. Веретенников все равно представлял для Булдыгеровых угрозу. Мало ли что он еще откопает. Поэтому за границу нужно было уезжать как можно быстрее.

Тогда-то Булдыгеров и решил дать Хохрякову ударную дозу, как он сказал, лекарствочка.

– Разве не проще было Матрене Ивановне с Булдыгеровым просто убежать и не травить бедного Хохрякова? – спросил Никита.

– Так ведь хотелось еще и денежки Хохрякова к рукам прибрать, – продолжала Рита. – Между прочим, Матрена Ивановна была главным зачинщиком и руководителем всей операции под названием «Упыри». Она и этот дурацкий смех придумала, и в газету статью написала, якобы интервью с вурдалаковедом, и если б не мы, все решилось бы очень быстро – Матрена Ивановна унаследовала производство Хохрякова, какие-никакие все же деньги, продала его – и вперед. В Харбин! Хорошо, что все это в прошлом!

– Хорошо-то хорошо. А вот с Дунькой что будем делать? Ты, поди и читать-то не умеешь? – спросил Петька.

– Да уж… – смутилась Дунька.

– Не переживай, научишься! – сказал Никита. – Но это – потом. А пока – поживешь у нас, родители точно не будут против, а там тебя все равно куда-нибудь определят и работу найдут. Так что, сейчас проводим Риту и – ко мне.

– Вы это, – смущаясь произнесла Дунька, – уж простите меня за то, что я-то ведь вам поначалу не верила. Думала, вы с этими…

– Да ладно! – сказала Рита. – Все же выяснилось! Ну что, по домам! Поздно уже!

А сама подумала: «Как, интересно, встретит меня коттедж? Может, он тоже хранит какую-то тайну? Придется разгадывать».

– Да, подождите, найду Юрия Николаевича, спрошу кое-что, и – вперед, – сказал Никита, и побежал на второй этаж.

Но встретиться с учителем так и не удалось – кто-то сказал, что несколько минут назад он ушел домой.