Толстый - повелитель огня - Мария Некрасова

Осень в деревне чувствуется сильнее. В городе асфальт и сточные канавы, а значит – лужи не такие глубокие. Редкие зеленые пятачки уже так разрыты собаками, что сразу и не разберешь, осенняя это грязь или вечная, всепогодная. Листья опять же в деревне опадают быстрее. А может быть, это просто кажется оттого, что в городе листья убирают дворники, а в лесу – некому этим заниматься.

Тонкий бежал по жухлой траве и надеялся на лучшее. Сегодня воскресенье, день-то выходной, неужели Васнецова не вызовут на КПП на пару слов? Вуколова тысячу раз права: солдат, с его привычкой передвигаться по стеночке, запросто мог заметить что-то неладное.

Бабушка с тетей Леной поедут в город вечером, Тонкий обещал вернуться гораздо раньше.

Верный крыс, куда-то пропавший в позавчерашней суматохе, так и не нашелся, и Тонкий уже начал волноваться. Теряться-то крыс любит и всегда потом возвращается. Просто к этому трудно привыкнуть.

Вот удивительное дело: когда сидишь в пекарне, обслуживаешь покупателей и у тебя пол-очереди в военной форме, думаешь, что воинская часть совсем рядом. А когда туда бежишь…

Тонкий сбавил темп, чтобы чуть отдышаться. Впереди виднелись забор и будка КПП. Остаток пути Сашка шел спокойно и думал, каким бы родственником представиться, чтобы Васнецова все-таки вызвали.

К пропускному пункту он подошел уже медленно и чинно, прокручивая в голове, что скажет и, главное, как. Заглянул в будку дежурного… И страшно обрадовался!

Во-первых, в будке сидел Васнецов и какой-то парень в гражданском. Значит, Васнецов и есть – дежурный! Отлично! А во-вторых, из-под калитки прямо на него бежал верный крыс! Опять он что-то стибрил.

Толстый тащил какую-то тряпку вроде носка, только плотнее. Тряпка опережала его сантиметров на двадцать, полностью закрывая морду и путаясь под ногами. Что за манера собирать мусор!

Сашка отловил верного крыса, посадил на плечо, отобрал находку, сунул в карман. Потом разберемся, что это такое. Может, хозяин тряпки тяжело переживает свою утрату, а Тонкий возьмет да и выкинет?!.

Подошел к открытому окну, помахал Васнецову, но тот не заметил его.

Не заметил. Потому что гость в гражданском размахнулся, молча заехал Васнецову кулаком и как ни в чем не бывало спросил:

– Хлястиком новым разжился?

Первым порывом Тонкого было подойти и вмешаться. Что он в самом деле! Солдата на дежурстве лупить! Но незнакомец поднял голову, и Тонкий ловко присел под окном, чтобы его не заметили раньше времени. А потом уже, сидя на корточках, подумал, что подслушать такой оригинальный разговор все-таки стоит.

У самой будки КПП под распахнутым окном (осень же, а они! Б-р-р!) удобно стоял деревянный ящик. Ничтоже сумняшеся, Тонкий уселся на него и приготовился слушать. Нет, это не шпионаж, все нормально. Парень в гражданском явно пришел к Васнецову в гости, и никаких военных тайн они не обсуждают. Ну не видно Сашку из окна, а он виноват, что ли?

Васнецов громко хлюпнул разбитым носом и спокойно ответил:

– Старый оторвали позавчера. В увольнении.

– И этот оторвут, – удовлетворенно заметил гость.

– С чего ты взял?

– Я тебя знаю.

– Иди ты! – обиделся Васнецов.

– Я те пойду! – Гость, похоже, здорово рассердился. – Кое-кто зол на тебя, Толяша. Лучше не высовывайся.

Тонкий затаил дыхание. Вот оно что! Кому, интересно, и чем насолил безобидный Васнецов?

– Шутишь! Куда я высунусь?

– Я так…

В наступившей тишине было слышно, как листают страницы книги или журнала. Пролетела бы муха – было бы слышно и ее. Наконец, Васнецов сказал:

– Знаю, слыхал уже. Жаль.

– Тебе жаль, а людям – срок, – нехорошо сказал собеседник. И напомнил: – Они очень злы на тебя, Толяша!

– А почему на меня-то? – возмутился Васнецов. – Не я все придумал, я просто обмолвился, что знаю…

Послышался звук удара. М-да, гость, похоже, вообще не умеет спокойно разговаривать.

– Нечаянно обмолвился, нечаянно координаты дал… Не финти, Толяша, ты подставил двух человек. Трех, – добавил гость после паузы. – Меня, как ты понимаешь, тоже…

– Чего – тебя?! – огрызнулся Васнецов. – Я те че, распорядок дня старухи и всех соседей докладывать должен?! Ты на «земле» работал. Я-то – здесь, от подъема до отбоя и наоборот.