Икарийские игры - Александр Львович Ампелонов

— Что, новенькие? — снисходительно спросил парень в клетчатом пиджаке с толстой, как у борца, шеей.

— Да, мы первый день, — приветливо улыбнувшись, объяснил Леша.

— Салаги, значит, — покровительственно хихикнул второй парень, белобрысый, худой, в черных очках с треснувшим пополам стеклом. — А где сумку такую стибрили?

— Я в Москве купил, — сухо объяснил Андрей, тон разговора ему ужасно не нравился, но и портить отношения не хотелось.

— В Москве? — переспросил очкарик.

— Мы там живем, — объяснил Леша. — Мы сюда на гастроли приехали.

— Чего?.. — старшеклассники рассмеялись.

Андрей подтолкнул Лешу поближе к углу, строй был отсюда в двух шагах.

— Смотри-ка, а у него клевый значок, — воскликнул очкарик, заметив у Леши на пиджаке значок — гимнастка на трапеции под куполом цирка.

— Давай меняться! — солидно предложив Штырь.

— Я не хочу, это подарок, — Леша закрылся рукой. Значок ему подарил в день выпуска Слава.

— Что значит не хочу? — очкарик схватил Лешу за рукав, но тот увернулся, проскочив у верзилы между ног.

— Ты что к маленьким пристаешь, дистрофик? — Андрей шагнул вперед.

— Ты что сказал? — очкарик, сплюнув слюну через редкие кривые зубы, приближался к Андрею, ни капельки не беспокоясь, что его уже видно с площадки…

— Что слышал.

Очкарик замахнулся, кулак его мгновенно возник у Андрея перед носом, больно задел скулу. Отскочив в сторону, Андрей отодвинул Лешу еще дальше, на них уже оглядывались мальчишки, стоящие в задних рядах, но очкарика не волновало, что потасовку вот-вот заметят учителя, он приближался к Андрею, нагло ухмыляясь, уже не рассчитывая получить отпор. Андрей медленно отходил назад, понимая, что выхода нет, что сейчас ему придется применить карате.

Кулак очкарика снова вылетел вперед. Андрей увернулся и со всей силы ударил его в бок локтем. Очкарик растянулся на асфальте, и в этот момент линейка кончилась.

— Так, что здесь происходит? — к котельной подошел физрук.

— Да вот салаги задираются, — держась за бок, очкарик поднялся на колени.

Физрук с интересом взглянул на Андрея, не понимая, видно, как он сумел уложить такого верзилу…

— Никто не задирается, — выкрикнул Леша. — Он у меня хотел значок отобрать.

— Вы что, новенькие? — спросил физрук.

— Да, мы первый день, — объяснил Андрей, не спуская глаз с очкарика, тот благополучно встал на ноги.

— Что же ты, Штыров, новичков бьешь? — строго спросил у него физрук.

— Он сам кого хошь побьет. Он карате знает…

26

После уроков Андрей разыскал Лешу на школьном дворе, возле котельной, где они утром налетели на старшеклассников.

— Ты что тут делаешь? Хочешь, чтоб значок забрали?..

— Не бойся, они на уроках. Очкарика зовут Штырь, он из девятого «Б», мне сказали…

— Пошли, — Андрей легонько подтолкнул Лешу левой рукой. Правой без боли в плече он уже шевельнуть не мог, после утренней драки рука вдруг стала тяжелой, чужой…

В цирке их ждал сюрприз. Слава с Колей уже были в костюмах. На манеже горел полный свет, здесь стоял батут, подушки. А наверху сидел в полном составе оркестр.

— Ребята, быстренько одевайтесь и на манеж, — сказал Слава. — Сейчас прогоним весь номер с оркестром.

Взяв у Славы ключ от гардеробной, Андрей поплелся на второй этаж. Утром Слава говорил, что сегодня самая обыкновенная тренировка, и вдруг…

Андрей одевался не спеша, стараясь обходиться только одной левой рукой. Леша при полном параде уже вертелся перед зеркалом.

— Андрюха, быстрей, нас оркестр ждет.

— Сейчас. Помоги крючки застегнуть.

— Что, рука болит? — испуганно спросил Леша. — Надо Славе сказать?

— Не надо, я потерплю.

На манеже все было готово к генеральной репетиции. В зале появились зрители, артисты.

— Так, быстренько размяться, по парочке суплессов, — скомандовал Слава.

Коля лег на подушку, Андрей, стараясь не делать резких движений, опрокинулся на суплесс…

— Ты чего сегодня как неживой? — удивился Слава. — А ну-ка еще разочек. Энергично падай, руки вверх и назад…

Зажмурив глаза, Андрей упал на суплесс, в руке кольнуло.

— Так, а теперь парочку сальто…

Андрей, почувствовав толчок, сделал сальто в «седло». Больная рука вроде бы не мешала ему крутиться.

Леша уже размялся и стоял у подушки, с тревогой поглядывая на Андрея.

— Мы готовы! — крикнул Слава дирижеру оркестра и повел мальчишек за кулисы.

— Сейчас пройдем с ходу весь номер, от начала до конца, как на представлении.

— А двойное делать? — спросил Леша.

— Конечно, пройдем все трюки, какие были на просмотре…

И вот уже Андрей стоял рядом с Лешей у закрытого занавеса, мечтая только об одном: довести номер до конца, пусть грязно, но выполнить свои трюки.

Грянула музыка, занавес распахнулся. Слава, весело крикнув «алле!», вывел партнеров на манеж. Пролетели комплименты, улыбки, началась работа, и тут, на самом первом трюке, на мельнице, Андрей сделал срыв, неудачно пришел Коле в ноги, ударившись больным плечом в ступню «нижнего», не удержал равновесия и спрыгнул на манеж.

— В «седло», быстро, — приподнявшись на подушке, крикнул Коля, Андрей снова впрыгнул к нему на ступни и, стараясь попасть в ритм с Лешей, который вертелся на второй подушке, сделал мельницу, одну, вторую, третью, и вдруг снова оказался на ковре.

Слава остановил номер. Музыка смолкла.

— Андрей, что же ты брак выпускаешь? Перед людьми неудобно, нам же вот-вот на манеж…

Номер начали сначала, Андрей все же сумел сделать восемь мельниц из девяти, но потом недокрутил сальто из ног в ноги…

— Стоп! — резко сказал Слава. — Так деле не пойдет. Или ты возьмешь себя в руки, или я отправлю тебя в гостиницу.

Андрей кивнул. Он понимал, что подводит партнеров, что должен, обязательно должен чисто выполнять трюки, но…

Номер закрутился снова, на этот раз с середины. И тут, тут отличился Леша. Он завалил двойное сальто один раз, второй… Добраться до батута им так и не удалось. Репетиция полетела насмарку…

— Мы больше не нужны? — деликатно спросил дирижер.

— Нет, — ответил Слава и пошел прочь с манежа…

И вот, уронив голову на колени, Андрей сидел на траве у реки. За его спиной стоял цирк, где остались расстроенные, убитые неудачей Слава и Коля. Впереди за рекой пылал багровый закат, возле моста медленно разворачивалась моторка.

Леша бросал камешки в воду, потом вдруг подбежал к Андрею и начал снимать рубашку, штаны…

— Я счас скупнусь, по-быстрому, только ты Славе не говори…

— У тебя же голова болит! — подозрительно взглянув на Лешу, напомнил Андрей.

— Она уже прошла, — сказал Леша, продолжая раздеваться.

— Значит, ты двойное специально завалил?

— Ты что, у меня просто не вышло, я наканифолился плохо, — Леша отвел