Луна с неба - Грегори Хьюз

Когда мы вышли из музея, дождь все еще лил, так что мы остались под крышей на ступеньках. Вдруг Крыса подскочила.

— Что такое?

— Там Айс!

Она сбежала по ступенькам и спряталась за спинами людей. Потом осторожно выглянула и перебежала к следующей группе. Я увидел, за кем она следит. По Пятой авеню шел чернокожий человек в черном костюме и с золотыми цепями на шее. Сначала я не разглядел его лица, потому что его закрывал зонт. Но когда человек посмотрел на музей, я его узнал. Это был Айсмен, любимый рэпер Крысы.

Крыса бежала за ним от музея, прячась за машинами и фонарными столбами. Стыдно сказать, моя сестра превратилась в навязчивую фанатку. Я помчался за ней. Что бы она ни замышляла, я должен был ей помешать. Я догнал ее и схватил за руку.

— Давай с ним познакомимся! — воскликнула она.

— Не будет он с нами знакомиться.

— Почему нет? Я купила его диск!

Конечно, я хотел бы с ним познакомиться. Я еще ни разу не встречал живых звезд, если не считать мэра Виннипега.

Крыса расширила глаза:

— Пригласим его выпить с нами кофе!

— Вряд ли он согласится…

— Только подумай, какое впечатление ты произведешь на мисс Габриэлу Фелипе Мендес! Ты пил кофе с самим Айсменом!

Крыса явно мной манипулировала.

— Ладно.

Крыса бегом припустила к Айсмену и преградила ему дорогу:

— Привет, Айс! Меня зовут Мари-Клэр Де Билье, а вон там мой брат Боб. Мы подумали…

Но Айсмен прошел мимо нее, как будто ничего не слышал. Крыса озадаченно оглянулась и побежала за ним.

— Мы не будем навязываться, Айс! — заверила она, выскочив перед ним. — Я просто хотела сказать, что мы твои самые большие фанаты во всей Канаде, и ты нам очень нравишься, и…

Айсмен снова прошел мимо.

— Хватит. Он не хочет с нами говорить.

Но Крыса не желала меня слушать:

— Айсмен! Айс! Ледышечка! Чай со льдом! Лед и пламя! Просто здоровенная ледяная глыба!

Айс остановился:

— Девочка! Тебя разве не учили, что кричать людям на улице невежливо? Особенно людям, которых ты не знаешь!

— Но я же знаю тебя, Айс!

— Нет, не знаешь!

— Знаю! — Крыса раскраснелась. — Тебе двадцать семь лет! По знаку зодиака Дева! Ты бывший боксер! Болеешь за «Чикагских Медведей»! Тебе нравятся женщины с большими задницами, быстрые машины и бурная жизнь. А еще у тебя прекрасная душа, и, я цитирую, «ты с удовольствием помогаешь бедным детям из нуждающихся семей и всеми силами поддерживаешь социальные программы по борьбе с детской наркоманией», конец цитаты. Я про тебя все-все прочитала, Айс! И я купила твой диск! Не стала качать его в Сети, а ведь могла бы!

Айс явно разозлился:

— Значит, ты купила мой диск и читала обо мне в газетах. Это не дает тебе права приставать ко мне на улице! Беги-ка лучше домой, девочка!

Крыса посмотрела на парк:

— Ну, я, в некотором роде, дома. Мы живем в парке.

— Живете в парке, значит?

— Да, но это не так уж и плохо, и вообще ненадолго. Только пока мы не найдем нашего дядю. Может, ты его знаешь, Айс? Его зовут…

— Видимо, родители у вас совсем безмозглые! Но в любом случае, им стоило бы поучить вас хорошим манерам! А также объяснить, что врать нехорошо!

Тут уже перед ним выскочил я:

— Безмозглые?! Наши родители умерли! Они были хорошими людьми! Так что не смейте говорить о них гадости!

Айсмен шагнул мне навстречу — здоровяк с большой бритой головой. Но я не собирался отступать после того, что он только что сказал! Он долго смотрел мне в глаза, а потом медленно развернулся и ушел.

Крыса подбоченилась и заорала ему вслед:

— Да, вали отсюда, пока мой брат не надрал тебе задницу! Назвать нашего папу безмозглым! Кто бы говорил! Ты даже школу не закончил! И не пытайся нас запугать! У нас есть друзья в центре!

Я посмотрел на свои руки и обнаружил, что они крепко сжаты в кулаки.

— И ничего ты не делал, чтобы помочь нуждающимся! — продолжала орать Крыса. — Вот мы нуждающиеся, и как ты себя повел?!

Лишь теперь меня обуял страх. Желудок сжался. Я почувствовал, что ноги меня не держат, и присел на ближайшую скамейку.

— Хватит уже, — приказал я Крысе.

— Да пи-ип с ним! Я его не боюсь.

— Все равно хватит. Проехали.

Крыса злобно смотрела вслед Айсмену, пока тот не скрылся из виду, а потом повернулась ко мне:

— Ты такой храбрый, Боб!

— Проехали, говорю.

— Нет, ты очень храбрый! Я тобой горжусь! И папа тоже гордился бы! Молодец, Боб! А уж когда мисс Габриэла Фелипе Мендес узнает, какой Айс мерзкий и как ты дал ему отпор… Она будет просто в восторге!

— Не узнает она…

Крыса вытащила из кармана телефон:

— Еще как узнает! Я напишу Гарольду обо всем, что случилось. И попрошу его пойти к Габриэле домой и все ей рассказать. Сам понимаешь, он так и сделает.

Внезапно я снова почувствовал прилив сил.

— Подумать только, а я-то считала, что Айс — ангел! — приговаривала Крыса, быстро щелкая по кнопкам маленькими пальчиками. — Что ж, теперь я знаю, как жестоко можно ошибиться в человеке. Хочешь кофе, Боб? Я угощаю.

— Ага.

— А потом можем заняться еще какими-нибудь развлечениями для туристов. Можем даже прокатиться на пароме, если хочешь. Ну, скажи, чего ты хочешь, Боб?

Я ничего не сказал. Но душа моя воспарила выше небоскребов от мысли, что весть об этой истории пролетит по всему Виннипегу и упадет прямо к ногам мисс Габриэлы Фелипе Мендес. Честное слово.

У ступеней отеля «Плаза» я занервничал. В принципе, не было бы ничего страшного, если бы нас не пустили. Просто неловко получать от ворот поворот.

— Веди себя так, будто ты у себя дома, — посоветовала Крыса.

— Добрый день, — сказал швейцар и отступил в сторону, пропуская нас внутрь.

В роскошном вестибюле было здорово. Я прошел за Крысой мимо длинной стойки администрации, за которой сидела девушка, похожая на супермодель. Она улыбнулась нам, а мы ей. Мы шли на запах кофе до тех пор, пока не отыскали большой зал с мягкими креслами. Там сидели люди, и дядька играл на фортепиано. Мы тоже присели. Вернее, я присел как нормальный человек, а Крыса плюхнулась в кресло и принялась на нем подпрыгивать, чтобы показать мне, какие упругие в нем пружины.

— Может, хватит? — не выдержал я.

Она села столбиком, как суслик, и завертела головой: