Профессор без штанов - Валерий Гусев

– Эх ты, темный человек, – продолжил Петруша. – Что такое пенальти, знаешь?

– Корабль такой, да? Длинноногий.

– Ну! Вот если, к примеру, скажешь: «Гоша, пенальти!» – он тут же как по мячу ахнет – и гол! Гол как сокол. Понял?

Из этой ерундовины Грачев и Бир, конечно, ничего не поняли.

– Бредят, – презрительно сказал Грачев. – От страха. А ну молча лежать.

Петруша перевернулся на спину, уставился в потолок. Потом сказал Грачеву:

– Слышь, командир, может, договоримся, а? По-хорошему.

– Я не умею по-хорошему, – злорадно отозвался Грачев.

– А зря… – Петруша продолжал мечтательно смотреть в потолок. – Ну, тебе же хуже.

– Хуже будет вам, – пообещал Грачев. – С каждым часом все хуже и хуже. А потом совсем плохо.

– Нет, постой, – вмешался Бир. – Может, стоит его выслушать?

– Стоит, – твердо сказал Петруша. – Дело предлагаю. На большие бабки.

Вот тут бандиты заинтересовались. Бабки – это понятно, это интересно.

– Говори.

– Я это… позавчера большую партию яиц в ресторан сдал. И машину перьев отвез этому… Зайцеву. Модельер такой, знаешь?

– Ну?

– Деньги получил.

– Гони!

– Условие: пацана отпускаете.

Грачев задумался:

– Сколько баксов? Где они?

– Сколько – скажу: две штуки. А где – сначала пацана отпустите.

– А соврешь? Где мы его искать будем?

– А он с вами пойдет, бабки отдать.

Это им тоже понравилось.

– Значит, так, – продолжил Петруша. – Зайдете в загон, идете в дальний угол – там у меня для птичек домики построены. В крайнем, в уголке – миска такая стоит, вроде тазика. Под ней в землю кастрюля вкопана, вроде бака… Да вон Лешка знает, покажет.

– Понял, – сказал Грачев. – Пошли, пацан.

– И я с вами, – торопливо сказал Бир. – Пополам разделим.

– Обойдешься, – ответил Грачев.

Когда все трое, с Алешкой во главе, вошли в загон, страусы сбежались, окружили их и с интересом стали рассматривать. Один из них даже попытался залезть клювом в карман Бира. Тот испуганно отскочил, а Грачев выхватил пистолет. Да, неуютно им показалось среди двухметровых гигантов. Но это было только начало…

– Пошли, – неуверенно сказал Бир. – Веди нас, мальчик Леша.

– Вон туда, – Алешка махнул рукой в дальний угол загона.

– Э… далековато. Ну-ка, пацан, сбегай, мы здесь подождем.

– Ладно, – согласился Алешка. Осмотрелся и негромко сказал: – Гоша, пенальти.

Гоши поблизости не было. Склонив голову, он что-то озабоченно высматривал в песке между ног. Но тут же вскинулся, окинул пространство пытливым взором в поисках мяча. Уставился на Грачева, который стоял к нему спиной, и плавными, длинными неслышными шагами, набирая скорость, помчался к нему. Второй тайм начался.

Удар!

Грачев пролетел над землей метров десять и грохнулся пузом, подняв тучу песка и выронив пистолет. Будто снаряд взорвался.

Алешка подхватил пистолет, выскочил в калитку и задвинул щеколду:

– Ну ладно, вы тут сами разбирайтесь. Мне некогда. – И пошел освобождать Петрушу.

И начался футбол!

Чем он закончился, вы уже знаете.

– Надо кран вызывать, – сказал папа.

– Да пусть посидит, – предложил Петруша. – Ему о многом подумать надо.

Когда Грачева сняли с водокачки и повели через загон к калитке, он все порывался свернуть к дальнему углу. И бормотал:

– Там бабки… Две штуки баксов… Забрать надо…

– Бредит, – сказал Алешка.

Операция по освобождению заложников и задержанию террористов благополучно завершилась. Уехали «Скорые», пожарные, расселись по своим автобусам спецназовцы.

– Да, – вспомнил папа, садясь в машину, – а где этот, с автоматами и гранатами?

– В лесу, – сказал я. – Партизанит.

Дядя Сеня, не будь дурак, потихоньку смылся. Но ничего, мы теперь знаем, где его искать. И в случае чего – он нас поддержит огневой подготовкой.

Деньги мы сдали. Когда их пересчитали и оформили, один папин сотрудник сказал:

– Во, наработали!

– Наворовали, – поправил его Алешка. – Я думаю, эти деньги надо зоопарку отдать. И институту.

– Это будет справедливо, – сказал папа.

Лева жутко обрадовался, когда мы сказали ему об этом. Но еще больше обрадовался дядя Ваня, когда я протянул ему нож с костяной ручкой в меховом чехле.

– Ай! – воскликнул он. И заплакал от радости. – Ай! Какой хороший люди! Три раза хороший! Домой приеду – всем расскажу. Вся тундра знать будет, какой хороший люди Дима и Алеша.

– Три раза хороший, – засмеялся Алешка.

Мы проводили дядю Ваню в аэропорт. И он чуть не опоздал на свой самолет, потому что никак не мог с нами расстаться. Все жал нам руки и приглашал в свою тундру на нартах кататься.

А мы потом еще долго навещали в «Зверинце» Умку. Ему там было хорошо. Дядя Лева даже купил ему небольшой бассейн. Умка все время в нем плавал, даже кушать забывал. Но когда к сетке его вольеры подходил Алешка, он бросал все свои купанья, выскакивал на «берег», отряхивался и мчался к нему. И совал в дырки сетки свой черный нос. И даже поскуливал от радости. Наверное, у Норда научился.

Я тоже кое-чему за это время научился. Я долго не мог догадаться, почему у Бира не стрелял пистолет? Потому что я – не очень наблюдательный.

Несколько дней спустя мама забрала Алешкины джинсы в стирку:

– Стыдоба, – сказала она. – Тотоша и то тебя аккуратнее. – Она встряхнула его брюки. – Что у тебя в карманах? Камней набрал? – На пол посыпались и разбежались… пистолетные патроны.

Мама ахнула и закричала:

– Отец! Где твои подтяжки?

Вот тут и до меня дошло, почему не стрелял пистолет Бира. Алешка, когда прятался в пыльном медвежьем брюхе, нашел там пистолет и переложил патроны из его обоймы в свои карманы.

Да, у него есть чему поучиться…

А лето между тем кончалось. И в конце августа в «Зверинце» состоялся праздник. С раздачей слонов, как сказал Алешка.

Было очень весело и красиво. И были всякие неожиданные встречи. То почтальон Печкин с птичкой на плече попадется. То дядя Федор (не наш, а из книги) с полосатым котом и рыжей дворнягой. То капитан Сильвер с попугаем, очень похожим на Прошкина. То три медведя и девочка Маша. То золотая антилопа с полуголым мальчиком. То тоже полуголый Маугли с удавом на шее. А то Нильс с живым гусем под мышкой…