Профессор без штанов - Валерий Гусев

Да уж! Порезвился там мнимый Медведев. Не нашего ли Ваню он обокрал? Шибко прыткий.

Вскоре приехал папин сотрудник, передал профессору билет на самолет и сказал, что утром за ним заедет.

Профессора уложили в нашей комнате. Алешка тут же начал его расспрашивать о черном носе белого медведя, но мама категорически выключила свет.

– Имейте совесть, – сказала она. – Человеку завтра рано вставать и далеко лететь. Спокойной ночи.

Я что-то долго не мог уснуть. И Алешка все время ворочался. А потом сказал:

– Дим, я знаю, где мы нашего профессора Медведева найдем.

– А что меня искать? – пробормотал профессор сквозь сон. – Я здесь. Коллеги…

Отъезд настоящего профессора «коллеги» проспали. Папа тоже уехал вместе с ним в аэропорт, проводить до трапа самолета. Он чувствовал себя немного виноватым. И хотел убедиться, что никаких препятствий на пути ученого к симпозиуму больше не будет.

А мы, позавтракав, поехали в Ясенево. К дяде Ване и Умке.

Дядя Лева уже нашел опытного сотрудника, который взял на себя все заботы о медвежонке. И даже все-таки договорился с нормальным зоопарком, что через некоторое время Умке подыщут там местечко. Так что дядя Ваня уже собирался в дальний путь на свой Крайний Север.

Мы посидели с ним возле чума за чаем. А когда дядя Лева ушел по своим делам, спросили:

– Дядя Ваня, помните, вы рассказывали, как у вас хороший нож пропал?

– Ай как помню! Шибко хороший нож был.

– Это когда было?

– Две зимы назад, однако. В моем чуме много хороших люди тогда жили. Чай пили, про науку говорили.

– А кто еще там был? Маленький такой не вертелся?

– Вертелся, однако. Шибко маленький.

– Он непохож на того, который вам тут лекции читал про черные носы у проруби?

– Однако, мало-мало похож. Но давно было. Плохо помню. Зачем человека обижать?

Дядя Ваня действительно шибко умный был. Сразу понял, о чем речь. Но шибко добрый.

– Вы где теперь будете жить? – спросил я.

– В гостинице. Ученый Лева обещал. А потом домой, в тундру, поеду. Там сапсем хорошо. Без Умки токо плохо, привык, однако.

Кажется, и Умка тоже. Все время, что мы пили чай, он лежал рядом с дядей Ваней, положив голову ему на колено.

– Мы будем его навещать, – пообещал Алешка. – Рыбку будем приносить. Из морозильника.

Дядя Ваня погладил его по голове и улыбнулся – глазки его совсем исчезли в морщинках.

– Лешка – хороший люди. Но – хитрый.

Да, умен дядя Ваня, насквозь человека видит.

– У папы, – сказал Алешка, – есть охотничий нож. Я его попрошу – он вам его подарит.

– Зачем так говоришь? Пусть лучше твой папа в мой чум на охоту приедет. Со своим ножом. Самый лучший праздник будет. В тундру на олешках поедем. Рыбку будем кушать. – Дядя Ваня весь светился – луна в полнолуние. – Все приезжайте. Чум большой – места хватит. И девочка Лена пусть едет. И собаку свою пусть привезет. Сапсем большой праздник будет!

Алешка остался возле чума – мечтать о «сапсем» большом празднике в тундре, а я пошел к дяде Леве. Нужно было решить один важный вопрос.

Резиденция нового директора располагалась все в том же старом вагончике. Здесь ничего не изменилось, только люди работали другие. Приветливые и, как мне показалось, честные.

– Дядя Лева, – сказал я, когда мы остались с ним наедине, – вы знаете, что почти все животные здесь – краденые?

Он молча кивнул. А потом добавил:

– Очень многие перебрались сюда из вивария института. Это очень ценные животные, некоторые из них находятся под наблюдением уже несколько лет. И эти наблюдения нельзя прерывать. Наука не знает отдыха.

– А наука знает, как тут плакал один мальчик из-за своей собачки?

– Так что ты предлагаешь, Дим?

– Вернуть всех животных своим хозяевам. – Я пожал плечами – ведь это так просто. – Объявим здесь, напечатаем в газетах. Все сбегутся.

Лева тяжко вздохнул.

– Сбегутся… А ты уверен, что сбегутся только настоящие владельцы животных? Ты уверен, что не сбегутся новые вертинары и биры? Торговля животными сейчас, Дима, – это очень выгодный бизнес.

– И очень подлый. Это еще страшнее, чем торговля людьми.

– Да, согласен. Человек еще может как-то вступиться за себя, а животное беспомощно против нашей жестокости и жадности. – Он помолчал немного. – Подумай, Дима, придет какой-нибудь нечестный человек и захлопает крыльями: «Ах, как я рад! Нашлась моя любимая горная козочка Матильда! Как я скучал! Как я страдал! Иди ко мне, моя милая! Спасибо вам, добрые люди!» Заберет он эту козочку и продаст ее на новой Птичке какому-нибудь шашлычнику. Козел!

– Знаете что, дядя Лева, я не специалист в этих делах. Но мне кажется, нужно сделать так: пусть не какой-нибудь козел узнает свою козочку, а наоборот. Некоторые животные прямо с ума сходят, когда видят своих любимых хозяев. Тут уж не ошибешься.

– Пожалуй, ты прав… Ну, а змеи, например? Они с ума по своим владельцам не сходят.

– Комиссию организуйте, – важно посоветовал я, вспомнив, что Алешка назначил меня руководителем несуществующего школьного зоопарка. – Проверяйте. Я могу папу попросить – он поможет. Участковых привлечет.

– А… А это как? Зачем? – Видно, дядя Лева, весь в науке, совершенно отстал от жизни.

Я ему популярно объяснил. Рассказал про Прошкина и его соседа Крошкина. Зайдет участковый к Крошкину и спросит: «Вы не знаете, гражданин Крошкин, кто это в квартире над вами копытами топает по ночам?» «Знаю! – завопит Крошкин. – Это у них попугай такой. Он в чашки с чаем гадит. Арестуйте его!»

Дядя Лева посмеялся, но признал, что мысль довольно здравая.

– Что ж, комиссию мы организуем. Но с условием. Вы с Алешкой и Леночка войдете в ее состав.

– С удовольствием, – сказал я. – Особенно Алешка будет рад. Он у нас борец за справедливость.

– Я это заметил, – серьезно сказал дядя Лева. – Славный пацан. Побольше бы таких.

Я оставил дяде Леве адреса тех владельцев животных, которых мы уже установили, мы попрощались, но тут ворвался Алешка и с порога вежливо заорал:

– Здрасьте еще раз! Как поживаете? Мы живем хорошо! Дим! Я знаю, где Бир спрятался! Под хвостом! Понял? Поехали его брать! – И вылетел наружу еще быстрее, чем влетел.

– Куда едем? – спросил дядя Федор, включая мотор.

– Гада одного брать, – небрежно пояснил Алешка.

– Тогда – сюрприз! – Дядя Федор выехал со двора, нахально влез в самый левый ряд и… включил сирену с мигалками на крыше. – Клево? – закричал он. – Это я еще в тот раз на свалке углядел. Пригодилось!