Алькатрас и Пески Рашида - Брендон Сандерсон

Я согласен, люди зачастую добиваются невероятного. Но есть и кое-что такое, о чем можно только сказать — если не дано, значит, не дано. Я, например, посвятил несколько лет попыткам освоить трансформацию в… неважно в кого, но так и не преуспел. Зато я мог бы лишить себя рассудка, если бы захотел. (А что, может, и стоило бы? Спятив, я вполне мог бы вообразить, что наконец трансформировался.)

В общем, если из вышесказанного и можно извлечь урок, то он состоит в следующем. Великие успехи порой зиждутся на способности различать невозможное и невероятное. Или, чтобы вам легче было усвоить, — в различении трансформации и сумасшествия. Вопросы есть?

Мне все-таки хотелось сказать что-нибудь такое, что помогло бы Бастилии. Как-никак, сам я только что пережил смысложизненное озарение, которым вроде не грех было и поделиться. Увы, Бастилия была не в том настроении.

— А не пошел бы ты со своей жалостью, Смедри! — рявкнула она, отшвыривая мою руку. — Обойдусь! Да и что ты сделать-то можешь, чтобы мне типа помочь?

Ответить мне помешал звук открываемой двери. Я обернулся и увидел мисс Флетчер, подходившую по коридору к нашей клетушке.

— Здравствуй, Смедри, — сказала она.

— Мисс Флетчер, — отозвался я. — Или, может быть, Шаста? Как вас правильнее называть?

— «Флетчер» вполне сойдет, — сказала она, явно пытаясь быть дружелюбной. Небось, все никак не могла отделаться от многолетней привычки. — Вот, зашла поболтать.

Я покачал головой.

— Особо не о чем мне с вами разговаривать.

— Да ладно тебе, Алькатрас, — улыбнулась она. — Ты мне всегда нравился, несмотря на то что здорово осложнял жизнь! Надеюсь, понимаешь, что я действую в твоих интересах?

— Ох, сомневаюсь я что-то, мисс Флетчер.

Она подняла бровь.

— И это вправду все, что ты способен сказать? Я-то ждала, что ты язвить мне начнешь, Смедри.

— Если хотите знать, я уже не тот, каким был, — сказал я. — Поразмыслил тут кое о чем и решил, что язвить и говорить гадости — больше не мой стиль.

— В самом деле?

— Да, — ответил я твердо.

Мисс Флетчер глянула на меня искоса и со странным выражением в глазах.

— Что? — спросил я.

— Ничего, — сказала она. — Ты просто очень напомнил мне сейчас кое-кого, с кем я была когда-то знакома. А впрочем, что мне за дело, в какую игру ты сегодня играешь. Пришло время нам с тобой заключить сделку.

— Сделку?

Мисс Флетчер кивнула и подступила ближе.

— Нам нужен старик, — сказала она. — Тот ненормальный, который явился и забрал тебя сегодня утром.

— Дед Смедри, вы хотите сказать? — поинтересовался я, незаметно покосившись на Синга. Тот молча наблюдал за происходившим, но не вмешивался. Не иначе, полагал, что я справлюсь и без него.

— Да, — сказала мисс Флетчер. — Дед Смедри, именно так. Скажи, где он находится, и мы тебя выпустим.

— Выпустите? Куда?

— Наружу, — сказала мисс Флетчер и неопределенно мотнула головой. — Подберем тебе новую приемную семью, и все станет, как было.

Я сказал:

— Не слишком вдохновляющая перспектива.

— Алькатрас, — сказала мисс Флетчер. — Ты в темнице Библиотекарей. В твоих жилах — кровь Окуляторов. Если будешь неосмотрителен, тебя принесут в жертву. Знаешь, я бы на твоем месте держалась повежливей. Кроме меня, у тебя здесь союзников немного найдется.

Должен вам сказать, это был первый раз, когда я вообще услышал про жертвоприношение с участием Окуляторов. Услышал — и мысленно отмахнулся, сочтя угрозу пустой.

Ох и дурак же ты все-таки, Алькатрас!

— Если мне не на кого надеяться, кроме вас, мисс Флетчер, — сказал я, — значит, я и вправду здорово влип.

— А вот это немножечко ниже пояса, Алькатрас, — заметил Синг. — Полегче бы на поворотах, а?

— Спасибо, Синг, — кивнул я, а сам, прищурившись, наблюдал за мисс Флетчер.

— Я действительно могу тебя выпустить, Алькатрас, — сказала мисс Флетчер. — Лучше не заставляй меня сделать нечто такое, о чем мы оба впоследствии будем жалеть. Я же годами присматривала за тобой, так ведь? Ты можешь мне доверять.

«Годами присматривала за тобой…»

— Да, — сказал я. — Присматривали. Наблюдали. И каждый раз, когда от меня отказывалась очередная семья, вы доходчиво рассказывали мне, какой я никчемный. По-моему, вам очень хотелось, чтобы я таким себя и чувствовал: брошенным и никчемным. — Я смотрел ей прямо в глаза. — Так ведь? Вы боялись, что однажды я пойму и сумею обуздать свою силу. Вы боялись, как бы я не понял, что это значит — быть Смедри. Потому-то вы так и обращались со мной. Чем более незащищенным я себя чувствовал, тем больше я должен был вам доверять. А своего Таланта — все больше бояться.

Мисс Флетчер отвела взгляд.

— Слушай, Алькатрас, — сказала она, — давай не будем выяснять отношения, а просто договоримся. Я выведу тебя отсюда, и прошлое будет забыто.

— А они? — спросил я, кивая на Синга и Бастилию. — Ладно, выпустите вы меня, а с ними что будет?

— А тебе-то что за печаль? — спросила мисс Флетчер, вновь заглядывая мне в глаза.

Я молча сложил на груди руки.

— А ты вправду изменился, — сказала мисс Флетчер. — Причем не в лучшую сторону. Неужели передо мной тот же мальчик, что только вчера сжег целую кухню? Давно ли тебя стала заботить участь тех, кто находится рядом?

Если по совести, я должен был бы ответить: «Минут пять назад». Делиться сокровенным с мисс Флетчер, однако, я не собирался.

— О'кей, — сказал я. — Предлагаю обмен. Хотите знать, где находится старикан? Так вот, я тоже хочу кое-что выяснить. Если ответите на мои вопросы — я отвечу на ваши.

— Отлично, — сказала мисс Флетчер и сплела руки.

«Деловая, как всегда», — подумал я и спросил:

— Как вы узнали о Песках Рашида?

Мисс Флетчер равнодушно отмахнулась.

— Твои родители пообещали его тебе при твоем рождении, — сказала она. — Таков обычай: новорожденному обещают наследство, которое затем и вручают в его тринадцатый день рождения. Соответственно, о том, что ты, вероятно, получишь Пески, известно было достаточно широко. Кое-кто из нас лишь слегка удивился, когда Пески в самом деле до тебя добрались. Другое дело, все мы обрадовались этому обстоятельству…

— Так вы, получается, с моими родителями знакомы?

— Конечно, — кивнула мисс Флетчер. — Если хочешь знать, я была их ученицей. Надеялась, что им удастся сделать из меня Окулятора.

Я хмыкнул.

— Это не то, чего можно достигнуть прилежанием.

— Ну… — Мисс Флетчер отчего-то разволновалась. — Я была так молода…